Единый учебник истории России с древних времен до 1917 года. С предисловием Николая Старикова - Сергей Платонов

Раздражительность и жестокость императора Павла с течением времени стали принимать характер явной болезни. Императрице Марии Федоровне стоило все бóльших и бóльших усилий смягчать и успокаивать тяжелые припадки гнева, каким подвергался ее супруг. Но пришло время, когда ее доброму влиянию на Павла наступил конец. С 1798 года император Павел совсем отдалился от своей семьи и дурно стал относиться не только к своей супруге, но и к своим взрослым сыновьям, Александру и Константину. Судя по его гневным выходкам против собственного семейства, окружающие могли думать, что Павел становится опасным для собственной династии. Это помогло развиться заговору против Павла: заговорщики, руководимые Петербургским военным губернатором графом Паленом, взяли на себя роль людей, желавших, для спасения династии и государства, устранить душевнобольного Павла от власти и отдать его в опеку его старшего сына Александра. Но когда (11 марта 1801 года) они явились к Павлу в его новом дворце (Михайловском замке) с предложением отказаться от власти, Павел встретил их с таким упорством и гневом, что в запальчивом объяснении был лишен жизни.

§ 140. Внешняя политика императора Павла и походы Суворова. При вступлении на престол император Павел выразил намерение избавить Россию от всяких войн и дать своим подданным «пренужное и желаемое ими отдохновение» от военных тревог и жертв Екатерининского времени. Но годы царствования Павла были эпохою быстрых французских завоеваний. Французы завоевали Голландию, Бельгию, Швейцарию, почти всю Италию. Они приобрели Ионические острова, готовили поход в Египет. Они намеревались поддержать восстание ирландцев против англичан и замышляли восстановление Польши. Везде, где они ни появлялись, они устанавливали демократический и республиканский порядок, или прямо присоединяя области к Франции, или же образуя в них союзные с Францией республики. Французская революция становилась страшна Европе не только как пример разрушительного переворота, но и как грозная завоевательная сила. Понятно, что она возбудила против себя все европейские державы. Против Франции (1798) образовалась коалиция пяти государств (Англии, Австрии, Неаполитанского королевства, Турции и России). Ближайшими причинами разрыва между Францией и Россией послужили: захват французами острова Мальты, принадлежавшего рыцарям «иоаннитам»[125]; поддержка и покровительство со стороны Франции польским патриотам, а со стороны России французским эмигрантам, приверженцам «старого порядка», и, наконец, тревожные слухи о вторжении французов в Черное море.

Русская эскадра, по приказу императора Павла, направилась из Черного моря в Средиземное (под начальством адмирала Ф. Ф. Ушакова). Она вместе с турецкою эскадрою отобрала от французов Ионические острова; затем направилась к Италии и действовала там против французов на Неаполитанском побережье (1798–1799). В то же время русские сухопутные войска были посланы на помощь Австрии, причем предполагалось действовать против французов в северной Италии. Австрийцы просили, чтобы команда над русской армией была поручена знаменитому Суворову. Император Павел согласился, вызвал Суворова из села Кончанского, где тот жил в бездействии, и отправил его к войскам в Италию. Так начался знаменитый «Итальянский поход» Суворова (1799).

Суворов имел в виду отнять у французов северную Италию и оттуда вторгнуться в самую Францию. Он приехал к армии в Верону и от Вероны начал наступление на запад, вверх по течению р. По. Очень быстро он очистил от французов почти всю северную Италию. Разбитая при р. Адда французская армия укрылась за горами вокруг г. Генуи. Начальник ее, генерал Моро, ждал помощи от тех французских войск, которые были на юге Италии. Оттуда и спешил к нему на помощь генерал Макдональд. Но Суворов бросился к нему навстречу и разбил его в упорной трехдневной битве на берегах р. Требиа. Макдональд должен был уйти назад, не дойдя до Моро. Недовольное неудачами в Италии, французское правительство прислало на смену Моро молодого генерала Жубера. Жубер попробовал начать наступление на Суворова и пошел от Генуи через горы на север. Но при выходе из гор на равнину у городка Нови Суворов стремительно напал на Жубера и разбил его армию, причем сам Жубер был убит в бою. После этой победы Суворов окончательно овладел всею северною Италиею и готов был к дальнейшему наступлению на Францию. Но обстоятельства вызвали его в Швейцарию.

