Пять лет на острове Врангеля - Ареф Минеев

«В виду позднего времени и тяжелого состояния льдов не следует ожидать, что посланное для снабжения судно «Совет» достигнет острова.

Это ставит население острова перед новой зимовкой в трудное положение и требует от каждого члена колонии и всех вместе взятых дисциплинированности и сознательного отношения при проведении мероприятий, намечаемых управлением острова для наиболее благополучного при ведения зимовки.

Количество продуктов питания, оставшихся на сегодняшнее число в складах фактории, не дает основания рассчитывать на полное удовлетворение всех запросов наличного населения острова. Кроме голодного пайка, фактория ничего больше отпустить не может.

К сему прилагается раскладка на наличные пищевые продукты. Все граждане должны отнестись к этому возможно внимательней, так как, очевидно, на помощь извне рассчитывать особенно нельзя.

Управление острова предупреждает всех граждан, что выменивать пищевые продукты или на пищевые продукты строго воспрещается. Замеченные в таком обмене будут сниматься со снабжения продуктом, которым обменивались. При повторении обмена с другими продуктами снятие со снабжения будет распространяться и на эти продукты.

Особенно остро стоит вопрос с отоплением помещений. Топливная проблема может быть разрешена более или менее удовлетворительно переселением большей части членов колонии из бухты Роджерса в места, обильные дровами. Оставшаяся для проживания в бухте Роджерса часть населения обязана будет перейти жить в меховые полога, что позволит обойтись без топлива.

Остатки плавника, сохранившиеся к данному времени на косах лагуны «Озеро», а также у мыса Гавайи на косе пади «Вьюжной», заготавливать кому-либо для отопления строго воспрещается. Указанный плавник будет заготавливаться и вывозиться факторией для весеннего времени, дабы можно было просушить наличные помещения и сохранить оборудование. Кроме того, плавника, имеющегося на «Озере» и на «Вьюжной», нехватит для отопления жилых помещений в течение всего зимнего времени.

Исходя из этого, предлагаю всем европейцам в двухдневный срок обдумать вопрос о месте поселения и сообщить об этом Управлению острова для возможного оказания помощи в этом направлении.

ПРИМЕЧАНИЕ: Наиболее богатые плавником районы следующие. По южному берегу: бухта «Предательская» и прилежащий к ней берег в восточном направлении до так называемой «Скалы», мыс Блоссом — хотя плавника там не в изобилии, но на один отопительный сезон хватит. Северное побережье от мыса Литке до бухты Песцовой. Западное побережье но косам наличных бухт.

Оставшиеся в бухте Роджерса и имеющие (или думающие приобретать) собак должны учитывать, что наличные запасы моржевого мяса мизерны и, если не удастся дополнительно заготовить потребное количество моржей, количество собак будет ограничено до минимально необходимого. Кроме того, предлагаю всем рассчитывающим иметь собак и не имеющим к данному времени нарт озаботиться об этом заранее. Фактория не имеет достаточного количества готовых нарт для удовлетворения посторонних заявок.

Разрешение каких-либо жилищных, топливных, продовольственных или других вопросов, могущих нарушить или ухудшить в какой-либо мере проведение предстоящей зимовки, без ведома Управления острова строго воспрещается. Если кем-либо будет заключено условие, договор или что-либо в этом роде, вопреки вышеизложенному, — такие договоры силы иметь не будут и должны быть расторгнуты с отнесением убытков, если таковые возникнут, на счет договаривавшихся.

Перед этим я произвел детальнейший подсчет наличных продуктов, определил, какие продукты должны были бронироваться только для европейцев-зимовщиков, какие продукты распределялись между всеми зимовщиками.

Цифры получились довольно неутешительные. Например: мяса консервированного оставалось… одна банка, то-есть 400 граммов на человека, на три месяца, и приблизительно такое же количество сахара и консервированного молока. Из этого видно, что мы не могли обеспечить зимовщиков-европейцев полной нормой продовольствия.

Как-то к нам в комнату, когда у нас были Павлов и Званцев, пришел Шатинский.

— Что скажете, Федос Тарасович?

— Да я относительно раскладки продуктов.

— А что такое?

— Я хочу сказать, что для меня мало молока, мяса и сахара, тем более теперь не будет консервированных фруктов, шоколада и прочего.

— Что же сделаешь, Федос Тарасович, — если не придет пароход, придется брюхо туже стянуть ремешком. Взять больше нам неоткуда.

— Не надо давать продуктов, которых нам нехватает, чукчам. Тогда нам больше будет.

— Кое-чего они и не будут получать, но такие продукты, как сахар, я не могу не выдавать им.

— Я не могу жить на этот паек, я старик. Я буду жаловаться на вас, товарищ Минеев.

— Что вы старик, это верно. Но могу ли я отнять молоко у кормящих грудью матерей и отдать его вам? Не забывайте, что мы живем не в капиталистической колонии. Ради вашего благополучия обрекать на голодовку эскимосов я не буду.

Шатинский ушел сердитым.

Со стороны других зимовщиков я не слышал ропота на раскладку. Только врач через несколько дней пришел с требованием мяса для Петрика. Ему я тоже отказал.

До зимы еще было далеко. Можно еще надеяться, что судно сумеет добраться и снять нас, а люди уже начинают впадать в панику. Что же будет зимой, в Большую ночь?

Вот почему я решил, в случае прилета самолета, вывезти всех лишних людей, и прежде всего больного. Это было абсолютно необходимо. Затем нужно было вывезти обоих радистов, так как топлива у нас не было, отапливать как следует радиостанцию мы не могли, поэтому она и при наличии радистов работать бы не могла. Держать же их на острове без работы было бесцельно. К тому же, и люди эти не совсем приспособились к условиям жизни полярной зимовки. При недостатке продуктов и топлива, они могли зацынговать и погибнуть. Решил я также вывезти и врача, его жену эскимоску Пувзяк и ребенка. Врача я решил вывезти с острова еще потому, что он плохо знал свое дело. Его медицинская практика на протяжении трех лет привела к тому, что ни туземцы, ни европейцы, как правило, его помощью и советами не пользовались и пользоваться не хотели. Единственное, что они от него время от времени требовали, — это иод и бинты. Оставление его на острове больше пользы не даст: минимальную, элементарную медицинскую помощь мы могли оказать сами. А при уменьшении населения на три человека, потребовалось бы значительно меньше продовольствия.