Загробный мир. Мифы разных народов - Владимир Петрухин

Мусульманский теолог ал-Газали (1058–1111) в книге «Эликсир счастья» говорит о страданиях в могиле, телесных и духовных, связанных с тем, что дух, не нуждаясь для своего существования в оболочке, после смерти остается там. Причиной духовных страданий в могиле является любовь к мирскому, и они для тех больше, у кого больше мирских страстей. А для того, кто всего себя отдавал мирскому, мучения невыносимы. В Коране сказано: «Это – за то, что они возлюбили жизнь дольнюю пред будущей» (16: 109). Когда неверного, всей душой привязанного к мирскому, укладывают в могилу, на него нападают 99 драконов, у каждого из которых по девять голов, и они день за днем кусают и жалят его, произрастая в нем же, до дня воскрешения. Эти драконы состоят из душевных качеств человека, а число их голов равно количеству порицаемых черт его характера, то есть каждый уносит с собой причину своих будущих страданий, и она находится внутри него самого.

Те люди, которые, несмотря на естественную любовь к мирским вещам, Всевышнего возлюбили больше, не будут мучиться. Те же, кто совсем не любил Всевышнего, будут мучиться вечно. Поминающий смерть отрешается от любви к мирскому и тем обеспечивает себе загробную жизнь. По преданию, Мохаммед после отправления естественной потребности совершал омовение песком. Ему сказали, что вода неподалеку. На что он ответил: «А вдруг я не доживу до этого?»

Согласно ал-Газали, когда в могилу укладывают достойного человека, его благие деяния опускаются на него со всех сторон и охраняют его. При появлении ангелов Накир и Мункара у ног вперед выходит намаз, а когда они появляются со стороны головы, то натыкаются на пост. Появившись со стороны рук, они видят милостыню, а когда появляются со стороны тела, то хаджж и газават говорят: «Нет, он много выстрадал». После этого ангелы отвечают: «Будь счастлив и благословен!» Они милуют его, спускают райский ковер, расширяют могилу настолько, что не окинуть взором, и подвешивают светильники из рая, чтобы он пребывал в свете до дня воскрешения.

Житие Василия Нового и видения его ученика отрока Григория

В восточнохристианской традиции, в том числе в русской, начиная с древнейших времен – первого века крещения, – популярным было Житие Василия Нового, жившего в Византии в Х веке, когда Русь, еще языческая, совершала походы на Константинополь – Царьград и только знакомилась с красотами церковного строительства и обряда.

В Константинополе святой был подвергнут несправедливым преследованиям, как во времена языческого Рима, но чудесно избавился от них. Григорий стал преданным учеником святого и составил его житие. Он, как и все близкие к святому, скорбел о кончине его прислужницы Феодоры, которая умерла, приняв иноческий чин. Григорий мечтал узнать об участи Феодоры в ином мире, и Василий обещал молить Господа о ниспослании Григорию этого знания.

И действительно, Григорию привиделся сон, в котором ангел позвал его и Василия посетить Феодору на том свете. Юноша отправился к наставнику, но тот уже ушел. Обеспокоенный Григорий пошел следом: путь его напоминал лабиринт, упирающийся в запертые ворота. Подойдя к воротам, через замочную скважину Григорий увидел служанку и узнал, что двор принадлежит самому Василию. Он попросил впустить его к наставнику, и с разрешения Феодоры служанка открыла ворота.

Григорий принялся расспрашивать Феодору о муках кончины, и та рассказала, как перед смертью множество злых духов в облике черных эфиопов окружило ее, угрожая похитить. Они принесли книги с перечнями ее грехов. Но вот умирающая увидела справа от одра двух ангелов в золотых одеждах, и злые духи стали отступать, упорно перечисляя при этом известные им грехи. Тут Смерть подошла к одру и дала Феодоре выпить некую чашу, а затем отсекла ей ножом голову, отделив душу от тела.

Ангелы приняли душу на руки и начали восхождение к небесам, душа же видела оставленное внизу тело, которое было подобно сброшенному одеянию. Злые же духи не отставали, продолжая называть прегрешения, но ангелы стали перечислять добрые дела покойной: накормленных голодных и напоенных жаждущих, утешенных пребывающих в темницах, больных, примиренных враждующих и т. д.

Тут явился святой Василий и вручил ангелам некий ковчежец, содержимым которого ангелы должны были искупать грехи Феодоры во время небесных мытарств. Духи злобы принялись громко сокрушаться – ведь их труды оказались напрасными. Святой же велел ангелам отвести Феодору в предуготовленную ему самому Господом обитель и дал им множество флаконов с ароматическими веществами.

