Неофит Ци - Максим Балашов

готовили с младенчества, и посторонний человек попасть туда не мог, даже если он самый сильный и умелый воин страны.

А в основном Савур очень сильно напоминал Земное османское государство. Рабовладение процветало во всей красе. Самым выгодным занятием считалось нападение на поселения империи, что давало возможность уводить в плен тысячи подчинённых ПиньИна и других регионов. В последнее время набеги затихли, этот факт сильно беспокоил наместника провинции. Он считал, что те готовят что-то грандиозное. Постоянные просьбы на усиление пограничных войск не увенчались успехом. Император был слишком занят охраной своей особы и боялся свержения изнутри. Он держал армию поблизости и на просьбы отвечал, что «войны не намечается, разведка работает». А вот пойманные шпионы рассказывали совсем противоположное. Савур уже несколько лет готовится к большой войне и усиливает границы, перебрасывая туда большую часть армии.

После прочтения этих материалов Крас стал понимать, что его ждёт через пару лет, когда неофитов будут отправлять на границу для патрулирования рубежей провинции. Время за изучением новых знаний пролетело незаметно. Тело зажило без последствий. Лао даже не мог вспомнить, в какое точно место его ударили ножом. От раны не осталось и следа. Даже шрам исчез. Через неделю архивариус попросил Кравцова покинуть его обитель и переселиться в свою комнату. Также потребовал незамедлительно начинать физические тренировки и освоение холодного оружия. После продолжительного отдыха Лао требовалось многому научиться.

Собрав свои немногочисленные пожитки, в числе которых были и пара заряженных кристаллов, парень побрёл в жилой комплекс. Крас за время, проведённое в постели, довёл уровень владения техникой разгона и слива энергии до двадцати процентов в сутки, и чистота ци сильно повысилась. Он мог убежать в столицу и жить там припеваючи, заряжая сосуды. Такие мысли периодически посещали Кравцова, но он гнал их прочь. Сергей понимал, что чем дольше он будет находиться в храме, тем сильнее и умелее станет. К тому же, все его успехи сильно застопорились, как будто в стену упёрлись, только качество чистоты энергии немного улучшалось. А вот внутренний резерв для сливания в сосуд увеличивать не получалось. “Похоже, что-то не так. Сначала росло, как на дрожжах, а теперь даже сотой процента в день не прибавляется, похоже, старый хрыч от меня что-то скрывает, и не хочет раскрывать все карты разом. Завтра задам ему этот вопрос в лоб. А сейчас, Ли, встречай меня. Интересно, Плюшкин устроил ему перепихон или ещё нет? Эх, я бы тоже сейчас не отказался растянуться в обнимку с Жолан на берегу ХэЧун и немного потереться телами, а затем выпить пару бутылок хорошего вина и сожрать сочный стейк. Мечты, мечты, Кравцов. Всё, собрался, тряпка. Завтра будет большой день.”

Дойдя до своей комнаты, герой был настолько уставшим от своих мыслей, что только пожелал доброго вечера товарищу, сказав, что все вопросы завтра и лёг спать на жёсткую доску.

Глава 18

Глава 18.

Следующие полгода пролетели очень быстро, но тяжело: каждодневные тренировки, как физические, так и энергетические, настолько выматывали парня, что у него даже не оставалось сил на разговоры со своим товарищем. Иногда казалось, что они не сказали друг другу и слова на протяжении нескольких недель. После злополучного случая в храм прибыл новый учитель по усилению тела Шён Ти. Этот с виду спокойный и уравновешенный человек обладал просто взрывным характером, стоило только ему в чем-то разочароваться или не получить желаемого, он превращался в фурию, которая могла порвать на куски всех окружающих, а буквально спустя пять минут, просто душка. Крас постоянно огорчал мастера. Шён Ти не стеснялся применять физические наказания, так что Сергей частенько ходил почти весь синий. Единственный плюс был в том, что техника лечения быстро прогрессировала. Вечером герой ложился весь в синяках и ссадинах, а утром был как новенький, и, самое главное, всё это происходило на подсознательном уровне и ему не требовалось на это отвлекаться. В родном мире этот навык он назвал бы регенерацией. Вот только техника требовала много ресурсов, и, к сожалению Лао, не энергетических, а физических, то есть ему теперь приходилось кушать в два раза больше и качественнее. С Плюшкиным был пересмотрен договор, и нормы пищи удвоили для обоих парней, естественно Кравцову пришлось раскошелиться за благо регулярно и плотно кушать. Но за полгода он ни на йоту не приблизился к освоению техники усиления тела, казалось, что молодой человек не имеет никакой предрасположенности к этому умению. Дело в том, что данная техника не была похожа на другие. Чтобы овладеть ей, требовался совершенный контроль над эмоциями. Усиляя тело, происходил процесс симбиоза гормонального фона с энергией ци. Проще говоря, когда человек испытывает разного вида эмоции, в теле вырабатываются гормоны, отвечающие за поведение индивида. Эти химические вещества подхватывает энергия ци и либо усиливает, либо направляет так, как требует от неё оператор, в нужное русло.

Кравцов очень много размышлял над природой этого процесса и над возможностями, которые он давал. При усилении тела требовалась энергия от эмоции гнева, а Крас был ещё тем увальнем, и вывести его из себя было очень трудно. Даже когда мастер издевался над ним самыми ужасающими способами, герой чувствовал тревогу и отчаянье, а не гнев. Злость - вот максимум на что был способен парень, а эта эмоция никак не подходила под понятие гнева, злым может быть и очень мелочный, склочный, но абсолютно безобидный человек. Маленькая мышка тоже может злиться, но медведем при этом она не станет. А для техники усиления тела как раз требовался гнев гризли, которого потыкали горящим факелом в тот момент, когда он, месяц не евший ничего, разрывал пойманную с большим трудом добычу.

Самое обидное было в том, что эта техника оказалась универсальной, и мастер Тушу подтвердил догадки паренька. С помощью разных эмоций, можно не только усиливать силу ударов, но и немного увеличивать скорость их нанесения, как в случае с гневом, А например, при полном спокойствии и чистоте ума делать свою кожу непробиваемой для физического оружия; при безудержном веселье возможно стать