Археолог. Начало (СИ) - Госс Миродар

Эсхельмад гарантировано вернётся через час. На него можно положиться. Активировав датчик, Ровальд позвонил Гее, но гудок не проходил. Она словно, как и он, скрылась. Чтож, в Тесио могло быть что угодно, и он не предупреждал её о том, что не надо уходить глубоко под землю. Надо будет проведать девушку.

* * *

Тесио. Стража спокойно курсировала, пока неожиданно не подул пронзительный свист ветра, а земля завибрировала от приземления чего-то в центре площади. Проявился тот самый чёрный корабль Эсхельмад, который привёз дипломатического посла.

Солдаты уже не были настроены враждебно. Один из них убежал, чтобы известить руководство о начале транспортировки.

Люк корабля открылся, выехал трап, и оттуда вышел боевой дроид с длинным восьмиствольным пулемётом. Безликое лицо с полоской вместо рта произнесло:

— Здравствуйте. С вами говорит Эсхельмад. Высадка беженцев начнётся в ближайшие несколько часов. Пожалуйста, приготовьте лазарет, капельницы с глюкозой на восемь тысяч человек.

Стражники чуть не выронили челюсть.

— Да вы рехнулись! У нас сроду столько мест в больницах не было! — Он подошёл к андроиду.

— Это ваша проблема, тогда у вас на площади будет восемь тысяч умирающих людей.

— Да вы!.. Что этот независимый о себе возомнил!

— Тихо. — Положил руку на плечо напарник. Видимо, он был старше званием. — Сделаем всё, что в наших силах.

Дроид зашёл внутрь и Эсхельмад улетел.

— Ты чего себе позволяешь? Все распоряжения давно отданы.

— Но, а как же мы? У меня сестра работает в больнице, я знаю наши возможности. Там вечно чего-то не хватает.

— Молчи. Они тоже люди. Наш главнокомандующий Вильям распрощался своей жизнью за это. Можешь хотя бы здесь его последнюю волю уважить?

Недовольный стражник замолчал. Сюда прибежал ещё один отряд. Раздав указания, старший вновь повернулся к недовольному.

— Ходят слухи, что грядёт гражданская война. Тебе лучше прямо сейчас сказать, на чьей стороне ты находишься. Когда прибудет Независимый, он расставит все точки над И. А это случится после того, как прибудут эти люди. Он обязан будет вернуться и проконтролировать всё. Так поступают такие люди как он. Это и ежу понятно.

Стражник молчал, затаив злобу, но внимательно слушая своего командира. За цельным шлемом разглядеть недовольства было невозможно. Но атмосфера накалилась.

— Пока никто не мешает принимать беженцев, будем принимать. Ты всё понял?

Стражник молчал. Зря старший стал давить на него. И это уже говорило само за себя. Старший слишком поздно осознал, что перегнул палку, он хотел извиниться, но тот заговорил:

— Нероны придут, и расставят всё по своим местам.

— Что ты сказал?

Недовольный стражник снял шлем, оголив лицо, наполовину заменённое механическими запчастями. Киборг с получеловеческим лицом, механическими глазами, которые бездушно смотрели на командира.

— Стража! — Закричал командир. — Тревога! Нероны!

— Уже половина стражников такие, как я, немощь. Никто не придёт к тебе. Мы устали жить в страхе. Мы устали от вас. Мы хотим жить свободной жизнью, как там.

— Слабовольный. — Сплюнул старший.

Старший и преображённый схлестнулись в битве на пустынной площади, по которой только начинали суетиться люди, прикатывая койки под открытый воздух. Но никто не обращал внимание как в темноте, горели красным два нечеловеческих глаза. Быстрые движения отрёкшегося блокировались с той же скоростью. Старший не уступал усиленному противнику, который наверняка уже заменил и остальные части своего тела, руководствуясь нездоровой логикой.

— У меня были проблемы с глазами, я был слабее вас, капитан. Но теперь, я вам не уступаю. А ведь у меня опыта в разы меньше. Я не такой боец. — Успевал одновременно говорить предатель. Он хвастался. Но его сила действительно была наравне, а местами и превосходила. От фатального падения старшего спасал только личный опыт, а личных доспех уже начинал мяться, под точными прямыми ударами.

