Сантрелья - Тамара Вепрецкая

Слово взял узурпатор. Придворные слушали его со вниманием, но Хишам Второй вдруг перебил его. Мохаммед сверкнул глазами: хотел одернуть наглеца, но сдержал гнев, вовремя спохватившись. Он, вероятно, вспомнил, что сам же вернул халифа на престол в надежде спастись от заговора. Он деланно улыбнулся, слегка склонил голову в знак повиновения и подозвал одного из приближенных.

Незаметно освещение зала стало меркнуть на глазах. Свет таял, теряя силы, пока зал не погрузился во тьму. Погасли и уличные факелы. Когда глаза привыкли, кромешная тьма сменилась мягким свечением, исходившим от лунного света, пытавшегося проникнуть в зал через алебастр и хрусталь потолка. Внезапно неизвестные источники света вспыхнули рассеянными лучами, которые словно нащупывали серебряную гладь фонтана, приласкав по очереди золотые фигурки двенадцати зверей-стражников.

Неожиданно возникло ощущение, что поверхность чуть дрогнула и вновь застыла, точно это нам померещилось. Но вот она мелко задрожала и слегка заволновалась, а затем вдруг зашевелилась. По потолку и мраморным стенам побежали таинственные блики, сначала робко и неуверенно, кое-где засверкали драгоценные камни. Постепенно загадочное сияние настойчивыми волнами набегало на кружевные арабески, волшебными отблесками танцевало на хрупких колоннах. И вот возникло чувство, что комната плывет и вращается. Блики и отсветы перескакивали по золотым пластинам, играли с блестками драгоценностей и неожиданными всполохами отражались на перламутре жемчужины.

Я застыла в страхе и изумлении. Ощущение полета в бездонных просторах мироздания охватило меня. Слышались испуганно-восхищенные возгласы присутствующих в зале людей, но через мгновение я забыла об их существовании, погрузившись с трепетным сердцебиением в мистическую бездну волн, молний и мерцающих звезд. Легкое головокружение, потеря чувства реальности, дрожь — и я оказалась на грани сознания, а возможно, и лишилась бы чувств, но волнующее кружение бликов закончилось также внезапно, как и началось. Поверхность источника вдруг застыла, как окаменела, вновь превратившись в сияющую серебристую гладь.

В зале царила гробовая тишина. Все завороженно взирали то на таинственный фонтан, то на восхитительную жемчужину. Один за другим зажигались светильники, и привычный свет вступал в свои права, превращая все только что виденное в сон или игру воображения.

Тишину внезапно нарушил шум извне. В зал вбежали стражники, что-то возбужденно выкрикивая, а за ними вооруженные воины-христиане. Мохаммед Аль-Махди побледнел, Хишам же нервно расхохотался. Его смех перешел в истеричные всхлипывания. Меня тронули за плечо, и послышался взволнованный шепот Святогора:

— Нам надо уходить! Здесь сейчас будет резня.

Мы бросились к ближайшему боковому выходу, но опоздали. Все входы, а их я насчитала восемь, оказались заблокированы захватчиками, и все больше и больше их вторгалось в зал. Лица их светились веселым, агрессивным возбуждением. Несколько человек преградили нам путь.

— Куда, голубчики? — вскричал по-кастильски один из них, громко хохоча. — Улизнуть вздумали.

Он хлестнул плетью воздух и мраморный пол перед нашими ногами, и мы инстинктивно отпрянули и попятились. В зале начиналась свалка. Доносились крики боли и отчаяния и возгласы азарта и торжества.

— Взять их! — скомандовал наш обидчик своим приближенным, указывая на нас.

Но ни Святогор, ни Коля не стали ждать, когда нас схватят. Каким чудом, какими приемами им удалось расчистить нам путь, я не успела даже заметить. Но и сама я не осталась у обидчиков в долгу и пнула кого-то ногой. Видимо, опасность вселяет в человека неожиданные способности. Я услышала Колино злобное шипение: "Пошли" и поспешила за своими мужчинами.

— Кого ты упустил, ублюдок? — бранью кто-то отчитывал нашего обидчика. За нами отправляли погоню. Мы побежали.

— Держи их! — выкрикнул наш преследователь, и откуда ни возьмись, перед нами выросли четыре фигуры.

— Бегите! — скомандовал Святогор.

— Ну уж, дудки! Второй раз у тебя этот номер не пройдет! — возмутился Николай и потянул меня за Святогором. Мы нырнули в какие-то темные кусты. Нырнули, в буквальном смысле слова, так как приземлились мы в притаившемся за кустарником фонтане. Преследователи окружили фонтан, и путь был отрезан.

— Дон Гильермо с вами? — обратился вдруг к ним Святогор.

— Да, а что? — недоумевая, ответил кто-то.

— Кто интересуется доном Гильермо, — послышался голос чуть в отдалении. — Кому я понадобился?

— Сакромонту! — выкрикнул Святогор.

— Разойдитесь, идиоты! — выругался дон Гильермо. — Своих хватать, ума много не надо. Марш отсюда!

Преследователи поспешили удалиться в направлении тронного павильона.

— Спасибо, дон Гильермо, — поклонился Святогор.

