Герои – моя слабость - Филлипс Сьюзен Элизабет

Он направился к двери, а Энни шагнула к плите, пытаясь собрать разбегающиеся мысли. Ее отвлек незнакомый мужской голос, донесшийся от входной двери. Мгновение спустя Тео просунул голову в дверь кухни.

– Мне придется уехать. Еще один несчастный случай. Думаю, теперь можно не опасаться, что кто-то вломится в дом, и все же держи двери на замке.

После его ухода Энни присела за стол, захватив из кухни бутерброд. Поджаренный хлеб с чеддером и ее любимой сарептской горчицей выглядел необычайно аппетитно, но Энни так устала, что не могла ни есть, ни думать. Ей хотелось спать.

На следующее утро она проснулась со свежей, ясной головой. Взяв внедорожник Джейси, она поехала в город. Судя по скоплению грязных автомобилей перед домом Барбары Роуз, занятие кружка вязания шло полным ходом, как всегда по понедельникам. Накануне вечером Энни не сразу удалось заснуть, зато у нее нашлось время подумать. Она вошла в дом Барбары, не потрудившись позвонить в дверь.

Середину гостиной занимал столик с закусками, окруженный мягкими креслами. Стены украшали любительские морские пейзажи с лодками и бакенами, а также расписанные цветами фарфоровые тарелки. На всех шкафах и полках красовались семейные фотографии: Лиза, задувающая свечки на торте в день своего рождения, Лиза с братом, разворачивающие рождественские подарки, и бесчисленные снимки внуков Букера и Барбары Роуз.

На почетном месте восседала хозяйка в коричневом с золотом кресле-качалке. Джуди с Луизой Нелсон устроились на софе. Наоми, которой в этот час следовало быть в море, сидела одна на маленьком диванчике. Мари, с обычным кислым выражением лица, занимала мягкое кресло напротив Тилди, сменившей свой элегантный наряд на бесформенные спортивные брюки. Ни одна из женщин не вязала.

При появлении Энни Барбара так поспешно вскочила, что ее кресло, качнувшись, ударилось о стену, и тарелка с изображением золотистых щенков ретривера жалобно задребезжала.

– Энни! Какая неожиданность. Думаю, вы слышали о Филлис Бейкли.

– Нет, я ничего не слышала.

– Ночью с ней случился удар, – объяснила Тилди. – Бен, ее муж, повез Филлис на материк, и Тео поехал с ними.

Это объясняло, почему он не вернулся в коттедж. Но Энни приехала в город не на поиски Тео. Она медленно обвела глазами лица женщин и задала вопрос, ради которого и явилась в дом Барбары:

– Кто же из вас пытался меня застрелить?

Глава 22

Казалось, все женщины в гостиной разом изумленно ахнули. Луиза наклонилась вперед, будто по старости лет боялась что-нибудь пропустить из-за слабого слуха. Джуди издала глухой стон, Барбара напряженно застыла, Наоми воинственно выдвинула подбородок, а Тилди сплела руки на коленях. Мари быстрее других обрела присутствие духа. Губы ее сурово сжались, а маленькие глазки сузились.

– Мы понятия не имеем, о чем вы говорите.

– В самом деле? – Энни вошла в комнату, не заботясь о грязных следах на ковре. – Почему-то мне в это не верится.

Барбара схватила с комода мешочек с вязанием и снова опустилась в кресло.

– Думаю, вам лучше уйти. Вы, должно быть, расстроены всем, что случилось, но это еще не повод…

– Расстроена – не то слово, – перебила ее Энни.

– В самом деле, Энни, – возмущенно фыркнула Тилди.

Энни резко повернулась к Барбаре, достававшей из мешочка спицы:

– Вы член правления фонда. Но в составе правления еще шесть человек помимо вас. Им известно, что вы сделали?

– Мы ничего не сделали, – возразила Наоми своим зычным капитанским голосом.

Мари взялась за вязание.

– Вы не вправе врываться сюда и бросать такие обвинения. Вам следует уйти.

– Именно этого вы и добивались с самого начала, – проговорила Энни. – Заставить меня уехать. И вы тоже, Барбара. Вы притворялись моим другом, а сами хотели лишь избавиться от меня.

Спицы Барбары задвигались быстрее.

– Я вовсе не притворялась. Вы мне очень нравитесь.

