"Фантастика 2023-157". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Шелест Михаил Васильевич

— Согласен, — ответил я. — Действуй.

А что в такой ситуации можно было придумать еще, кроме того, что собрался делать Ричард? Что, если Рут не обнаруживал себя во всех мыслимых и немыслимых спектрах излучений, которыми прощупывал территорию комплекса Торнадо? Рут исчез — это было ясно как день. Может быть, он отказался от борьбы и самоуничтожился в теле кибера-рабочего, стер свою копию в его электронном мозге. С чудака Грегори станет: все-таки он псих… А может быть, он сбежал… Но как, если Сеть была для него закрыта? Как, если военный транспортник он не использовал, тот лежал на газоне как камень!..

Ричард отдал команду, и звездолет плавно опустился на землю. В тот же миг в техническом отсеке раздался ровный гул — заработал генератор пространственных преобразований, и на управляющей панели замигал сенсор со словом «ловушка».

— Все готово, — сказал Ричард, — нажимай.

Я протянул руку и дотронулся до желто-ядовитого пластикового свечения.

Вокруг нас и на экране внешнего обзора ничего не изменилось. Лотта и Глэдис неподвижно стояли в ста метрах от корабля и бессмысленно смотрели прямо перед собой. Из здания не доносилось ни звука. Да, ничего не изменилось, но я знал: там, на втором этаже центрального корпуса, каждый из пятидесяти киберов Рута оказался в замкнутом, очень тесном пространстве. Им из него не выбраться. Они, знал я, попробуют сделать это, когда увидят, что охраняемые ими люди уходят прочь. Они двинутся за контрактниками и будут бесконечно долго шагать или бежать — чтобы, сделав пару шагов вперед, снова оказаться на том же месте, откуда начали движение. Они будут стрелять из винтовок или из бластеров, но пули и заряды вернутся туда, откуда они были выпущены, и отдадут свою взрывную силу источнику. Звуков разрывов и рева киберов нам не услышать — невозможно услышать то, что находится в другом пространстве, — но вот видеть все это мы будем очень хорошо. Почему так — не мой вопрос, гений моего покойного отца дает ответы только специалистам…

Дело сделано. Пора выходить из зведолета и забирать Глэдис. И Лотту.

Но все-таки: куда подевался Грегори Рут?..

Я внутренне встряхнулся, отдернул руку от сенсора и сказал:

— Все, Рич, я пошел.

Он кивнул:

— Я и Торнадо прикроем тебя. Если что-то будет не так, попробую изменить топографию «ловушки». Хотя, — он неуверенно посмотрел на монитор, — это будет проблематично… Надень бронежилет и возьми оружие и рацию.

Я скинул куртку, нацепил бронежилет, взял в руки бластер, надел на голову обруч с рацией и шагнул из зала управления в контрольную камеру.

Пока открывался люк и спускался на землю короткий трап, я стоял неподвижно, изо всех сил сжимая бластер побелевшими от напряжения пальцами. Перед глазами всплыли бессмысленные, пустые лица Глэдис и Лотты. Рут, этот электронный монстр, псих, превратил бедных девочек в безмозглых кукол! Скорее, скорее забрать их отсюда и вернуть им жизнь! А если все-таки доведется свидеться с Рутом…

Трап стукнул о землю нижней ступенькой, я опустил взгляд. Глаза резанула яркая зелень газонной травы, в лицо пахнул легкий свежий ветерок. Я одним прыжком вымахнул из контрольной камеры, перелетел через трап, упруго приземлился на газон и огляделся. В двухстах метрах от меня высилась неуклюжая громада транспортника. Центральный корпус находился по другую сторону моего звездолета. Я обежал звездолет и остановился на асфальтовой дорожке, ведущей к зданию.

Лотта и Глэдис оставались на том же месте. Увидев меня, они не выказали никаких эмоций и не издали ни звука. Но, словно повинуясь чьей-то грубой руке, толчком подались вперед и медленно побрели вперед.

— Глэдис! — закричал я и кинулся им навстречу. И увидел, как ожили глаза моей девушки, как в радостном полете взметнулись вверх ее тонкие брови и полные яркие губы беззвучно прошептали:

— Дэнни!

Я летел ей навстречу. Между нами оставалось несколько шагов, когда я увидел, как между головами Глэдис и Лотты сверкнула мгновенная яростная вспышка, потом уши заложило от грохота выстрела. И только после этого в грудь ударил страшный огненный смерч. Он опалил лицо жгучей болью, проломил мне ребра — во всяком случае, мне в тот момент так показалось — и опрокинул на спину. Я грохнулся на асфальт, ничего не видя и не слыша — от боли и дикого воя в ушах.

