Сердце ведьмы - Лаура Лабас

ее застукали, сегодня допустить ошибку нельзя. Вчера ей совершенно невинно хотелось побыть одной, и она случайно оказалась в эпицентре атаки повстанцев. Сегодня она сама будет искать их. И как бы она себя ни уговаривала, в конечном счете она совершает государственную измену, и это разрывало ей сердце.

Вся ее жизнь была посвящена городу. Она верила королевской семье. И в итоге узнала, что эта семья предала свой народ.

Она долго размышляла об этом, о неприятном ощущении внутри при мысли о девушке, которая сказала правду. И которую изгнали за то, что она раскрыла несправедливость.

Рут не могла с чистой совестью быть частью этой команды, вылавливать зверей и возвращать их в ужасный институт, где над ними будут ставить опыты и подвергать селекции. Превращать их в смертоносных боевых зверей, которые должны будут защищать Вавилон от других городов. Но была ли вообще необходима эта защита? Ее подсознание не покидало ужасное чувство. Что, если это не Вавилону нужна защита? Что, если в планах королевы Сиары нечто гораздо большее, чем простая оборона?

Все эти мысли склонили ее принять приглашение Свенсона и отправиться по адресу, который он сообщил ей в записке. Никто другой не понял бы ее. Даже простое высказывание этих своих чувств на людях привело бы ее в королевскую темницу — если не в ссылку.

Теперь было важно, чтобы Джеральда не оказалось в штаб-квартире, он и так уже во время тренировки не сводил с нее глаз.

Она по возможности избегала его, потому что ей не хотелось слушать его извинения, оправдания и неправдоподобные признания в любви. Она полагала, что не верит ни одному его слову, хотя когда она поймала один из его пронзительных взглядов, ей сделалось жарко.

Поведение других ее коллег по отношению к ней колебалось от дружелюбия до откровенной неприязни. В голосе Мисти постоянно звучали угрожающие нотки, а ее подруга Сью с нежной улыбкой пыталась разрядить обстановку. И Рут еле сдержала испуганную дрожь, когда увидела ненависть в глазах Мисти и заметила ее руку с отсутствующими двумя пальцами.

К тому времени Рут уже знала, что та потеряла пальцы во время последнего задания, когда погиб предшественник Рут. Мисти сделала все, чтобы выиграть эту битву, и это не только доказывало ее силу, но и вызывало опасения.

Однако благодаря очевидной неприязни ни у кого не возникло удивления, что Рут рано попрощалась и пошла спать. Для большего правдоподобия она периодически держалась за живот, стараясь, чтобы этот жест не был слишком заметным. Это было не в ее правилах, обращать общее внимание на то, что ее тошнит. Однако когда она, лежа в своей постели, услышала, как ее соседка по комнате поднимается по лестнице, она засунула два пальца в рот и вызвала рвоту.

Силла, запыхавшись, ворвалась в комнату и тут же сморщила нос от резкого запаха.

— Клянусь Богом Луны, ну и вонь! — воскликнула она, разгоняя рукой воздух перед лицом. — Ты что-нибудь не то съела?

— Не знаю, — пробормотала Рут, которой даже не пришлось притворяться, голос у нее и так дрожал. — Я думаю, что мне просто нужно немного полежать.

— Э-э, я думаю, что переночую у Мисти и Сью. — Силла издала смущенный смешок. — Ты ведь не рассердишься на меня, правда? Но если я буду чувствовать этот запах еще какое-то время, мне придется сделать то же самое и… — она повернулась, выбежала из комнаты и захлопнула за собой дверь.

Бывшая городская охранница бросила грязное одеяло и одежду кучей возле двери, затем помылась, переоделась и распахнула окно, чтобы впустить прохладный ночной воздух. Она подождала еще около часа, пока последний из ее коллег не ляжет спать. Завтра они отправятся на охоту за пределы защитных стен Вавилона. Следующим монстром, которого они должны обезвредить, была речная дракониха Тараска.

Когда терпение Рут почти иссякло, она услышала наконец, как пошел спать и Дамиан. Комната, где жили они с Кронином, находилась напротив, и она узнала охотника по тяжелым шагам, заметно отличающимся от легкой поступи Кронина.

Она заставила себя подождать еще полчаса, потом погасила свет и высунулась из окна на втором этаже. По каменному фасаду она слезла вниз и, как тень, проскользнула через палисадник. И замедлила шаги, только когда расстояние между ней и штаб-квартирой увеличилось на две улицы.

Рут, мягко говоря, нервничала, когда увидела, что дошла до бедных кварталов и уже находится всего в нескольких минутах от нужного адреса. Попытаются ли ей лгать и манипулировать ею или будут разговаривать с ней на равных?

И разумеется, она задавала себе и другой вопрос: почему именно она? Какой смысл видели мятежники и Свенсон в том, чтобы ее завербовать? Потому что нельзя не понимать, что все это было заранее запланировано.

Наконец она оказалась на скудно освещенной улице. Некоторым из фонарей здесь требовался срочный ремонт. Неудивительно, что уровень преступности в этом районе недалеко от южных ворот Селены в последние годы резко возрос, раз здесь ничего не делалось, чтобы его снизить.

Сама Рут до сих пор бывала только возле башни и королевского дома с Висячими садами, но она помнила разные слухи. Говорили о детях, которые воровали, пили и от отчаяния торговали своим телом.

Только теперь она позволила себе задаться вопросом, почему королева Сиара не стала бороться с этим, а вместо этого вложила деньги в разведение чудовищ и зверей.

Ответ был прост — здесь жили по большей части слабые септы. Не владеющие магией, они в глазах Сиары вряд ли могли внести продуктивный вклад в общество. В основном они работали в мало престижных областях, где при этом мало платили. Самой Рут повезло, что она родилась в другом квартале и накопила достаточно денег, чтобы оплатить возможность обучения в городской страже. В противном случае она и ее постоянно растущая семья наверняка в конечном итоге оказались бы здесь, в трущобах.

В доме номер пять находилась парикмахерская, которая, разумеется, в это время была уже закрыта. Витрина была темной, но бронзовую вывеску на фасаде она все же смогла разглядеть: «Ловкие руки Джонни». Нахмурившись, она оглянулась вокруг. Стояла тишина, лишь где-то мяукала кошка. Она вышла из темноты и шагнула к двери.

Как только ее рука коснулась защелки, она услышала легкое похрустывание, но откуда оно идет, определить ей не удалось.

Она посмотрела налево и тотчас поняла свой просчет, краем глаза заметив приближающуюся тень. Но было уже поздно. В следующую секунду она почувствовала тупую боль в затылке и упала как подкошенная.

Рут заморгала. Хотя вокруг