Сказание первое: Клич Ворона - Алина Белова

— Меня бы убили быстро, — пожал плечами Хролф. — У меня нет больше дома, моей земли, моих денег. Мне некуда было бежать, меня всё равно нашли бы в лесу. Как там говорят эти трое? «Таны видят, таны знают».

Кольгрим кивнул, вспоминая, как часто произносили это сами таны. Они действительно знали многое и, казалось, просчитывали ходы противника наперёд. Порой волчий князь сомневался: а не способны ли Три головы видеть будущее? Уж слишком много тайн этого мира им было известно.

Странная мысль неожиданно пришла в голову Кольгриму, и мужчина, нахмурившись, пристально посмотрел на Хролфа. Молодой Волк даже не знал, как правильно выразить то, что он хотел сказать. Не покажется ли это крестьянину несколько… необычным?

— Раз уж у тебя нет теперь дома, — пробормотал Кольгрим, не сводя с Хролфа пристального взгляда, — почему бы тебе… не присоединиться ко мне?

Крестьянин удивлённо посмотрел на него. Он совершенно не ожидал такого предложения и несколько растерялся, не зная, что ответить. Кольгрим был его спасителем, и отказывать ему было бы грубо. Но Улвир пришёл с захватчиками, вторгся в земли Кервосов. Присоединиться к нему означало предать свой собственный народ и перейти на сторону врага.

— Ты что, предлагаешь мне вступить в твою стаю? — Хролф вскинул бровь. Кольгрим не сразу понял смысл его слов. Ну конечно, местные жители, обычные мирные люди, называли волчьи кланы «стаями», а самих танов — «вожаками». Совсем как у зверей. Впрочем, Кольгрим уже привык ко всем этим странностям в землях Керберов. Вообще-то, Улвир просто хотел предложить Хролфу стать его товарищем, путешествовать вместе с ним и помогать в бою, но идея самого крестьянина Волку понравилась больше. Действительно, он же собирался стать таном!

— Я всего лишь волчий князь, впервые ступивший на земли Латира, так что ты вполне можешь отказаться… — пробормотал Кольгрим, но сам пристально следил за Хролфом. Крестьянин замялся, неуверенно посмотрел на пылающую деревню, потом на топор в своих руках. Три тана явились в его земли, уничтожили его дом. Кольгрим был одним из тех, кто помогал варварам. Почему теперь Хролф должен был вставать на его сторону? Это было неправильно. Но… разве у крестьянина оставался выбор?

— Ты предлагаешь Оленю стать Волком. Делаварфы никогда так не поступали.

— Но я не Делаварф, — напомнил ему Кольгрим, и Хролф кивнул головой. Сколько варварских традиций уже нарушил молодой Волк? Он давно потерял счёт. Но Делаварфы сами отталкивали его, резко подчёркивая различие между ними. И Кольгрим не собирался прыгать перед ними на задних лапках, как дрессированная собачка. Он князь, а не мальчик на побегушках.

— А Серый волк обещает Хролфу защиту? — мужчина вскинул бровь и внимательно осмотрел Кольгрима. Князь расплылся в улыбке и, кивнув головой, приложил к груди кулак, чтобы произнести клятву.

— Серый волк обещает Хролфу, что никто из варваров не посмеет его тронуть. Слово Улвира.

Крестьянин усмехнулся. Такой вариант развития событий его вполне устраивал. Прошлую жизнь уже не вернуть, но есть хоть шанс начать новую, а не умереть с раздробленным черепом посреди выжженной деревни. Вскинув топор на плечо, Хролф выжидающе посмотрел на Кольгрима. Молодой Волк не сразу понял, что крестьянин от него хочет, и лишь потом вспомнил: таны, принимая кого-то в свой клан, давали ему какую-то вещь в доказательства своего согласия. В карманах Улвира оказалось множество всяческого хлама, но мужчина посчитал, что маленький волк, вырезанный из куска дерева, станет отличным символом для Хролфа. Когда крестьянин взял в руки фигурку, по лицу его скользнула улыбка.

— Стало быть, теперь я тоже Серый волк? — мужчина усмехнулся. Кольгрим в ответ только кивнул головой. Три Серых волка — он, Ракш и Хролф — посреди трёх варварских кланов. Молодому князю было не по себе, когда он осматривался по сторонам и видел одни лишь незнакомые мрачные лица. Теперь Улвиру будет не так одиноко. И хотя Кольгрим ещё едва ли мог положиться на Хролфа, в его обществе он чувствовал себя куда уверенней.

— Идём, Хролф, — Кольгрим вскочил в седло и натянул поводья своего жеребца. — Я должен встретиться с Тремя головами. Будешь меня сопровождать.

Крестьянин коротко кивнул головой и зашагал следом за князем. Когда же из-за домов неожиданно выскочил Ракш и скользнул мимо Кольгрима, Хролф схватился за топор. Он впервые видел волколака в такой близи рядом с собой и, должно быть, сильно испугался. Но рыжеволосый парень не обратил на крестьянина никакого внимания и лишь приглушённо фыркнул, выражая своё недовольство.

— Гр, — позвал Ракш Кольгрима и указал рукой куда-то на север. Князь благодарно кивнул головой и повернул своего коня.

Таны действительно расположились на небольшом холме у выхода их деревни. Свидживальд с Гертрудой о чём-то спорили в палатке, а Эдзард, сидевший у самого выхода, курил трубку. При появлении Кольгрима варвар приветственно кивнул ему головой и сильно удивился, заметив за спиной молодого князя новое лицо. Хролф, оказавшись под пристальным взглядом тана, съёжился, вжал голову в плечи и подошёл поближе к чёрному жеребцу Волка.

— Это… олений человек? — Эдзард выпустил колечко дыма, и оно медленно поднялось над их головами и растворилось. Ракш попятился и неожиданно громко чихнул — он ненавидел запах табака. Кольгрим лишь кивнул головой и указал на деревянную фигурку волка в руках Хролфа.

— Я забираю себе этого крестьянина. Надеюсь, у вас это не запрещено?

Эдзард вытащил изо рта трубку, внимательно осмотрел фигурку и махнул рукой. Хролф сжался при виде этого жеста, посчитав, что тан отдал приказ убить его. Крестьянин даже за топором потянулся, но Кольгрим остановил его, покачав головой.

— Если этот человек желает быть Серым волком, я не смею его переубеждать, — произнёс Эдзард, безразлично смотря на Хролфа. Его словно совершенно не интересовало, что это был крестьянин из деревни Кервосов. Да Снежного волка вообще мало что беспокоило: он всегда выглядел так, будто окружающий мир для него ничего не значил. Всего лишь какой-то пейзаж, какие-то люди, придающие некоторое разнообразие его скучной жизни. Кольгрим вдруг почувствовал, что невероятно рад, что первым встретил именно Эдзарда — покажи он Хролфа сначала Свидживальду, и Пепельный волк сожрал бы крестьянина с потрохами. Тем более что он угрожал его людям.

— О, смотрите, Волчонок вернулся! — воскликнула Гертруда, выглядывая из палатки. Чёрный конь под Кольгримом занервничал, когда следом за девушкой показался Свидживальд. Почему-то лошади боялись этого дикого воина, как огня. Пепельный волк окинул стоявшего рядом с Улвиром крестьянина пристальным взглядом и нахмурился.