Мелодия тьмы - Анастасия Рул

Я минут десять переваривала услышанный рассказ от духа, потом встала на ноги и ткнула пальцем в застывшего у шара Угрима:

— А с этим что делать?

Авис усмехнулся и кивнул головой в сторону зеркал, отражающих сферы Спящих:

— Посмотри туда! Просто стой и жди. Судьба еще не закончила свой ответный удар по Угриму.

Я послушно посмотрела в изображения зеркал. Сферы Спящих сияли каждый своими цветами — серым, белым и радужным. Это сияние оттолкнуло прирров, выкачивающих их силы, и те с жалобным писком отлетели в стороны. Прошло минут десять, а потом из сфер живые и здоровые вырвались трое моих собратьев по несчастью. Я радостно вскрикнула, глядя, как они ошеломленно вертят головами, пытаясь прийти в себя.

Садо пришел в себя первым, о чем-то посовещался со своим духом и открыл портал, в котором сразу же исчез. Вслед за магом Стихий пришел в себя Теон. Он оглядел взбесившиеся болото, которое булькало тухлой водой, будто кипятилось на горячем огне, а потом ринулся бежать куда-то в лес острова Леру. Шон пришел в себя самым последним. Он грозно нахмурился, выслушивая щебетание Лилит, потом хмыкнул себе под нос и пошел в сторону подвесного моста, покинув внутренний двор императорского дворца.

Вместе с выходом из сфер владельцев мечей, стихло землетрясение всего мира. Разинув рот, я смотрела, как жители города закидывают остановившихся монстров камнями, заставляя их отступать в сторону.

— Эти монстры, — обратилась я к своему духу меча. — Они не исчезнут? Не испарятся в воздухе?

Авис покачал головой:

— Боюсь, хозяйка, тебе придется собственноручно уничтожать их. Они уже были созданы, и хоть баланс в мире сил Спящих пришел в норму, последствия его колебаний так просто не исчезнут.

Я тяжело вздохнула, представляя себе объем работы на ближайшие дни. Скучать не придется, это точно.

Угрим, глядя на происходящее, замер посреди зеркал, лихорадочно соображая, что делать. Он понял, что проиграл чему-то такому, о существование которого даже не догадывался. Мерзко хихикнув, он вызвал одного из прирров, и поспешно сформировал межмировой портал.

Я испугалась:

— Он что, так и уйдет безнаказанным?

Авис иронично сказал:

— Хозяйка, сейчас все решает судьба. Просто стой и жди.

И судьба сделала свой ход. Едва Угрим шагнул к открытому порталу, как ему навстречу из рядом вспыхнувшего радужного сияния вышел… Садо. Он держал меч Света в руках, остановив острие в сантиметре от дряблой шеи старика.

— Именем закона империи Даль, ты арестован! Как пожиратель душ, который посмел угрожать самим Спящим, ты предстанешь перед судом Мудрейших!

Угрим хихикнул, вызывая к себе на помощь оставшихся прирров, и быстро сформировал вокруг себя бледно-желтый туман.

— Хи-хи-хи… Глупец, хоть план мой провалился, моя сила осталась при мне! Я придумаю новый способ, и стану Новым Богом этого…

Мерзкий старикашка не договорил, рухнув на землю без сознания. Я чуть не рассмеялась, видя замешательство прирров, которые не знали, что делать без своего начальника. Но еще больше меня рассмешило злое лицо Азея, который одной рукой остервенело сдирал с себя склизкие нити, а в другой руке держал дубинку, которой и огрел по голове старикашку.

— Тьфу, тьфу, фу-у! Какая гадость! Они попали мне в рот! Тьфу! Тьфу! Апчхи-бр-бр! Еще и в нос! А, младший сын императора! Чего застыл? А, это?

Огневик повертел в руках дубинку, на которую уставился нуар.

— Да достал меня уже этот старик! Тоже мне, новый 'Бог' мира Даль! Против такого типа действует только одно — удар дубинкой по макушке! Может, после него в голове у старика прояснится.

— Я обожаю этого парня! — умилилась я. — Так банально остановить великого пожирателя душ! Эй, ребята, я здесь! В шаре! Как мне отсюда выбраться?

Я заколотила кулаками по оболочке сферы, привлекая внимание к себе. Азей подошел ко мне, радостно дергая хвостом:

— Вася! Живая! Как тебя оттуда вытащить? А ты чего своим черным пламенем не воспользуешься? Стукни по оболочке, и все!

— Азейчик, миленький, — жалобно простонала я. — Эта штука сделана из душ разумных! Да как я могу уничтожить их?

— В этом вся ты, — сердито пробурчал огневик. — Другим — все, себе — ничего! Ну, и что теперь делать? Проклятье Ваха, я совсем промок под этим ливнем. Тебе там хорошо, тепло, сухо, а я скоро в сосульку превращусь! Итак все силы ушли на то, чтобы освободиться от этих склизких нитей, еще и этот дождь с градом. Да как я еще жив-то? Сам удивляюсь!

Садо поднял голову к небу, озадаченно пробормотав:

— И ни одного просвета! А это еще что такое? Пегас? Почему один? Теон? Теон!!! Давай сюда! Мы здесь!!!

— Ну, наконец-то, — проворчал огневик, поднимая голову к небу. — Щас он тут быстренько порядок наведет. Махнет пару раз своим мечом — и ни прирров, ни этой сферы. О, сноб! Тьфу, ты! Ваше Императорское Высочество! Вы самый последний! Почему так долго? Все уже собрались, а вас — нету!

Шон, выбравшейся из портала вместе с отрядом стражей в зеленых плащах, сухо заметил:

— Отряд игуров собирал.

Я, глядя на суматоху, которая поднялась на поляне, спросила у Ависа:

— А как они узнали, что все происходит именно здесь, на этой поляне?

Дух меча Смерти хмыкнул:

— Судьба подсказала. А если честно, между духами мечей существует телепатическая связь. Я просто сообщил им, где мы находимся.

Я усмехнулась:

— А говоришь, Судьба…

Глава 17

Две каменных статуэтки гномов застыли с кувалдами в руках напротив небольшой скалы, из вершины которой вытекали струйки воды. Я пожалела несчастных гномов, которые все пытались, и никак не могли стукнуть по камню, и уселась на каменный барьер фонтана. Это была пятидесятая по счету деревня, в которой мы провели зачистку от бездушных монстров. Где-то далеко в столице совет Мудрейших должен был вынести приговор по делу Угрима, где-то далеко возобновились занятия во всех школах после глобального катаклизма, где-то далеко в горах ходили огры, заново обустраивая свой быт среди изменившейся местности. Все это было где-то далеко, а сейчас я просто сидела, опираясь на меч Смерти, и тяжело вздыхала. Мои попытки вынуть из мерзкого старикашки ключевое слово заклинания 'забвения по крови и памяти' с треском провалились. Угрим, запертый в темнице дворцовых подземелий, при моем появлении начинал хихикать, что-то невразумительно бормоча о 'новых Богах'. Добиться от него разумной речи было невозможно — старик свихнулся. То ли его бредовые идеи свели его с ума, то ли Азей перестарался с ударом дубинкой по его макушки, но старик перестал быть вменяемым.