Ангелы же с душой Феодоры поднялись до первого мытарста, где требовали ответа за празднословие и сквернословие, распевавшиеся при жизни дурные песни и непристойный смех. Ангелы оградили вверенную им душу от мук. Следующим было мытарство лжи. Злые духи указывали людей, которых оболгала Феодора, но получили откуп из ковчежца Василия. Из ковчежца получили и духи, наказывающие за клевету и осуждение. Также искуплены были грехи чревоугодия (нарушения поста) и пьянства. Тех, кто не совершал добрых дел и не может откупиться от духов злобы, отведут в темные места, где они будут ждать Страшного суда, так сказали ангелы.

Затем следовали мытарства праздности и воровства, но за это лишь немного нужно было дать отступного, ибо Феодора не была повинна в этом грехе. Не пришлось задержаться и у мытарства сребролюбия и скупости, равно как лихоимства, неправды, тщеславия и гордости. Пришлось приносить откуп за гнев, но у мытарства злопамятства злые духи напрасно искали обвинительных записей. Неповинна была Феодора и в грехах разбоя (рукоприкладства) и, конечно, чародеяния и призывания бесов: там обитали змеевидные бесы, вводящие людей в соблазн и склоняющие к разврату.

Ангелы поведали Феодоре, что она подвергается мытарствам с перечислением грехов, ибо не исповедалась чистосердечно перед смертью – благодаря исповеди исчезают письмена в бесовских книгах. Когда достигли мытарства блуда, бесы пытались клеветать на Феодору и ей пришлось долго оправдывать себя. Трудным оказалось и мытарство прелюбодеяния, ибо до прихода к Василию Феодора имела супруга и знала других мужчин, но мытарство содомских грехов они миновали быстро. Миновать эти мытарства душам сложнее всего, ибо редко кто удерживается при жизни от телесного соблазна.

Девятнадцатым по счету было мытарство идолослужения, в чем Феодора была неповинна, равно как и в последнем мытарстве жестокосердия.

Затем они подошли к вратам небесным, которые были как хрусталь, здания же за ними блистали как звезды. Небесные облака спустились на них, и они улицезрели престол Божий, о красоте которого Феодора поведать не могла – это было выше человеческих возможностей. Глас невидимого Бога повелел ангелам показать Феодоре праведных и грешников. Они отправились в прекрасные палаты, где были обители для апостолов, пророков и мучеников, святителей, преподобных и праведников, дошли и до жилища патриарха Авраама. Была там даже палата для христианских младенцев. Красоту тех мест невозможно было описать.

Настал черед увидеть страшные муки грешников, испускающих крики в преисподней, но о них Феодоре тяжело было вспоминать. На сороковой день она оказалась в жилище, уготованном в раю для Василия. То был дворец, украшенный золотом, где пировали избранные. Чудесные кушания менялись, но не исчезали, бесконечно пополняясь. И сам Василий оказался в чудесном чертоге и велел Феодоре показать Григорию райский сад с золотыми листьями, исполненный плодов. Но и тому саду далеко было до чудес, которые существовали в раю на Востоке, насаженном самим Господом. Григорий вернулся в чертог, но уже никого не было за трапезой, и он двинулся в обратный путь.

Очнувшись на ложе, Григорий отправился к Василию узнать, было ли то видение от Бога или от бесов. Святой и сам знал о видении отрока и о том, что тот видел Феодору, рассказал и о посещении уготованного ему чертога. Святой Василий велел Григорию записать увиденное.

Видение Страшного суда

Видения не оставили отрока. Однажды он размышлял о собственных грехах и о вере избранного народа Ветхого Завета, которому сам Господь возвестил десять заповедей. Увлеченный такой мыслью, он перечитал Ветхий Завет и решил посоветоваться об этом с духовным отцом. По дороге был ипподром, Григорий засмотрелся на традиционную для греков спортивную игру и лишь затем пришел к молчальной келье Василия и поклонился наставнику. Тот, как и после чудесного сна Григория, уже знал, в чем дело: к нему пришел «мудрстующий об иудеях», забредший к тому же на позорное зрелище конских бегов, – обе идеи внушены ему были дьяволом!

Наставник напомнил ученику, что «ветхий» иудейский закон отвергнут христианским мессией, что за грехи иудеи были рассеяны по странам и Новый Израиль – это христианский народ. Григорий вновь обратился в святому с просьбой о знамении, которое утвердило бы его в вере, и Василий велел надеяться на Божью помощь. Видение посетило Григория в ту же самую ночь.