Поймать архимага - Надежда Дурманова

— Но ты же сейчас пришел меня убивать. Значит, где-то в той клятве было слабое место, — сделала вывод я.

— Какая ты сообразительная, — притворно восхитившись, всплеснул руками Наставник. — Ты права, там было слабое место. Талья заставила меня поклясться, что я никогда не причиню тебе вреда, но оговорилась. «Пока она сама не захочет тебя убить» — сказала она. Не надо так недоуменно смотреть. Мы с твоей матерью любили друг друга, поэтому она готова была поступиться всем. Троном и даже тобой. Какая мудрая была женщина, так точно предугадать, что такая ситуация наступит! А ведь ты же рохля и никогда не сможешь никого убить, ты даже захотеть этого не сможешь, потому что слишком мягкая для этого.

— Но зачем тебе наши королевства?

— Дурочка, ты даже не можешь понять! Ты — которая ненавидит власть и тяготится бременем королевы, и я — который остался без смысла своей жизни, я говорю о твоей матери. А власть… для меня это лучшая замена. Править людьми, смотреть, как они гнут перед тобой спину, унижаются, работают на тебя, принося тебе неплохой доход. Скажи, разве тебя это не привлекает?

— Попахивает извращением, — сморщившись, сказала я. — Или безумием. Лерий, ты же сходишь с ума! Зачем ты устроил все эти игры? Что я тебе сделала?

— О нет, девочка, я нормальный! Это вы все безумцы, кто не понимает, насколько сладкой может быть власть. Ты только представь — непобедимое государство, все соседи боятся.

— Знаешь, если ты хотел меня убить, достаточно было просто рассказать мне все это. И не устраивать эти игры! Ни три года назад, ни сейчас! Зачем надо было водить меня за нос по всему континенту, ради чего?! Что я тебе сделала? — беспомощно повторила я, чувствуя, как ослабляется защитное заклинание, которое я заготовила.

— Я тебя просто ненавижу, я хотел тебя сломать, как ты сломала жизнь мне. Встала между мной и Тальей. Ведь она взяла с меня клятву в последний момент, как чувствовала! Я умолял ее избавиться от тебя еще при твоем рождении, но она не захотела, испугалась.

— Но почему ты просто не оставил меня в покое? Я бы ушла, я бы никогда больше не появилась в стране! Зачем? — почти плача спросила я.

— Я хотел, чтобы ты страдала. И выполняла все, что я велю. Шла, куда я пожелаю, делала, что я пожелаю. Тогда, три года назад, эта игра доставила мне огромное удовольствие. Знаешь, я ведь почти сломал тебя, но ты так не вовремя сбежала! Действие настоя бы убило в тебе всю волю.

— Знаешь, я тебя тоже ненавижу! — выкрикнула я. — За то, что устроил эту травлю на меня просто ни за что, просто потому, что тебе было скучно. Конечно, великий архимаг заскучал без моей матушки! Ты делал это не ради каких-то великих целей и якобы великой любви к моей матери! Если бы ты любил ее, то никогда бы не причинил вред мне! Ты просто свихнулся!

Защитное заклинание вышло мощным, поглотив большую часть энергии от боевой сферы. Я пошатнулась и отпрянула. Краем глаза заметила, как в стене огня появилась будто бы трещина, потом расширилась, словно ее раздвинули с той стороны. Лерий тоже это заметил, развернулся всем корпусом, вскинул руки и начал творить заклинание. С той стороны показался Марэль, встав перед держащим огненную стену взмыленным Даром, и что было силы метнул в Наставника короткий нож — только лезвие блеснуло в свете огня, прочертив красивую дугу и попав в живот Лерию.

Последний просто отмахнулся от наемника, как от мухи. Марэля подбросило и швырнуло куда-то за пределы видимости. Потом стена снова сомкнулась, потому что у Дара кончились силы. А я поняла, что пора действовать. Трясущимися руками расшелудила бумажную упаковку, вытащила духовую трубку и захватила несколько дротиков. Остальные посыпались на землю.

Металл, вымазанный зельем, обжигал кожу, но я, злобно прошипев что-то нелестное о полоумных магах в целом и моем Наставнике в частности, затолкала дротики в трубку. И что было сил дунула. Лерий, вытащив из живота нож, как раз поворачивался ко мне, и два шильца укололи его прямо в открывшуюся шею. Остальные пролетели мимо. Наставник дернулся, пытаясь вытащить дротики. Но руки его не слушались. Через несколько долгих секунд вытащил наконец, разглядел.

— Что ты сделала со мной, дрянь?! — крикнул он. Я, исподлобья глядя на него, улыбнулась.

В этот момент огненная стена, которую не смогли нейтрализовать даже дворцовые маги, взметнулась ввысь и опала. Лерия стремительно покидала магическая сила. Придворный маг самолично обездвижил Наставника и, на всякий случай надев на него антимагический браслет, телепортировался во дворец.

Я пошатнулась, только сейчас поняв, насколько сильно было напряжение. Но упасть мне не дал некромант, подхватив меня на руки. Я огляделась и заметила, что над Марэлем, лежавшим без сознания, трудятся двое целителей. И это было последнее, что я увидела, последовав примеру наемника. То есть — упала в обморок.

Нам предоставили лучших телепортистов, чтобы перебросить нас в Мортан. Марэль уже более-менее оправился, только аккуратно прижимал к груди сломанную руку, боясь задеть ненароком. Я привела себя в порядок, чтобы не пугать поданных своим потрепанным видом. Дару досталось меньше всех, поэтому он был до отвращения бодр.

Эйдис, коронация которого была назначена на послезавтра, уже распоряжался всем. Он пообещал, что ни Марэль, ни Дар не останутся без наград за заслуги перед Международным Советом и Гаттой. Марэль хотел было отказаться, но деньги лишними не бывают. Тем более неприлично отказываться, если тебя награждает король.

Мы прощались.

— Думаю, нет необходимости спрашивать — ты с нами? — сказала я, протягивая руку.

— Необходимости нет, — согласился некромант, пожимая ее. — Прощайте, ваше величество.

— Но почему? — спросила я, заглядывая ему в глаза. — Я бы могла дать тебе титул, земли. Ты достоин этого больше, чем кто-либо из столичной знати.

— Я не буду уважать себя, ты знаешь это. Королева — и нищий некромант… Прощай.

— До свидания, — упрямо сказала я, краем глаза поймав задумчивый взгляд Эйдиса.

Наверное, в этой глупой традиции о королевском одиночестве была своя логика. Мужчины делают женщин мягкими, беззащитными. Могут крутить нами, манипулировать, вить из нас веревки. А королева, не зависящая от мужчины, может бесстрастно делать свое дело, не отвлекаясь на эмоции.

Я ненавижу эту традицию.

Эпилог.

Я стояла, прислонившись лбом к холодному стеклу. За окном умирало, уходя за горизонт, красное солнце. День был морозный, но солнечный.

За прошедший месяц многое изменилось. Марэль и Тень переехали во дворец. Теперь Тень официально считалась моей фрейлиной, хотя я нуждалась больше в подруге, чем в придворной даме. Наемника же я назначила начальником Службы безопасности. Старый доверия как-то не внушал, ибо ударился в бега, узнав об аресте Лерия. Сам Наставник медленно умирал, все больше сходя с ума, в королевской темнице в Дортре. Эйдис предлагал выдать преступника Ксавии, но я отказалась — зачем в дом тащить всякую падаль?