Придворный военный совет в Вене («гофкригсрат») настаивал на том, чтобы после завоевания северной Италии русские войска занялись освобождением от французов Швейцарии, а Италию оставили в распоряжение одних австрийских войск. Император Павел согласился на это, и Суворов должен был перейти из Италии в Швейцарию, откуда австрийцы спешно вывели свои силы. В Швейцарии из союзных войск оставался один лишь русский корпус генерала Римского-Корсакова. Суворов условился встретиться с ним в Швице и двинулся к Швицу через С.‑Готард. С величайшими усилиями русские войска совершили переход через эту громадную гору и сквозь ущелья р. Рейсы («Чертов мост») и вышли с юга к Фирвальдштетскому озеру. Но здесь Суворов узнал, что Римский-Корсаков французами отброшен на Север и что в Швице ждут французы в твердой надежде запереть знаменитого Суворова в горах и взять его в плен. Зная, что французская армия (генерала Массена) чуть не вчетверо превосходит числом его усталые войска, Суворов отказался от мысли идти к Швицу. Он повернул вправо и, после труднейших маршей по горам без дорог, успел выйти к Боденскому озеру. На пути его войска с необыкновенным мужеством и искусством не раз побеждали французские отряды, желавшие преградить им дорогу. Поход Суворова через Швейцарию восхитил даже его врагов (генерал Массена говаривал, что он «отдал бы все свои компании за Швейцарский поход Суворова»). Подчиненные Суворову генералы (в особенности Багратион и Розенберг) приобрели этим походом не меньшую славу, чем сам Суворов, которого император Павел возвел в чин генералиссимуса российских войск (незадолго до его смерти, в 1800 году).

Суворов не был побежден и спас свою армию; но Швейцария вся осталась в руках французов и союзники были отброшены в Германию. Считая виновниками этой неудачи австрийцев, император Павел разорвал свой союз с ними (1800). Одновременно произошел разрыв и с другою союзницею – Англией[126].

Тогда же началось сближение императора Павла с Францией и был заключен с нею мир, причем первый консул Франции Наполеон Бонапарт проявил большое внимание и любезность к русским пленным, освободив их без всяких условий и снабдив всем необходимым.

Глава восьмая

Преобладание задач внешней политики над задачами внутреннего управления

Время императора Александра I Благословенного (1801–1825)

§ 141. Воспитание и характер императора Александра I. Император Александр I родился в 1777 году и был воспитан императрицею Екатериною, которая так же отобрала его от родителей, как у нее самой когда‑то отобрала сына Павла императрица Елизавета. Воспитывая Александра, Екатерина восхищалась им, находя внука красивым и даровитым мальчиком. Она звала малютку «мой Александр», прочила его себе в наследники и мечтала воспитать и образовать его в своем духе и направлении. Она назначила к нему попечителем генерала Н. И. Салтыкова, а главным наставником Александра сделала швейцарского гражданина Фридриха-Цезаря Лагарпа. Как физическое, так и умственное воспитание Александра шло по «наставлениям», написанным самою Екатериною, и было строго согласовано с либеральными идеями века. Лагарп должен был воспитывать своего питомца «по законам разума и в принципе добродетели». Он умел войти в дружбу с Александром и приобрел его привязанность на всю жизнь. Сам убежденный либерал и республиканец, Лагарп воспитывал в Александре наклонность к политической свободе и к равенству и отвращение от деспотизма. В то же время Александр, следуя за новыми литературными веяниями, усваивал сентиментальные вкусы и отличался чрезвычайною мягкостью манер и обращения. Его доброта, веселость, вежливость и обходительность прельщали всех. Казалось, что жизнь молодого великого князя была полна счастья и радости.

Между тем он в глубине души не мог не чувствовать себя несчастным. Положение его между бабушкою и отцом было очень тяжело. Екатерина готовила в Александре прямого себе преемника и против его воли делала Александра соперником отцу его Павлу. Она и не скрывала от Александра своей холодности к Павлу Петровичу. В то же время Павел как бы ревновал Александра к Екатерине и требовал от сына сочувствия к себе. Александр хотел сохранить расположение как отца, так и бабушки, и с обоими держался одинаково любовно, скрывая свои истинные мысли и чувства, являясь обоим всегда одинаково преданным и любящим. В нем выработалась поэтому привычка при всяких обстоятельствах превосходно владеть собою и прятать свое внутреннее настроение под видом внешней любезности и довольства. От многих получил он поэтому название «очаровательного сфинкса»: его обаянию нельзя было не поддаться, но его истинные чувства нельзя было знать.