Каждый пропущенный миг мог стать для него последним. Удары становились всё сильнее, а старший только и успевал их отражать.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Улучив момент, настала пауза, в которой старший, запыхавшись стоял в стороне, а предатель злорадно улыбался.

Прибежали новые стражники. Но старший отгородил их рукой.

— Этот мой.

Старший резко сблизился и одним мгновенным ударом, который предатель не смог отследить даже с кибер-глазами, выбил голову с плеч. Тело новообращённого нерона обмякло и свалилось посреди площади.

— Господи, что это?

— Это Стив Хопкинс. Товарищи. Всем повышенная боеготовность. В городе враги, и много предателей, принявших сторону Нерона. Будите генералов. А у меня, сломана рука по плечо.

— Или может, лучше подождать, и тихо принять беженцев? Может, это один вышел из себя. Я же знаю, как вы перегибаете порой палку, капитан. Но остальные то не знают, что мы в курсе.

— Ты прав, Льюис. Ты прав. — Причмокнув добавил Капитан, потирая руку. Кости болели даже сквозь обезболивающее, которое впрыснул доспех.

Глава 20

Спускаясь, Ровальд норовил сорваться в лаву. Держась за сталактиты и выпирающие глыбы, он вылез к конвейерам, но, в последний момент поскользнулся и сорвался. В полёте разбил лбом глыбу. Чудом упал на прямое плато, возле лавовой реки.

Вызвав голову девушки, он пошёл искать оригинал.

— Это единственный оригинал, что уцелел? Я так понимаю, есть ещё.

— Нет, оригинал единственный. По крайней мере, на моей части Колыбели.

— Но почему у дельта-генов инженер имеет вид человеческого скелета?

— Намёк, что человечество по уровню развития годиться разве что в обслугу. Шучу. Мне неизвестно.

— Хм, их же создавал высший разум иронов.

— Психологическое развитие улья не очень высоко. Мыслят они другими стандартами.

— Ладно. Как справится с оригиналом?

— Одолеть в прямой схватке не удастся. Только отключить.

— Сколько времени на то, чтобы он не успел отдать тревогу?

— Ноль минут ноль секунд.

— Как тогда я должен это сделать?

— Это сделаю я. Ты подключишься к нему… Вот здесь. Шнур разъёма B300. Он у тебя с собой?

— То ты меня сканируешь насквозь, то не знаешь, что у меня есть, а что нет.

— Поняла. Нужно достать шнур.

— Как я его подключать буду к оригиналу? Он же заметит.

— Через машинную невидимость.

— Не обучен.

— Куратор не обучил? — Голова самодовольно согнула рот трубочкой и закатила глаза. — Это самая простая вещь, которая возможна. Достаточно покопаться в настройках и установить слово активации.

— Я не могу копаться в настройках. Я не знаю вашего языка, и не умею вызывать меню настроек. Всё что я вижу, мне не понятно. Лишь самое общее переведено на мою родную письменность.

— Не знаешь консольные команды? Поняла. Тогда это сделаю я. Ты не против?

— Даю одобрение, но только на это.

— Страж подтвердил одобрение хозяина. Двойной ключ получен. Подключаюсь.

Перед глазами Ровальда открылось несколько окон, внутри которых появлялись строки кода, затем разом всё закрылось.

— Готово. Подумай о слове РозенФаус.

Стоило Ровальду задуматься над словом, как руки стали покрываться белым контуром, а следом, с небольшим запозданием, исчезал доспех, оставляя лишь в качестве ориентира подсвеченные белые контуры.

— Машинная невидимость пропадёт, как только ты попадаешь под взгляд живого разума. Животные и очень деградированные люди не попадают под это определение. Можно даже повысить планку, и тогда видеть смогут только индивиды с самой развитой душой. Но, тебе, наверное, это пока ни к чему.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Попадаться на глаза только самым чистым на душу? Попахивает раем. Оно меня точно не увидит?

— Даю голову на отсечение.

— Как убрать эту способность?

— РозенСви.

Теперь, мимо проходящие андроиды не видели его. Стукались о невидимую преграду, ничего не понимающе, озирались по сторонам, корректировали маршрут, отступая на шаг в сторону, и шли дальше.