Дрессировщик драконов - Илья Одинец

— О чем ты говоришь?

— Не перебивай пророка во время предсказания, — поднял сухую руку незнакомец. — Процесс выхолащивания можно не просто замедлить, но остановить, и именно ты сделаешь это. Ты спасешь свой народ и заслужишь вечную признательность эльфов. Твое имя войдет в историю не просто как имя одного из тех, кто прожил долгую жизнь, а как имя героя, спасшего целый народ. Ключевая фигура уже в игре, пришла пора вводить тяжелую артиллерию. Внимательно выслушай то, что я тебе расскажу, запомни каждое слово и действуй, когда придет время.

Старик говорил долго. Тэл’льяин слушал хомо обыкновениус, и сердце его то сжималось от тоски, то птицей воспаряло к небесам. Незнакомец поведал о вещей звезде, раз в столетие приоткрывающей каждому эльфу его судьбу, о полукровке, чье правление приведет Ил’лэрию к гибели, и роли Тэл’льяина в спасении старшего народа. Поначалу эльф сомневался в словах незнакомца, но старик говорил такие вещи, о которых хомо обыкновениус знать не могли. Например, о Diehaan.

— Почему ты рассказал мне все это? — спросил Тэл’льяин, когда незнакомец закончил.

— Потому что исчезновение магии не в моих интересах, — блеснул глазами старик. — Эльфы нужны этой земле так же, как трава и солнце. Без вас, ушастых уродцев, мир изменится к худшему.

Незнакомец достал из дорожной сумки монетку, висящую на серебряной цепочке, и протянул ее эльфу.

— Настанет время, когда тебе придется уговорить своих соотечественников совершить нечто противное эльфийской природе. Потри монетку, и этот маленький помощник, заряженный магией, придаст твоим словам вес и значимость.

Эльф принял подарок, хомо обыкновениус ушел, а через месяц Тэл’льяин получил первое подтверждение его правоты. Пророк оказался настоящим, а значит, его слова об остановке процесса выхолащивания и важной роли Тэл’льяина — правда. Поэтому он не удивился, когда правитель заговорил о своем преемнике-полукровке, и немедленно вызвался возглавить отряд, посланный на его поиски. Он знал, что нужно делать, и был готов смочить стрелы кровью хомо обыкновениус ради будущего своего народа. Полукровка должен быть уничтожен.

Тэл’льяин убедился в правдивости слов незнакомца, пахнущего диким зверем, и не сомневался в его гарантиях. Гланхейл выслушает своего поданного и поймет. Тэл’льяину это обещали.

Отряд остановился в лесу вдали от людских поселений Ви-Элле. Рильбест и трое его товарищей ушли на охоту, остальные расположились для отдыха. Тэл’льяин отошел к ручейку, пробивавшему себе путь между корней деревьев, и опустился на колени. Тэл’льяину нужно было сосредоточиться и поймать яркую, но трудноуловимую ниточку связи с Гланхейлом. Он опустил ладони в воду, закрыл глаза и открылся.

— Khallahaan Ghlanheiel! Malil hillah…[20]

Не успел Тэл’льяин закончить подготовительную формулу, как почувствовал, что связь установилась, тонкая энергетическая нить, тянущаяся от Гланхейла в информационное поле, впилась в эльфа мертвой хваткой. Это было странно. Обычно, чтобы связаться с правителем, требовалось много усилий и полное сосредоточение. В целях безопасности Гланхейл, почувствовав, что его вызывают, долго и тщательно проверял личность собеседника, а сегодня обошелся без проверки и сам потянулся к собеседнику.

— Geliah anenala… — начал Тэл’льяин, и осекся.

Правитель не стал тратить энергию и материализовывать свой образ целиком, он ограничился лицом, и это лицо выражало такую ярость, что сердце эльфа екнуло.

— Объяснись, если можешь, — сухим, не терпящим отказов и увиливаний голосом, произнес Гланхейл.

— Ради спасения старшего народа я делаю все, что в моих силах, — смиренно ответил Тэл’льяин. — Полукровка будет уничтожен.

— Я не просил уничтожать заодно всех детей хомо обыкновениус, — в голосе правителя отчетливо слышалась угроза.

— Мой отряд поступает разумно. Мы не трогаем слишком маленьких или слишком взрослых детенышей.

— Ты понимаешь, к чему приводят твои действия?! — воскликнул Гланхейл. — Ради спасения одного народа, ты губишь другой и подвергаешь нас опасности войны!

По спине Тэл’льяина прошел холодок. Он думал, правитель будет в гневе, станет кричать и угрожать, но Гланхейл не злился, он был в отчаянии и печали. Сквозь маску ярости проглядывали грусть и разочарование.

— Старший народ справится с любой угрозой, — произнес Тэл’льяин и опустил голову.

— Не с любой, — заметил правитель. — Люди объединятся. Против нас выступят не только О-шо и Ви-Элле, но и Рахан, и, скорее всего, Миловия. Но речь даже не об этом! Почему ты так поступил, Тэл’льяин?

— Я хочу спасти наших детей.

— Ты их уничтожишь! Возвращайтесь. Это приказ.

— Но полукровка…

— Его найдет Ирлес Ландал, — отрезал Гланхейл. — Он связывался со мной декаду назад, крон напал на след.

— Но…

— Это не обсуждается.

Лицо правителя стало бледнеть, сквозь него проступили донные камни ручья и отражающееся в воде небо, но прежде чем исчезнуть, Гланхейл вздохнул:

— Ты меня разочаровал, Тэл’льяин. Если нам не удастся решить дело миром, тебя казнят.

Связь прервалась.

Эльф поднялся, стряхнул с ладоней влагу, и направился к отряду.

— Возвращайтесь, — коротко произнес он в ответ на молчаливый вопрос своих товарищей, — а мне нужно закончить начатое.

Тэл’льяин пошел вглубь леса. Пророк предупреждал, что с Гланхейлом могут быть трудности, но это не должно его остановить. Он доведет дело до конца, будет охотиться в одиночку, но найдет полукровку и избавит свой народ от печальной участи выхолащивания.

За время, прошедшее с ночи, когда Эл'льяонт получил предсказание вещей звезды, мальчик о многом успел подумать и сделать первый шаг к своему будущему. Он согласился помочь Фархату, хотя и подозревал, что помыслы сартрского правителя не так чисты, какими он хочет их изобразить. Впрочем, эльф был рад и такому союзнику. Фархат обещал предоставить Эл'льяонту карету и сопровождение, чтобы тот смог вернуться в Ил'лэрию и поговорить с Гланхейлом, и предоставил. Более того, король сам изъявил желание ехать в страну старшего народа.

— На нашей стороне большая сила, — уверил Фархат бывшего пленника. — Если Гланхейл откажется внимать голосу разума…

— Мы не возьмем армию, — парировал эльф. — Переговоры — мирное дело. Старший народ не привык решать проблемы с помощью силы.

— Хорошо, но мне нужна хорошая охрана. Миловийцы не упустят возможности напасть, если увидят слабость моего сопровождения. Иженек не может забыть последнюю войну и нападет, хотя я сам уже давно понял, что конфликт — не мой метод. Тысячи будет достаточно, чтобы обеспечить нам беспрепятственный проход через Миловию.