— Уходите отсюда немедленно, Сакромонт! — посоветовал наш спаситель. — Если попадетесь к берберам, вам несдобровать.

Мы простились с ним и выбрались из фонтана. Стало холодно. Мокрые фалды стесняли движения, хлестали по ногам, обматывались и прилипали.

— К лабиринту, — велел Святогор.

До павильона мы добрались без приключений. Очевидно, основные события сосредоточились в центральных зданиях города-дворца. Охранников не было, павильон был заброшен, но светильники горели почти во всех его помещениях. Мы прошли сквозь главный зал в патио и приблизились к лабиринту.

— Наконец-то! — облегченно вздохнул появившийся из кустарника Назир. — Я знал, что вы придете сюда непременно. Все готово. Святыня погружена в повозку, запряженную мулом. Этот транспорт вместе с вашими лошадьми ждет вас в роще на холме за крепостной стеной. Там безопасно. Враг наступает с долины. Однако это затруднит и удлинит ваш путь. Вам нужно затемно спуститься с холма по другую сторону от дворца. Держитесь подальше от Кордовы. Город взят мятежниками. Не останавливайтесь и не ввязывайтесь в борьбу. Заклинаю тебя, Сит-Аль-Хур, довези святыню! Нельзя допустить, чтобы древний этот камень, переживший столько веков, уцелевший в стольких переплетах, погиб теперь из-за наших глупых войн.

— Не волнуйтесь, Назир, — ответил Святогор. — Но как вам все это удалось?

— Я успел еще до вторжения мятежников. А теперь мне пора к халифу.

— Вы не передумали? Может, все же пойдете с нами? — предложил Святогор.

— Нет, — отрезал молодой араб и добавил несколько слов по-арабски.

Святогор чуть отпрянул, а затем понимающе кивнул. Они поклонились друг другу.

Мы простились с придворным и стали осторожно пробираться к верхним террасам дворца. Мы прятались за деревьями и кустами, снова ныряли в фонтаны и источники. На улочках, в садах и во многих павильонах царила паника. Отовсюду доносился шум бойни — крики, стоны, звон сабель, свист стрел, возня, драка и беготня, хохот, плач и снова крики. По саду растерянно бегали беспризорные лошади, испуганно шарахались павлины, вспархивали, громко хлопая крыльями, пичуги.

Мы продвигались очень медленно, обходя опасные места и надолго затаиваясь. Я стучала зубами не то от страха и напряжения, не то от холода, но крепко стискивала их, чтобы не отвлекать своих спутников своей глупой трусостью. Мы добрались до верхней террасы, где, по словам Святогора, располагались казармы. Укрываться здесь стало труднее из-за скудной растительности, и мы прятались в тени зданий.

— Разве дворец не охранялся регулярным войском? — спросил Коля.

— Мохаммед выслал в основном все войска в Кордову, а во дворце оставались лишь те воины, которых мы видели утром, — сказал Святогор.

— Боже, как это легкомысленно!

— Да, но он считал, что до Мадинат Аль-Сахры восставшие не доберутся, потому что их остановят на подступах к Кордове. Но и это довольно глупо, ибо дворец расположен на том же берегу Гвадалкивира, что и город, только западнее, так что мятежникам даже не надо переправляться через реку. И еще Мохаммед рассчитывал, что возвращение настоящего халифа…

Шум на площади перед казармами заставил нас умолкнуть и затаиться. Возня и возгласы долго не утихали. Перепалка разрасталась. Слышался грубый смех и жалобный лепет. И вдруг Святогор рванулся вперед, шепнув на ходу:

— Хишам!

— Стой! — пытался удержать его Коля. — Черт с ним с Хишамом!

— Там же Назир, — огрызнулся Святогор и выбежал на площадь.

Я даже закрыла лицо руками, но волнение заставило меня смотреть во все глаза, что происходило на площади. К счастью, в суматохе никто не заметил, откуда возник Святогор. Мы высунулись, чтобы следить за происходящим, укрытые лишь тенью и темнотой. Коля все дальше и дальше выдвигался вперед, готовый в любую минуту броситься на помощь Святогору.

Судя по одеждам, на сей раз мы имели дело с берберами. Сначала мы плохо понимали, что происходит, но потом разглядели Назира, заслонившего своим телом Хишама. Около них топталась кучка берберов. Они шумели и посмеивались. Назир что-то отвечал на их выкрики. Хишам униженно всхлипывал за его спиной. Когда перед ними возник Святогор, все вдруг застыли, а некоторые растерянно поклонились. Из темноты внезапно появился всадник, подъехал к Святогору, спешился и хлестнул его наотмашь рукой по щеке. От неожиданности я охнула и зажала рот рукой. Кто-то сразу кинулся с кулаками и плетками к Святогору, в ревностном служении вожаку. Но всадник поднял руку, и все застыли. Святогор ему поклонился и развел руками. Вожак, очевидно, это был не кто иной, как Фарид Справедливый, резко опустил руку, подав некий знак своим подданным. Кучка берберов склонилась перед Святогором в поклоне. Тот что-то сказал предводителю, который в свою очередь кивнул и засмеялся. Хишама вывели из-за спины Назира, подданные и даже сам Фарид поклонились халифу.