Пылающий Север - Ярослав Коваль

Я пожевал губами — и даже не попытался разубеждать Аканша. О некоторых промахах лучше забыть сразу и с ходу, не утруждая себя объяснениями.

Ему я оставил поручения извещать меня обо всех изменениях ситуации. Пока под стенами оборонительной полосы Ледяной крепости было относительно тихо. По всему чувствовалось, что противник готовится к следующей атаке. У меня возникало подозрение, что они нащупали слабину в нашей магической обороне и теперь, пользуясь нашим незнанием, будут поэтапно выдавливать нас с каждой стены по очереди, экономя свои силы и жизни. Но подозрением я предпочёл пока не делиться. К тому же в замке сейчас работают мои аналитики и мои чародеи, они и сами сообразят. А в Уступе спешат разговорить пленного мага.

Что ещё мы можем делать?

И снова лошадки, снова бесконечные лабиринты завалов и частоколов, в которых я лично, задумавшись, живо бы заблудился. Заночевали мы в домишке посреди одной из особо удачных на мой взгляд засек. Здесь хватало ям, ловушек, накатов из камней, отменно замаскированных зеленью и деревом, так что даже саламандры вряд ли смогут с налёта уничтожить эту часть укреплений, врагам придётся штурмовать её ножками. А в этом случае мы ещё посмотрим, кто кого. Мы ещё не сдаёмся.

Путь продолжили на рассвете, когда ещё не развеялись остатки ночного холода, пробиравшего даже сквозь сукно. Плечами приходилось собирать всю росу с веток, и скоро каждый из нас промок чуть ли не насквозь, но терпеть оставалось недолго. Наступали самые жаркие дни в году, как раз те, которые крестьяне посвящают занятиям полегче, даже устраивают себе отдых от полевых работ, могут дрова заготавливать в лесу да скот перегонять в тенистые местечки, к заводям и лесным озёрам.

Командир отряда, занявшего эту часть леса, удивился моему появлению, но виду не показал и обстоятельно отчитался в том, как идут дела. Судя по его словам, дела шли неплохо — противник последовательно игнорировал лес и аккуратно обходил его стороной. Кроме как о странном парне, вызывавшем на бой кого-нибудь из наших, рассказать, по сути, и не о чем.

— Ладно, — сказал я. — Тогда покажите мне, где именно он разорялся.

С наблюдательного пункта, оборудованного на скорую руку, но удачно, хорошо было видно край леса и луг, начинавшийся сразу у опушки. Противник действительно стоял на безопасном расстоянии — смутно виднелись округлые приземистые юрты, а может, и не юрты, но что-то подобное, и фургоны, тоже много. На лугу в отдалении паслось множество коней, причём самых разных, от крупных до довольно мелких, сперва показавшихся мне похожими на пони. Людей тоже хватало, они пока не выстроились в ряды, но явно к чему-то готовились, снаряжались.

— Поднимай малую тревогу, — сквозь зубы приказал я. — Сбор трёх или четырёх отрядов на краю передней засеки. Нет, в середине передней засеки. Свой отряд подтяни ближе к переднему краю. Посмотрим, что они задумали.

— Милорд немедленно уезжает?

— Нет уж! Милорд тащился сюда совсем не для того, чтоб полюбоваться на походные домики и табун коньков. Говорю же — посмотрим, что они затевают. Манджуд — видишь что-нибудь?

— Лагерь прикрыт куполом, — пропыхтел в ответ чародей. Когда-то он вместе со мной воевал за Серт (тогда именовавшийся Хрустальным графством) и южнее тоже, намотал множество километров и вёрст на подошвы сапог. Но с тех пор слегка изменился, пополнел, даже погрузнел. Я не потянул бы его за собой, щадя, но он попросился сам. А я не отказал, потому что слишком привык именно к его походной магической помощи. На помост наблюдательного пункта он вскарабкался с большим трудом. — Бледноватое сияние размывает контуры. Я такого не видел никогда…

— Конечно, не видел! У них своя магия. Что-нибудь ещё видишь?

— Нет. Не вижу. Каких-либо магических ловушек на лугу нет.

— Или не видно?

— Сложно совсем спрятать присутствие магии от глаз чародея. Нет. Просто нет.

— Ладно, допустим… Обрати внимание. — Я вытащил из пояса ещё одну подзорную трубку — вроде той, которая так понравилась Аштии. Прицелился ею в противника. — Никак они собираются занимать позиции?

— На хорошем таком расстоянии от леса.

— Но за пределами купола, милорд! — вмешался Манджуд.

— Уже хорошо… У них там случайно нет в руках дальнобойных арбалетов? — И я сунул подзорную трубку командиру лесного отряда, не доверяя своему вниманию. Слишком уж настойчиво сознание требовало искать, искать, скорее отыскивать какие-нибудь необычности, странности, шарить взглядом по юртам и повозкам, по готовящимся к бою людям, по их снаряжению и оружию, которых даже в подзорную трубу почти не видно, — и придумывать, как можно их победить.

В такой ситуации внимание оставляет желать лучшего.

— Нет, милорд. Но даже если б и были… Стрела из такого летит далеко, но направляют её человеческие руки и человеческий взгляд, который не пронизывает зелень.

— Верно. И красиво сказано. — Я снисходительно усмехнулся. — Пришли сюда своего дозорного, а сам иди, распоряжайся. Не буду тебя больше отвлекать.

— Благодарю, милорд.

Шуршание за спиной быстро стихло. Гуляя взглядом по собирающимся куда-то бойцам, я пытался представить себе, что же они за люди. Что ценят больше всего? Чем можно их прельстить? Чем напугать? Чья воля для них священна? Не может быть, чтоб к ним не было какого-нибудь ключика.

— Как думаешь, Манджуд, куда это они намылились?

— Что сделали, милорд?

— Собрались. Куда они собрались?

— Думаю, не на бой. Нет, не на бой. Собираются как-то вяло.

— Считаешь? Но с чего вдруг? И вообще — это не аргумент. Что они тебе, в бой как на праздник, что ли, должны бежать? Война для солдата — та же работа.

И я снова прилип к подзорной трубке.

Но, положим, какая-то истина в суждениях Манджуда определённо была. Тоже показалось, что бойцы собираются не в бой. Самая главная чёрточка — лошадей они оставили пастись. С чего бы, если предстоит сражение? Вон у них какой табун. Не для красоты ж они его сюда пригнали. Наверняка если не все они, то изрядная часть воюет в сёдлах. Эту особенность вражеских вооруженных сил мы уже заметили. С чего бы им сегодня сделать исключение?

Сзади снова зашуршало, и дозорный сбивающимся от волнения и одышки голосом представился мне по всей форме. Доложил, что это именно он наблюдал за странным вражеским командиром, он же позднее доложил своему начальству о случившемся. И — да, кстати! — в тот раз отряд собирался и выстраивался точно так же. Но в прошлый раз они собирались намного позже, к полудню.

— Действительно, странно, — процедил я сквозь зубы, потому что разговаривать как-то иначе, подпирая подбородок свободной рукой, затруднительно. — Ну посмотрим. Что там с отрядом?