Призрак дракона - Патриция Бриггз

Гномы! — мелькнуло у меня в голове.

Бекрам повернул голову.

— Как вы здесь очутились? — спросил я, растерянно хлопая своими коровьими ресницами.

Он усмехнулся.

— А вы?

Я тряхнул головой, пытаясь понять, что происходит.

— Помнишь, о чем заговаривает Аксиэль, когда напивается? — радостно сверкая глазами, спросил Тостен.

— Естественно! — ответил я. — О том, что он — сын короля гномов.

— Вот именно! — Тостен поднял вверх указательный палец. — Как выяснилось, гномам известен один замечательный метод перемещения людей из одного места в другое.

— Тостен рассказал мне о том, что замышляет Кариан, — вступил в разговор Дарах. — Много у него солдат, Вард?

— Около тысячи. Нам не победить их. Если, конечно… Сколько здесь твоих собратьев, Аксиэль?

— Только те, кого ты видишь, — ответил Аксиэль. — Прошли дни, когда представители моего народа могли запросто прощаться с жизнью в больших сражениях.

— Тогда нам следует уйти отсюда, — четко и уверенно сказал я. — Лучше всего подняться на ту скалу, в которую врезаны древние ворота.

Я поймал на себе изучающий взгляд Дараха и осознал, что разговариваю так, словно отдаю приказы. Но он лишь кивнул мне в ответ.

Кариан с войском появился у ворот Хурога, когда все обитатели замка с вещами и припасами уже находились на вершине скалы. Смотреть на то, как в ворота моего дома вламываются враги, доставляло мне жуткую боль, но хурогская магия, густо наполнявшая здешний воздух, смягчала ее.

Ко мне подошел Тостен и уселся рядом.

— Наверное, ты даже не представляешь себе, как мы сюда попали, — заговорил он, явно желая отвлечь меня от наблюдения за ворсагцами. — Тебе ведь известно, что гномы занимались торговлей только в нескольких из замков Пяти Королевств?

Я кивнул.

— Как выяснилось, их подземные водные пути имеют выход на поверхность земли лишь в двух местах, — продолжал Тостен. — В Хуроге и в Каллисе!

Его лицо озарилось по-детски счастливой улыбкой.

— Если бы ты видел лицо Хавернесса, когда Аксиэль провел нас к входу в подземелье!

— И лицо моего отца, когда он узнал, что я раскрыл секрет гномов людям, — послышался у нас из-за спин голос Аксиэля.

— Конечно, я все объяснил ему, и его гнев мгновенно остыл, — поспешно добавил он, как будто не хотел чернить отца в моих глазах.

К нам подошли Сиарра и Бекрам. Сестренка прижалась ко мне, как теплый котенок, и я обнял ее за плечи. Я почувствовал знакомый запах ее волос, и на душе стало радостнее.

Наблюдать за снующими взад и вперед ворсагцами с зажженными факелами в руках доставляло мне определенное удовлетворение. Они уже поняли, что замок пуст, но ни за что не догадались бы, где мы.

— Кариан и его маги приближаются к костям дракона, — мечтательным голосом произнес лежавший у моих ног Орег.

— Кости дракона? — встрепенулся Аксиэль. — О чем это ты, Орег?

Орег тихо засмеялся.

— Неужели Вард не рассказывал тебе, почему Кариан так страстно хотел попасть сюда? Чтобы забрать кости дракона, покоящиеся в пещере под Хурогом.

— Не шути так! — воскликнул Аксиэль, и я в изумлении уставился на него.

В его голосе отчетливо звучали нотки страха, а я-то считал, что Аксиэлю страх совершенно не присущ.

Его товарищи-гномы, сидевшие вокруг него, как чуткие стражи, выглядели не менее встревоженными, чем он.

— Я не шучу, — ответил Орег все тем же невозмутимым голосом. — Я говорил Варду, что такое кости дракона. Быть может, он плохо меня понял.

— Мы не должны позволить Кариану завладеть драконьими костями, Вард! — не на шутку испуганный, воскликнул Аксиэль. — Если это произойдет, нас всех постигнут страшные беды! В костях дракона хранится такая сила, которая опасна для всего человечества. Она — как пылающий факел в руках у трехлетнего Надоеды. Кариан разрушит мир, Вард…

— Они уже в пещере, — сообщил Орег, многозначительно глядя мне в глаза.

— Ты говорил, что можешь приостановить магов, Орег, — сказал я, не зная, как мне быть.

— Да, но это лишь отдалит жуткий исход мероприятия, задуманного ворсагским королем, — ответил Орег. — Существует лишь единственный выход предотвратить эту беду.

Он лукаво улыбнулся.

— Как ты думаешь, о чем я мечтаю больше всего на свете?..

Ответ незамедлительно пришел мне на ум, и я ужаснулся: Орег мечтал о смерти.

Он давно все продумал. Этим и объяснялось его странное спокойствие на корабле Кариана. Уже тогда ему было известно, что у него все получится. Что я решусь на этот страшный шаг.

Мои глаза наполнились слезами, и я смахнул их резким движением руки.

Ты защищаешь тех, кого любишь. Ты не можешь так поступить! — кричал мой внутренний голос, но сердцем я чувствовал, что обязан выполнить просьбу своего верного раба, ставшего мне братом.

Дрожащей рукой я вынул из ножен кинжал отца — я взял его из замка — и занес над своей головой.

— Пожалуйста, Вард… — взмолился Орег.

Резким движением я вонзил клинок в его затылок. Из моей груди вырвался приглушенный стон. Смерть наступила мгновенно. Я провел окровавленной рукой по умиротворенному лицу Орега, и он растаял в воздухе.

В это самое мгновение послышался грохот падающих камней. Рушился мой замок.

Безмерно любимый мною Хурог.

Сиарра сидела рядом со мной бледная, как простыня. Она таращилась на мою руку, забрызганную кровью Орега, и ничего не могла понять, Тостен тоже смотрел на меня, как на чудовище.

Но в то мгновение все это казалось мне не столь важным. Главное, о чем я мог думать, это о странном, невиданном мне ранее ощущении целостности. Магия, поднявшаяся из глубины древности, захлестывала меня теплой, дурманящей волной, и казалось, я наполняюсь силами.

Когда грохот падающих камней стих, я провел руками по волосам, согнул ноги в коленях и, уткнув в них лицо, ощутил, что смертельно устал.

Глава 15

ВАРДВИК

Легенды и баллады всегда заканчиваются какой-либо мудростью. В реальной жизни даже смерть — это еще не конец. Дела отцов откликаются в их детях спустя века.

Мне сказали, что на протяжении нескольких дней я ни с кем не разговаривал. Сам я не помнил этого. Дядя пригласил лучшую целительницу, и она пояснила, что мое состояние — результат перенапряжения и нервного истощения.

Дарах держал под чутким контролем уборку урожая, но он оказался крайне скудным.

Последовавшая зима была тяжелой для хурогского народа. Ворсагские воины сожгли дома многих из них, а наспех сооруженные жилища, которыми мы смогли их обеспечить, почти не спасали от холодов.