Прошло несколько долгих секунд. Все это время, скорчившись на асфальте, я боролся с жаркой болью в груди. Наконец она отступила, и я смог почувствовать другое — как жжет кожу дымящийся бронежилет, как сухо трещат опаленные брови и как бешено колотится мое несчастное, но все еще живое сердце. И еще я мог слышать, как надрывается в динамике рации голос Ричарда:

— Дэн, Дэн! Ответь! Ты жив?

Но я слушал не его. Я слушал мефистофелевский хохот, который раздавался из-за спин Глэдис и Лотты. Очень выразительный хохот, исполняемый просто прекрасно — этаким рокочущим, богато модулированным баском.

Хохот Грегори Рута.

Кибер, в котором обитал мой враг, был здесь, где-то рядом. Он уже не ревел, как все киберы-рабочие, Рут снабдил его синтезатором речи.

И еще бластером…

Я сжал зубы, встал на колени, пошарил рукой возле себя и взял в руки оброненное оружие. И, пока делал это, уверился, что ребра целы. Потом напрягся изо всех сил и встал на ноги. Меня шатало. Перед глазами плыли цветные круги. Но я знал, что должен был стоять. Должен жить. Грегори Руту я нужен был живой. И пока это так, у меня оставались все шансы победить в этом диком противостоянии — пусть даже он и выиграл первый раунд…

Я исподлобья взглянул на пустоту между головами Глэдис и Лотты. «Как? — билось в голове. — Как он это сделал? Где он?»

Здесь. И в каком бы виде он ни был, надо с ним разговаривать. Все-таки мы приперли его к стенке «ловушкой», киберы-рабочие в наших руках…

— Ты… — с хрипом выдавил я, наводя бластер на девушек. — Придурок… Ну-ка, покажись!

— Ха-ха-ха! — раздался в ответ злой басовитый хохот. — Что, Рочерс, не нравится? А ты как думал! — Хохот перешел в яростное шипение. — Ублюдок! Ты нарушил условия соглашения, применил генератор! А ты помнишь, что я обещал сделать, если ты поступишь именно так?

Невидимая рука дернула Глэдис сзади за волосы, она громко вскрикнула и прогнулась, а на ее шее образовалась длинная, узкая и глубокая борозда. Такая, как будто на горло давило лезвие ножа. Я в ужасе замер, не имея сил отвести взгляд от страшного следа на нежной шее моей бедной девочки.

— Ты самый хитрый, да? Самый умный? Самонадеянный болван! Кто из людей может тягаться с электронным гением Е-существа! Вы все болваны!

Глэдис снова вскрикнула, потому что страшная рука убрала лезвие и толкнула ее в затылок. Подбородок Глэдис с силой уперся в грудь, волосы упали на лицо, она заплакала. Я скрипел зубами, но заставил себя бездействовать: любое мое действие оказалось бы провальным, эти минуты были минутами Рута, его раунд. И Ричард был не в состоянии мне помочь. Даже если бы он понял природу невидимости нашего врага, он не смог бы отсечь его от девушек. То, что было сейчас Рутом, стояло к ним вплотную.

В центральном здании раздались еле слышные крики. И я со страхом осознал, что плененные киберами люди поняли, что им ничто не угрожает, они свободны. Пленники кинутся на улицу и напорются на бластерные разряды невидимки Рута!

— Ричард, — тихо прохрипел я в микрофон рации, — ты слышишь? Заложники выходят. Сделай что-нибудь… — И, уже громче, выкаркнул в сторону Рута, чтобы хоть что-то сказать: — Где ты?

— Я везде! — пророкотал он. — Здесь я везде. Сбоку, справа, у тебя за спиной! И буду всегда с тобой — до тех пор, пока нам не представится возможность побыть наедине. Тогда я применю к тебе лазерный резак, и душа моя успокоится! — Он толкнул девушек в спины и снова притянул к себе за волосы: они с криками подались вперед и назад. — Ты хотел перехитрить меня! Определить через Б-10 мое местоположение и отсечь от этих дур, стоило мне отойти от них на шаг! Еще до того, как мы выйдем из здания, до того, как вы приземлитесь! Но, — он снова захохотал, — ты меня не нашел! А знаешь почему?