– Ну конечно. – Энни прошла в глубину комнаты, давая всем понять, что не собирается уходить. Она неспешно оглядела женщин, ища слабое звено, и нашла его.

– Как поживают ваши внуки, Джуди? Зная, что вы сделали, как вы будете смотреть в глаза малышу, которому Тео помог появиться на свет?

– Не обращай на нее внимания, Джуди, – скомандовала Тилди с ноткой отчаяния в голосе.

Энни устремила пристальный взгляд на Джуди Кестер, рыжеволосую добродушную хохотушку.

– А другие ваши внуки? Неужели вы и вправду думаете, будто они никогда об этом не узнают? Хороший пример вы им показали. Теперь они будут знать, что, когда нужно что-то заполучить, любые средства хороши, даже если придется пройти по головам. – Мягкая, простодушная Джуди не выдержала нажима и сдалась без боя. Уронив голову на руки, она зарыдала. Серебряные крестики-сережки дрожали у нее в ушах и бились о щеки. Энни заметила краем глаза, что открылась входная дверь, но продолжала говорить: – Вы ведь верующая женщина, Джуди. Как же вы примирились со своей христианской совестью после того, что сделали со мною? – Она обвела взглядом остальных женщин: – А вы все?

– Не знаю, что мы, по-вашему, сделали, – сбивчиво пробормотала Тилди, вертя на пальце обручальное кольцо, – но… вы ошибаетесь.

– Мы все знаем, что я не ошиблась. – Энни почувствовала, что за спиной у нее стоит Тео. Она его не видела, но точно знала: это он.

– Вы ничего не сможете доказать, – с вызовом, но без убежденности выкрикнула Мари.

– Замолчи, Мари, – с непривычной горячностью оборвала ее Джуди. – Мы слишком далеко зашли. Слишком далеко.

– Джуди… – В голосе Наоми послышались предостерегающие нотки. Она обхватила себя за локти, словно мучилась от боли.

Впервые заговорила Луиза. В свои восемьдесят три года она высоко держала голову, несмотря на согнутую остеопорозом спину.

– Это была моя идея. Целиком и полностью. Все сделала я. Они просто пытаются меня защитить.

– Как благородно, – насмешливо протянула Энни.

Тео встал рядом с ней. Небритый, в измятой одежде, он каким-то непостижимым образом умудрялся выглядеть элегантным. Все взгляды немедленно устремились на него.

– Едва ли вы сами устроили погром в коттедже, миссис Нелсон, – произнес он. – И, простите меня, но вы не попали бы из ружья даже в стену сарая.

– Мы ничего не разбили и не сломали, – всхлипывая, пробормотала Джуди. – Мы были очень осторожны.

– Джуди!

– Но это правда! – защищаясь, возразила Джуди.

Женщины признали свое поражение. Энни поняла это по выражению их лиц. То ли покаяние Джуди не оставило им выбора, то ли в них заговорила совесть. Наоми спрятала лицо в ладони, Барбара уронила вязание на колени, Луиза бессильно обмякла на своем диване, а Тилди прижала руку к губам. Одна лишь Мари смотрела с вызовом, задиристо вздернув подбородок.

– Вот мы и добрались до правды, – проворчала Энни. – Кому пришло в голову линчевать мою куклу? – У нее все еще стояла перед глазами ужасная картина – Пышка, болтающаяся в петле под потолком. Может, для кого-то Пышка была всего лишь куклой, но Энни вложила в нее частицу себя.

Джуди покосилась на Тилди, та смущенно потерла щеку.

– Я видела такую сцену в кино, – промямлила она слабым голосом. – Ваша кукла не пострадала.

Энни чувствовала плечом прикосновение крепкого плеча Тео.

– Есть и более важный вопрос. Кто из вас стрелял в меня?

Никто не ответил, и Тео смерил ледяным взглядом женщину в кресле-качалке:

– Почему вы не отвечаете, Барбара?

Барбара вцепилась обеими руками в подлокотники кресла.

– Конечно, это была я. Думаете, я доверила бы такое дело кому-то другому? – Она умоляюще посмотрела на Энни: – Вам ничто не угрожало. Я исключительно метко стреляю. Я одна из лучших на всем северо-востоке. Завоевала не одну медаль.

– К сожалению, Энни это не слишком утешило, – язвительно заметил Тео.

Джуди достала из кармана бумажный носовой платок.

– Мы знали, что поступаем дурно. Знали с самого начала.