Уловка авторитета - Владимир Рыжков

Назар спустился вниз и занял стул напротив пленника. Тот уже сидел на стуле для допросов, и его даже не стали привязывать. Ждать какой-то агрессии от этого смертельно напуганного человека было просто смешно. Во всяком случае, так казалось, что он напуган. Но Назар слишком давно жил в криминальном мире, чтобы принимать показное состояние человека за чистую монету. Порой и якобы смертельно раненые братки вдруг вставали на ноги и начинали стрелять.

- Если будешь молчать, тебя придется кончить, - сходу сказал авторитет, сохраняя на своем лице хмурую застывшую маску, которая сразу лишала пленника всякой надежды на освобождение. - Если все расскажешь, получишь шанс.

- Что вам рассказать? - уточнил мужичок и опять запел свою песню. - Я не в курсе! Первый раз попал в этот дом. Слышал, что хозяин - авторитет по имени Кривой. Видел, как он сбежал. И все! Больше ничего не знаю!

Назар тяжко вздохнул. Похоже, человек не понимает, что его часы сочтены. Так неужели надо еще ломать комедию и пытаться выигрывать время тупым, бессмысленным обманом? Нет, ничего здесь уже не выиграешь, а только разозлишь своего палача.

- Кто ты такой? - бросил Назар.

- Я же говорил! - мужичок зажался еще больше, по-видимому, опасаясь, что сейчас его будут бить. - Я антиквар. Меня пригласили, чтобы обставить особняк старинной мебелью. Хозяин хотел превратить его во дворец.

Было странно, что никаких документов, удостоверяющих личность, при пленнике не нашли. Даже водительских прав. Антиквар без машины - что-то здесь было не так!

- Как фамилия?

- Вахрамеев, - сообщил мужичок. - Вахрамеев Борис Константинович.

- Как? - переспросил Назар, вдруг услышав в этом что-то знакомое.

- Вахрамеев, - повторил мужичок.

Назар напряженно вспоминал, но никак не мог вспомнить, где и при каких обстоятельствах он слышал эту фамилию. Причем, слышал очень давно и мог уже забыть, но помнил. Запала ему в память эта фамилия, только вот по какому поводу запала? Кажется, что-то криминальное было с ней связано, а совсем не антикварное. Черт, и спросить не у кого! Только разве у Кучера! Петька наверняка знает. Так его уже нет в живых! И Назар до сердечной боли пожалел об этой потери. Не заменить его теперь никем. Такого помощника ему никогда не найти! Он узнает, кто убийца, обязательно узнает и отомстит! Жестоко отомстит!

- Вахрамеев! Вахрамеев! - задумчиво повторял Назар, тщетно пытаясь вспомнить, где он мог слышать эту фамилию. Ходила одно время похожая то ли фамилия, то ли кликуха в криминальной среде. Да пропала потом. Так и забылась совсем. Но Назар ее почему-то еще помнит.

- Уж не Вахрамеем ли тебя кличут? - уточнил он.

- Каким Вахрамеем? - испугался мужичок. - Борисом меня кличут. Борисом!

Назар повернулся к бригадиру Лехе.

- Ты не слыхал такое погоняло случайно?

Тот помотал головой, поджав губы.

- Нет. Но таких антикваров в нашем городе я не знаю.

- Так я приезжий! - обрадовался чему-то мужичок. - Из Нижнего. Можете навести справки. Меня там многие знают.

- Да только я никого в Нижнем не знаю! - сокрушенно заметил Назар. Сдается мне, ты такой же антиквар, как я дирижер симфонического оркестра.

- Не-е, антиквар я! - испуганно забормотал мужичок. - Мебель торгую, картины, статуэтки. Девятнадцатый век и ранее. У меня клиентура богатая. И артисты, и политики, и авторитеты. Для меня различий нет. Все клиенты равны.

Назар пристально смотрел на него и нутром чувствовал, что мужик сильно заливает. Не такой человек Кривой, чтобы статуэтками заниматься. Да и по обстановке его особняка не скажешь, что она сплошной антиквариат. Хоть бы одна задрипанная картина на стене висела и хоть бы один стул с гнутыми ножками от мастера Гамбса! Одни только фотографии с голыми бабами, да шкафы-купе из прессованных опилок.

- Что-то я не замечал раньше, как Кривой антиквариатом интересуется! сохраняя мрачное выражение лица, пробормотал Назар. - Если он и любит старые портреты, так только на зеленых купюрах. Короче, мужик, раз не хочешь дело говорить, придется тебя в расход. Мне ты больше без надобности.

Он повернулся к Лехе и слегка кивнул ему. Тот в ответ тоже кивнул и достал из-за пазухи "макар". Передернул затвор. Назар прекрасно знал, что щелчок затвора действует на пленника лучше всяких уговоров. Проверено неоднократно. И сейчас сработало.

