Черными нитями (СИ) - Николаева Лина

Рейн едва слышно вздохнул. Парень тоже отвечал, как было положено. С соседней кровати послышался скрипучий голос:

— А мне не помешало бы лишнее одеяло, долька лимона в чае по вечерам и пособие для моей семьи — сам-то я вряд ли смогу вернуться к работе.

Мужчина откинул одеяло, показывая, что правую ногу, начиная от колена, ему отрезали.

Врач округлил глаза и подскочил к кровати. Рейн, едва скрывая ухмылку — хоть кто-то говорил честно, — встал и строго посмотрел на Летона.

— Кир Б-Рас, я попрошу вас принести для каждого здесь второе одеяло, а также проследить за питанием, — Рейн посмотрел на Алкерна. — Запиши, что необходимо вынести на обсуждение в Совете размер пособия для всех пострадавших в ходе стачек.

Алкерн уставился на него непонимающе, затем медленно кивнул, скривив губы. Рейн почувствовал мрачное удовлетворение. Это выражение лица стоило того, чтобы подразнить Алкерна.

Лежащие стали оживать и уже охотнее говорили о том, что им нужно, задавали вопросы. Они, не таясь, разглядывали клеймо на щеке, но с каждым новым обещанием взгляды становились всё мягче.

— Ты должен сдержать эти обещания, — заметил Аст с хмурым видом. Рейн быстро кивнул в ответ. Сдержит. Может, не сейчас, чуть позже, но обязательно сдержит.

Когда они вышли из зала в коридор, Алкерн обратился к доктору:

— Кир Б-Рас, кир Л-Арджан будет рад посетить других больных и поддержать их.

Рейн кивнул в знак согласия, но всё внутри протестовало против. Опять эти взгляды, прикованные к клейму. Заученная ложь о том, как хорошо жилось в Кирии. Редкая просьба, а в ответ — только обещания, за которые ещё предстояло бороться с Советом.

Между тем, нужно было отыскать Аяну и поговорить с ней.

— У меня прихватило живот, где здесь туалет?

— Если вам нехорошо, кир Л-Арджан… — проблеял Летон и замолчал, когда Алкерн посмотрел на него.

— Прошу вас, кир Б-Рас, проводите кира Л-Арджана.

Летон взмахом руки подозвал молодого доктора, который незаметно держался вдали от них и что-то писал, прислушиваясь к каждому слову. Рейн пошёл за ним следом, зорко оглядываясь и примечая все коридоры, повороты и двери.

Итак. Его не хватятся минут десять, в лучшем случае — пятнадцать. Этого времени хватит, чтобы ускользнуть и найти Аяну, если она здесь. Ещё минут пятнадцать уйдёт на поиск — укромных мест не видно, но чтобы обойти всё здание, тоже потребуется время.

— А что потом? — встревожился Аст и провёл рукой по волосам. — Как ты это объяснишь?

Рейн пожал плечами. Придётся подставить доктора и сказать, что, когда он вышел, его не было. Пошёл назад, заблудился. Доктор начнёт оправдываться, и Алкерн, скорее всего, поверит ему, но не покажет виду, только больше не сведёт с него глаз.

Рейн обернулся на доктора, а затем закрыл дверь. Напротив входа было окно: достаточно низкое, перекладины посередине будут мешать, но боком протиснуться можно.

Рейн надавил на ручку, и она сразу поддалась. Он выглянул. Серое каменное здание опоясывал узкий карниз. По обе стороны — длинный ряд окон. Судя по хлипким деревянным дверям в коридоре, они вели в комнаты для персонала.

Пробраться немного дальше, найти пустую комнату, выбраться через неё и на поиски.

Рейн вылез на карниз и осторожными шажками стал пробираться дальше. Он смерил взглядом расстояние до земли — всего один этаж. Можно спрыгнуть, перелезть через ограду и убежать: прочь от Алкерна и слуг, от дворца, от Совета.

— Ты что, струсил? — послышался голос Аста.

Рейн покачал головой и остановился. Последнее окно в ряду было меньше и вело в комнату, заставленную каким-то хламом. Одной рукой держась за выступ на стене, другой он с размаху разбил локтем стекло. Прижался к стене, чтобы сохранить равновесие, и стянул жилет. Обмотал ладонь, стал выламывать кусочки стекла. Подстелил его на край окна, перегнулся и нырнул внутрь.

— Такое тебе с рук не сойдёт, — Аст попытался улыбнуться, но улыбка вышла неровной. Рейн вздохнул в ответ:

— Мне нужна правда.

