Дети Грозы - Тиа Атрейдес

Не в характере Шу было страдать попусту. Вспоминая Дайма, она параллельно искала решение — и оно явилось шестеркой каменных коней.

— Баль! Одевайся, мы идем в город, — вынырнув из грустных размышлений, распорядилась Шу.

— К портнихе?

— И к ней тоже. Но сначала на ипподром.

Несколько мгновений Балуста недоуменно смотрела на подругу. Но Шу не собиралась ничего объяснять — она и сама пока не очень представляла, что и как будет делать. Дайм вчера не меньше трех раз сказал, что закон запрещает применение магии в скачках. Любым образом. И делать ставки магам не разрешается. Но ведь всегда можно найти способ! А разобраться, какая лошадь придет первой, она как-нибудь сумеет.

Вскоре из дворца вышли два молоденьких оруженосца. Они беседовали о совершенно неподобающих будущим воинам материях: фасоне утренних платьев, перчатках и шляпках. Через боковые ворота юноши прошли беспрепятственно, словно стражники их не видели вовсе, а затем направились в северную часть Старого города.

Утренний ипподром совсем не походил на вечерний. Толпа гудела, хаотично переливалась и бурлила, выплескивая из себя выжатых людей и поглощая все новых охочих до удачи. Шу толпа виделась разноцветьем в рыбацкой сети: чешуйки эмоций взблескивали и переливались, рыбки бились и хватали ртом воздух. Рыбки искрили эмоциями — азарт, страх, надежда, разочарование, злость, горе и радость плескались и перехлестывали с трибун на площадь. Холодное и колкое, трепещущее и сладкое… У принцессы немного закружилась голова с непривычки.

Они как раз изучали начертанную мелом на грифельной доске таблицу заездов, пытаясь разобраться в путаной системе ставок, когда позади послышался игривый, чуть хрипловатый голосок:

— Милые мальчики, что вы делаете тут совсем одни? Я тоже совсем одна! Может, составите мне компанию?

Юноши обернулись: на них смотрела тощая девица в дешевом ярком платье, со связками крупных ракушечных бус на шее и в небрежной прическе. Шу не сразу поняла, что девушка обращается к ним с Баль. Эльфийка сориентировалась быстрее:

— Привет, красотка! — черноглазый юноша задиристого вида улыбнулся местной охотнице на азартных наивных новичков. — Я Сим, а это Брик, — Балуста кивнула на принцессу. — Мы хотели поставить по паре марок…

— О, как мило! — Девица кокетливо похлопала ресницами. — Вы будете ставить на Гри Орка? Или дождетесь дуплета? А я тоже хочу поставить марку… только вот…

Она изобразила растерянность и смущение, явно ожидая от новых знакомых реакции.

— Милая бие чего-то опасается? — вступила в игру Шу.

Девица взмахнула ресницами и одарила второго оруженосца коровьим влажным взглядом. На такую шитую белыми нитками провокацию поддался бы разве что юнец, не замечающий ничего, кроме выглянувших из выреза приспущенной блузки выпуклостей.

— У меня всего одна марка, а Буркало принимает ставки не меньше пяти. Можно, конечно, поставить у муниципальных букмекеров… но один к трем, а не один к шести. Если бы… ах, но…

— Но мы не собираемся… — Баль хотела уже отделаться от мошенницы.

Но Шу, услышавшая знакомое имя, ее перебила:

— Один к шести? А ты уверена, что придет Гри Орк? — придвигаясь к девице поближе, спросила Шу. — Четыре марки, один к шести…

— Конечно! Моему дяде сказал кривой Ферц, а он служит у самого Туальграма на конюшнях, а Гри Орка специально не выпускали на бега и…

Дальше путаных объяснений девицы Шу не слушала. Перед ней замаячил шанс обойти закон и выиграть-таки свои двести монет. Подпольный букмекер не возьмет крупных ставок у незнакомых юнцов с улицы, но если их приведет эта девица… он, конечно, попытается их надуть. И Гри Орк наверняка всего лишь дохлая кляча. Но…

— Душечка, а как тебя звать? — подхватила Балуста. — И что за странное имя для букмекера…

Душечка Дольна, довольная плывущей в руки прибылью, смеялась и рассказывала симпатичным дурачкам ипподромные байки. Главное, они безропотно шли в «Хромую Кобылу», оставлять свои марки рябому трактирщику — а четверть от их проигрыша ляжет в карман к Дольне.

Таверна Шу не понравилась. Темно, душно, шумно, грязно. И публика — воровские рожи. Едва увидели юных дурачков, притихли, прикинулись добропорядочными горожанами. А мысль одна на всех: что не ощиплет с петушков Буркало, довытрясем! Не уйдут петушки с перышками.

«Ну да посмотрим, как вы будете трясти монеты с ведьмы!» — ухмыльнулась про себя Шу.

Ее захватил азарт. Не ставки — какой азарт, если точно знаешь, что в следующем забеге первым придет Пират из конюшен Куксов. Азарт игры с настоящими бандитами — почти как тогда, в ущелье с орками… она так давно не играла! Последний раз целых полгода назад, с несчастным приблудным браконьером, не послушавшим умных людей в Креветочной бухте.

— Что угодно благородным шерам? — расплылся в мерзкой улыбочке рябой неряха за стойкой. — Вы не смотрите, что вывеска неказиста. Для настоящих шеров у меня найдется настоящее сашмирское.

В доказательство трактирщик выставил на стойку пыльную бутыль.

— Душечка, не желаешь ли выпить? — изобразила любезного кавалера Балуста, пока Шу изучала обстановку.

Душечка, разумеется, не отказалась — что она, дура? Пусть с настоящим сашмирским буркалово пойло и рядом не валялось, но винцо неплохое, много лучше обычной кислой дряни. И стоит полмарки за бутыль, а с юнцов и целую сдерет. Итого — четверть марки в карман и выпить задарма. Чем плохо? Щедрые мальчики начинали ей нравиться, и она даже подумала, не попросить ли Буркало выпустить их через черный ход…

Мысли Дольны оказались для Шу настоящей находкой. Так просто и прозрачно: все привычное мошенничество Буркалы как на ладони. И, что совсем здорово, полная ясность, чего ожидать и от него, и от подозрительной публики.

Пока трактирщик наливал в три почти чистых бокала грубого стекла красное вино, Дольна оперлась на стойку локтями и шепнула трактирщику, так, чтобы петушки расслышали:

— Я поставлю пять марок. Шесть к одному, на Гри Орка.

— Ты что? — подыграл Буркало. — Я ставок не беру.

Он притворно опасливо покосился на Шу с Балустой.

— Да ладно тебе. Мальчики тоже хотят сыграть. Что тебе, жалко? Ты же обещал!

— Дольна, тебе померещилось. Я простой трактирщик…

— Э, достопочтенный, — вмешалась Шу, сделав вид, что отпила изрядный глоток вина — на самом деле осторожно слив гадость под стойку.

— Да, сиятельный шер? — трактирщик сделал честные круглые глаза.

— Разве мы похожи на тех, кто доносит в муниципалитет?

— Ну что вы, сиятельный шер! Как можно…