Мужичок испуганно замер, уставился на пистолет в руке бригадира и затрепетал. Леха подтащил пистолет к его голове и приставил к виску. Все это было проделано медленными, размеренными движениями, словно палач готовился к своей мрачной миссии. Нервы у мужичка не выдержали.

- Не надо меня убивать, я простой антиквар! - испуганно забормотал он. - Торгую мебель... Ничего не знаю! Отпустите, я заплачу большие бабки! Много заплачу! У меня деньги есть! Много денег! Если вы меня убьете, ничего не получите!

- Кончай его! - равнодушно бросил Назар, слезая со стула. Он направился к двери, больше не обращая никакого внимания на стонущего пленника.

Мужичок вдруг прыгнул со своего места, подбежал к Назару и крепко схватил его за руку.

- Не уходи, Назар! Постой! - крикнул он. - Я все расскажу! Все! Все, что хочешь узнать!

Назар одним резким движением выдернул руку и ударил его в грудь. Вахрамей не удержался на ногах и полетел в угол, ударившись головой о стену. Вскрикнул, сжался в комок и остался лежать в углу, слегка постанывая и даже как-то поскуливая. Назар подошел к нему, наклонился и спокойно произнес:

- Что ты мне хотел рассказать?

Вахрамей открыл глаза. Его зрачки закатывались под веки, он был бледен, как покойник. Похоже, потерял сознание и теперь с трудом возвращал его обратно. Или старался делать вид, что теряет сознание. Он приподнялся на локте и сел, оперевшись спиной о стену. Откинув голову, он, не отрываясь, смотрел в глаза Назара. В них он не увидел ни капли сочувствия. Вахрамей понял, что в любом случае его не оставят в живых. А перед смертью так хочется покаяться в грехах и рассказать о них все. Кому угодно. Даже своему убийце.

- Я казначей Кривого...- пробормотал он, разлепив губы. - Занимаюсь его бабками. Думаю, куда лучше вложить, чтобы они давали доход. Я не лезу в его дела. Мне плевать, откуда у него бабки и на какой мокрухе он их достает. Чем больше достанет, тем лучше.

- Понятно, - спокойно сказал Назар, словно для него все это было давно известно. - И даже если он взрывает трех парней, чтобы загрести мои бабки себе, тебе тоже плевать?

- Плевать! - равнодушно ответил Вахрамей. - Плевать! Потому что я к этому делу не имею никакого отношения. И Кривой тоже!

- Что ты несешь? Кривой устроил это, и кровь моих парней на нем.

Вахрамей помотал головой, и было видно, что это простое движение дается ему с трудом. Наверное, он приложился головой довольно сильно и даже повредил шейные позвонки. Но такая мелочь его уже не волновала - когда голова летит с плеч, по волосам не плачут.

- Это не он устроил! Не он! Поверь мне, Назар! Зачем мне перед смертью тебе врать? Я отвечаю за свои слова. Он к этому не причастен.

Его слова произвели неплохой эффект. Во всяком случае, вызвали немалое удивление авторитета. Его версия о причастности Кривого к теракту была доказана и проверена, и ее опровержение не ожидалось никак.

- Если бы он достал твои бабки, я записал бы их на его счет! Я! Он не мог мне о них не сказать! А он сказал мне только одно - эти бабки взял другой!

- Кто же? - Назар пристально смотрел ему в глаза и ждал, что он назовет того, кто взял деньги.

Но Вахрамей не торопился с ответом. Только разлепил губы и тихо произнес чье-то имя, так что Назар даже его не расслышал.

- Кто? - крикнул Назар и приблизился вплотную к его губам.

- Метис... - еле слышно пробормотал Вахрамей и закрыл глаза.

Назар испугался, что казначей собирается отдать богу душу и затряс его что есть силы за плечи.

- Кто тебе это сказал?

Вахрамей открыл глаза. Он слабел с каждой с минутой. Вполне возможно, что усиленно симулировал кончину, чтобы вызвать к себе сострадание. Но выбрал для этого неподходящий момент. Сейчас Назар о сострадании думал меньше всего.

- Он сам говорил Кривому, что хочет тебя свалить! - слабеющим голосом пробормотал Вахрамей. - Он все ему говорил про тебя. И то, как ты просил его о помощи. И то, как ты собираешься напасть на его особняк. Только не сказал, когда! Тварь! Мы бы подготовились. А тебе говорил про Кривого то же самое. Хотел, чтобы вы с Кривым перебили друг друга. А он остался бы на коне. Такая сволочь! Поверь мне, Назар! Я знал многих воров, но такой гниды никогда не встречал. Это он убирал твоих людей, а не Кривой. И в пивной, и в ресторане. Почему ты решил, что это Кривой, не знаю, но готов поклясться чем угодно, что он к этим делам не причастен. На всем вина Метиса! На всем!

Назар схватил его за грудки, приподнял, приблизил лицо.

- Я убью его! Слышишь, Вахрамей! Замочу, как последнюю тварь! Клянусь тебе! Я верну бабки! Любой ценой! Полгорода перебью, но достану эту сволочь!