Каменная принцесса - Девни Перри

Мы вместе построим нашу жизнь в Клифтон Фордж.

Это был мой дом.

Я хотел поделиться им со своей семьей, и чтобы сделать это, мне пришлось бы отпустить обиду, которую я питал к своему отцу.

Пресли была права насчет него. Он не был злым человеком. Преступление отца не казалось таким уж важным в грандиозном плане жизни. Он совершил ошибку. Признал ее. И пострадал от последствий.

Он выдержал бурю в СМИ без единого слова или жалобы, чего ему не пришлось бы делать, если бы я не был знаменит. Он не пытался оправдаться, почему взял эти деньги.

Папа не заслуживал пожизненного заключения. Он не был Маркусом Вагнером.

Было время, когда я хотел сидеть напротив Маркуса в тюрьме, но сейчас это не имело значения.

Теперь мне было насрать на мотивы Маркуса Вагнера. Для меня он был так же мертв, как и для Пресли. Я снял фильм, я выполню свои обязательства по его продвижению, и как только это будет сделано, я буду просто благодарен, что он привел меня к Пресли.

Я переезжал в Монтану. Черт возьми, я переехал в Монтану. Мой ассистент позаботится о смене адреса.

Семья Пресли была здесь, но я хотел, чтобы она стала и частью моей. Ей понравились бы мои сестры — они вчетвером сочувствовали бы мне и неустанно дразнили. Моя мать обожала бы ее, а мой отец лелеял бы остроумную, добрую невестку.

Я бы не стал лишать Пресли этих отношений, так что пришло время залечить трещину.

Как только я принял решение позвонить папе, было удивительно, как быстро гнев просто… растаял.

Я встал с дивана, чувствуя себя легче, чем когда садился, и подошел к окну гостиной, выглянув наружу. Джип Пресли стоял на подъездной дорожке. Я видел, как она приехала, помахав мне пальчиком, прежде чем припарковаться.

Она пробыла дома час, и наступил вечер. У меня заурчало в животе, но я не хотел есть, пока не получу от нее весточку. Я надеялся, что, может быть, если я появлюсь с пиццей позже, они меня не выгонят.

Сестрам хватило бы часа, чтобы поговорить? У меня снова заурчало в животе. Я не хотел торопить Пресли, но я также знал, что это будет нелегкий разговор. Отойдя от окна, я отправил ей короткое сообщение, затем включил телевизор и нашел баскетбольный матч.

На игровых часах прошло пятнадцать минут, и я уступил своему желудку, съев батончик гранолы и отправив еще одно сообщение, пока жевал. Десять минут спустя, когда оно осталось без ответа, я позвонил и попал на ее голосовую почту.

Страх поселился у меня в животе.

Что-то было не так.

Мне было все равно, хотели ли Пресли и Скарлетт побыть наедине, я собирался проверить, как они. Я натянул ботинки и куртку, затем открыл входную дверь как раз в тот момент, когда воздух наполнился визгом шин по асфальту и из-за угла вылетела белая полоса.

Грузовик Люка занесло и он остановился перед домом Пресли.

Еще одна патрульная машина промчалась по улице, припарковавшись рядом с ним. Огни не мигали. Сирены не завывали. Две другие остановились у входа в тупик, образовав блокаду.

Мои ноги начали двигаться.

Я спрыгнул с лестницы и помчался к дому Пресли. Кровь застучала у меня в ушах, заглушая крик за спиной, но ноги продолжали двигаться.

— Шоу, остановись!

Я не остановился, пока пара рук не обхватила меня и не повалила на снег.

— Отвали от меня на хрен, — кричал я и боролся, выбрасывая локти и извиваясь, чтобы освободиться.

— Успокойся, — рявкнул Люк. Ублюдок надавил мне коленом на позвоночник.

— Отвали от меня! — взревел я.

— Просто послушай, — крикнул он мне в ухо, заставив меня вздрогнуть. — Ты не можешь войти в этот дом. Возьми себя в руки.

— Она в беде. — Мое нутро кричало, что я должен проникнуть в ее дом.

— Если ты войдешь туда, риск того, что все пойдет плохо, резко возрастет. Мы оба это знаем.

Правда отрезвила меня, прогнав инстинкт борьбы.

— Отпусти меня.

— Нет, пока ты не успокоишься.

— Я чертовски спокоен. Позволь. Мне. Подняться.

Люк колебался, но, наконец, встал и протянул руку.

Я проигнорировал ее, вскочил и повернулся к дому Пресли, но мои ноги не двигались. Я стоял как вкопанный, паника взяла верх.

— Что происходит?

— Десять минут назад в 9-1-1 поступил звонок. Вооруженный мужчина удерживает Пресли и ее сестру.

У меня внутри все сжалось.

— Кто?

— Мы не знаем.

— Черт. — Я сплюнул на землю. Моя челюсть приняла на себя основную тяжесть удара, когда Люк схватил меня, и на снегу оказалась капелька крови.

Пока я осматривал двор, на нас смотрели. Пятеро офицеров Люка стояли неподалеку, разинув рты. На вид никому из них не было больше тридцати лет.

Люк упомянул за кружкой пива, что после того, как Маркуса сняли с поста начальника, некоторым старшим офицерам не понравилось, что Люка назначили на его место. Он потихоньку поощрял их досрочно уходить в отставку и заменял их более молодыми офицерами.

Сегодня нам не нужны были молодые. Нам нужны были опытные.

— Иди домой, — приказал Люк.

— Нет.

Он разочарованно выдохнул.

— У меня нет на это гребаного времени. Иди домой. Не путайся под ногами.

Я скрестил руки на груди, расставив ноги.

— Нет.

— Шоу…

— Шеф. — Один из полицейских привлек его внимание и указал вниз по улице.

Трое мужчин бежали трусцой по дороге, фары патрульных машин освещали их сзади.

— Черт возьми, — пробормотал Люк. — Только этого мне еще не хватало.

Дэш, Эмметт и Лео промаршировали через двор Пресли, встав рядом со мной напротив Люка.

Я не знал, как они узнали, что что-то не так, и мне было все равно. Эти трое сделали бы все для Пресли, и это все, что имело значение.

— Что вы здесь делаете? — спросил Люк сквозь стиснутые зубы. — Вам всем четверым нужно исчезнуть. Это не гражданское дело.

— Я прошел обширную подготовку спецназа, — сказал я. — Побывал в большем количестве ситуаций по освобождению заложников, чем ты и твои люди вместе взятые. Позволь мне помочь.

— Нет. — Люк покачал головой. — Ты не коп.

— Не будь высокомерным засранцем, — сказал Дэш. — Дело не в том, кто носит значок.

— Убирайся с территории, Слейтер. — Люк сердито посмотрел на Дэша. — У моих людей есть дела поважнее, чем тащить твою задницу в тюрьму прямо сейчас. Вы гражданские. Я не могу…

— Пожалуйста. — Я поднял руку, понизив голос, чтобы показать страх, пронизывающий мое сердце. — Пожалуйста. Она — моя