Если бы Вир узнал, то воскликнул бы, что Рейн хочет уничтожить план. Пожалуй, Кай, Адайн и Ката поддержали бы его. Но ведь он имел право знать правду, правду о том, чего хотел его предшественник и почему так закончил. Рейн перевёл взгляд на Аста, прося подтверждения — ну имел же право?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Он схватил жилет, провёл по нему рукой и снова надел. Целый, отлично.

Рейн протиснулся между швабрами к двери, осторожно положил ладонь на ручку, и та сразу поддалась. Он выглянул в коридор. Доктор так и стоял у туалета, переминаясь с ноги на ногу. Выскочив из кладовой, Рейн скользнул за поворот.

Хозяйственная часть закончилась. Вдаль тянулся длинный светлый коридор, залитый солнцем. Одна из дверей была приоткрыта. Рейн прыгнул к ней, прижался к стене и заглянул внутрь. В белёной комнате на высокой кровати лежал мужчина с газетой в руках. Он делал вид, что не замечал сестру, пока она строгим материнским голосом вещала ему:

— Кир Ф-Хел, мы не можем выписать вас сегодня. Доктор Б-Ерис осмотрит вас завтра, однако желудочное кровотечение — слишком большой риск, и вы делаете себе только хуже, не слушая нас.

Мужчина с шумом отложил газету и резко бросил:

— Милочка, если бы вы знали, что мне пришлось пережить и с кем столкнуться, вы бы поняли, что терять мне нечего. Зовите этого вашего Б-Ериса, и пусть он выписывает меня сегодня же!

Женщина вздохнула и поднялась. Рейн отскочил к двери напротив и встал правым боком. Он засунул руки в карманы и стал покачиваться с пятки на пятку, точно заждался уже.

— Простите, кир?

Послышался голосок сестры. Рейн улыбнулся, чуть повернул голову, но не полностью, так, чтобы клеймо не было видно.

— Сестра, мне нужна ваша помощь. Я ищу сестру Аяну, вы можете её позвать?

Женщина вцепилась в складки коричневого платья и обеспокоенно спросила:

— Извините, я могу узнать ваше имя, кир? Как вы здесь оказались и зачем вам нужна Аяна?

— У меня есть для неё срочная новость. Прошу вас, помогите мне, — Рейн достал из кармана две монеты по сто киринов и протянул сестре. Она, не раздумывая, цапнула их и тут же опустила в карман белого фартука.

— Идите за мной, кир.

— Прошу вас, приведите её сюда.

Женщина ещё секунду помедлила, а затем быстро кивнула и пошла по коридору. Рейн развернулся и стал глядеть то в одну сторону, то в другую, готовый сразу отвернуться или нырнуть в одну из дверей.

Увидев издалека сестру и девушку рядом с ней, он снова встал боком к ним. Сестра оставила Аяну на полпути и зашла в другую палату. Когда между ними осталось всего метров пять, Рейн повернулся к ней левой щекой. Девушка замерла.

Вблизи Аяна оказалась старше, чем выглядела издалека. Наверное, если она выспится и отдохнёт, то будет очень симпатичной девушкой, но сейчас худоба, круги под глазами, бледность и потухший взгляд делали её больше похожей на тень, чем на человека.

— Я знаю, кто вы! — голос у неё, наоборот, оказался звонким и ярким.

— Думаю, вы правы.

Аяна подскочила к Рейну, схватила за края жилета и попыталась затащить в палату. Не став сопротивляться, он позволил утянуть себя в палату с пустой не застеленной кроватью.

Девушка разом раскраснелась, она злобно щурилась и так и держала Рейна за края жилета. Захлопнув ногой дверь, Аяна закричала:

— Это всё ты! Что он тебе сделал?

Рейн вздрогнул. Все эти слова были хорошо знакомы, так знакомы, что приходили во сне по ночам и преследовали в людском гомоне. Каждый практик слышал их десятки раз. А теперь они, видимо, будут преследовать всегда, кем бы он ни стал.

Рейн свысока посмотрел на Аяну. Она явно была старше его лет на пять, но он чувствовал себя гораздо более взрослым, чем она. Вся такая маленькая, худенькая и яростная. Сначала она не могла быть с любимым человеком из-за Совета, а теперь — из-за него, ведь это он убил Риса. И не просто любимого человека, а отца её ребёнка.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Да, это я, — твёрдо ответил Рейн и посмотрел девушке в глаза. Её зрачки быстро расширились, и она отшатнулась от него, точно от огня. — Ты понимаешь, что я выполнял волю Совета, но я согласился, и моя вина не меньше, знаю. Я хотел занять это место, всё верно.