Сваха. Аферистка для беса - Алёна Цветкова

— Спасибо за предложение, — кивнула я, — но я все же рискну получить официальный статус.

— Твое право, — не стала спорить Лали. — Мы с Сэрмом завтра сходим в муниципалитет и заполним документы. Но и ты знай, если передумаешь, мы всегда поможем тебе остаться в Аду.

— Я буду иметь в виду, — улыбнулась с благодарностью.

Глава 37

Увидеть Вайя в тот вечер я так и не успела. Огненная повозка мэсса Сатаны уже ждала меня возле дома, когда я вернулась от Лали. Поэтому крикнула тетушке Берлизе, что уезжаю, она, конечно же, не забыла презрительно фыркнуть, и отправилась в замок мэсса Сатаны.

Там меня встретил незнакомый, но очень почтительный бес, который сообщил, что мэсс Сатана появится позже, а мэсс Асис уже ждет меня в своей комнате.

В доме уже царил вечерний полумрак, но дневного света попадающего и огромных окон, все еще было достаточно, чтобы рассмотреть обстановку. Я не могла бы назвать ее роскошной. Никакой позолоты, лепнины и кричащих о богатстве семьи предметов. Наоборот, все довольно сдержанно и даже как будто бы скромно. Но лаконично и со вкусом.

Я, конечно, не специалист по историческим интерьерам, но даже виденного в фильмах и на картинках достаточно, чтобы понять: жена мэсса Сатаны точно была аристократкой, но не из богатых, а, как говориться, средней руки.

Но больше всего меня удивило, что на стенах висели искусно написанные портреты. Чаще всего неизвестный автор изображал самого мэсса Сатану. С одной стороны узнать его было очень легко, он почти не изменился, но с другой… Глаза демона на всех картинах сияли. Даже если он не улыбался и смотрел на мир вокруг строго нахмурив брови, его глаза как будто б светились мягким и теплым светом.

Сейчас я ничего подобного в нем не видела. И даже внутренний мир, в который я заглянула вчера, был темным, как этот дом. Его освещал только маленький ночник над кроватью Асиса…

Кроме мэсса Сатаны на нескольких портретах неизвестный художник написал маленького мальчика. Веселого, смешливого, с яркими синими глазами и легкой улыбкой. На одном портрете мальчик держал в руках чертенка, который еще больше походил на котенка, чем Чешка и ее дети.

Но больше всего меня поразил портрет, где демоненок стоял на вершине заснеженной горы. Он держал в руках деревянные санки и смотрел вниз. В глазах мальчика застыл страх. Как будто бы он хотел скатиться с горы, но очень боялся.

— Это мой любимый портрет, — произнес кто-то низким, приятным голосом.

Я вздрогнула и повернулась… На меня, стоя в темном провале двери, с улыбкой смотрел Асис… Высокий. На голову выше меня. Широкие плечи, узкие бедра… Как будто бы он полжизни провел в спортзале, тренируя тело, а не лежал в постели, мучаясь от дурацкой метаморфозы.

А глаза его были такие же пронзительно синие, как на портрете. И сияющие, как у «портретного» мэсса Сатаны.

— Это работы моей мамы. В нашем мире не принято рисовать, но папа сам приносил ей из человеческого мира холсты, краски и кисти, чтобы она могла заниматься любимым делом.

— Но, — я прокашлялась, потому что голос резко охрип, — зачем он приносил из нашего мира? Ведь все это можно было создать здесь… Так же, как он создал дом.

— Можно, — кивнул Асис. — Но тогда эти картины не были бы такими настоящими… И после того, как она ушла, они постепенно потеряли бы свою яркость, потускнели, а то и вовсе изменились бы… Как этот дом, — уголок его губы дернулся, в грустной улыбке.

— А он изменился? — спросила я.

— Не знаю, — пожал он плечами и привалился боком к дверному косяку, — я не замечал. А если бы заметил, то, наверное, он не изменился бы…

Я захлопала глазами, пытаясь понять, о чем, вообще, речь.

— Это странно, да… я раньше тоже не понимал, когда мама говорила, что все это, — он махнул головой, показывая вокруг, — не настоящее. Вот портреты настоящие. Потому что холсты и краски мой отец принес из материального мира. А дом не построен из камней и дерева, он создан по воле разума.

— Но он же материален. Его можно потрогать. Можно жить в нем.

— Можно, — кивнул он. — Но когда он станет никому не нужен, то она не будет стоять и ждать, когда кто-нибудь о нем вспомнит и захочет вернуться, не рассыпется от старости и не превратиться в развалины. Он просто исчезнет… Развеется…

— Развеется⁈ — я обвела взглядом пространство. — Как люди?..

— Да, — Асис вздохнул. — Как люди… Как моя мама…

— И как я…

Произнесла, ощутив, как слова повисли с воздухе.

— Нет! — голос Асиса резко похолодел, — ты не развеешься. Я не позволю. Никогда. Я не совершу такую же ошибку, как отец.

— Кхм, — кашлянула я. — Давай кое-что проясним… Я согласилась тебе помочь и побыть с тобой в то время, когда ты меняешься. Но потом, когда условия договора будут выполнены, я буду жить своей жизнью. А ты своей…

— Я об этом и говорю… Я не собираюсь настаивать на том, чтобы ты стала моей женой. Я знаю, ты та самая, но лучше буду страдать сам, чем заставлю страдать тебя.

— Я не понимаю о чем ты, — я осторожно сделала шаг назад. Если демон не в себе, то я не подписывалась сидеть с сумасшедшим.

— Отец хочет заставить тебя остаться со мной. Как он заставил остаться маму.

— Заставил остаться⁈ — Я отступила еще немного… Ситуация нравилась мне все меньше и меньше. Я ощутила, как будто бы вокруг меня болото, которое с каждой секундой затягивает меня в свою трясину. — Но мы же подписали договор…

— Договор с Сатаной, Аля, надо подписывать кровью… Демоны не бесы, для нас нет никаких преград, кроме уз крови. Слова слишком ничтожны. Но не бойся, — он улыбнулся, — я не стану принуждать тебя. Я отпущу. Но ты должна мне подыграть. Делай вид, что ничего не происходит, что ты ничего не знаешь. И не бойся. Я на твоей стороне.

Он качнулся. И пошел рябью… Как будто бы голограмма… А потом и вовсе моргнул и исчез…

Я сначала не