Глубже некуда - Джейн Кренц

Изабелла всмотрелась в Фэллона и улыбнулась. Несмотря на изматывающий день, он выглядел возбужденным. Шерлок Холмс с новой порцией улик и наводок, которые требуют сортировки.

— Что, по-твоему, происходит в данный момент внутри «Ночной тени»? — спросила она.

— Мое нутро говорит, что в верхушке организации произошли кардинальные изменения. После гибели основателя командная структура распалась на части, и еще не настало время воссоздать ее. И я не уверен, что это возможно. Я наконец начал понимать схему новой версии организации.

— Я так понимаю, что в своем воображении ты не рисуешь более добрую, смирную «Ночную тень»?

— Нет, думаю, что с течением времени мы столкнемся с набором мини-«Ночных теней», каждая из которых будет действовать независимо.

— Типа несколько банд вместо одной шайки?

— Верно. — Фэллон убрал ноги со столика. Потом наклонился вперед, поставил локти на колени и обхватил бокал ладонями. Глаза засияли знакомым блеском. — Это значит, что высока вероятность открытых военных действий между некоторыми из банд. Мы говорим об обычной корпоративной политике. Будут временные альянсы. Будут захваты власти. Нападения исподтишка. Измены.

— Ты похож на мальчика, который получил кучу подарков на день рождения.

Его глаза горели сверхъестественным пламенем. Изабелла могла поклясться, что слышит треск зарядов в атмосфере.

— Междоусобицы сработают нам на руку, — сказал он. — Нам на пользу трещины и лазейки.

— Что насчет формулы? Из того, что ты мне говорил, следует, что тот, кто держит ее в руках, тот и контролирует «Ночную тень».

— До смерти Крэгмора формулу производили в разных местах. Мы можем утверждать, что каждая лаборатория функционировала независимо, проводя собственные исследования на оригинальной формуле наркотика.

— Мучительно борясь с побочными эффектами?

— Да. Мы выявили пять таких лабораторий, но наверняка есть несколько, которых мы не нашли. Мы должны предположить, что исследования продолжаются, и новые вариации наркотика уже на конвейере. Какие-то версии, без сомнения, более эффективны, чем другие. Каждый производитель будет бороться, чтобы держать формулу в секрете, когда другие будут пытаться украсть наиболее эффективные варианты.

— Итак, вдобавок к дракам, нападениям исподтишка, изменам мы будем наблюдать промышленный шпионаж между оставшимися группировками.

— С этим мы можем работать, — заявил Фэллон. — Там, где есть почва для промышленного шпионажа, есть и доступные вакансии для двойных агентов, предателей, воров и шпионов.

— И наемных убийц?

— Да, — подтвердил Фэллон. Он выглядел удовлетворенным. — Думаю, тот талант-иллюзионист в Сиэтле нам как раз пригодится.

Глава 37

Фэллон проснулся на двуспальной кровати Изабеллы и понял, что рассветом и не пахнет. Проверил светящийся циферблат часов. Два ночи. Изабелла лежала рядом, тесно прижавшись к Фэллону. Он вдруг понял, что уже чертовски возбужден……

Скользнул рукой под подол ее ночной рубашки и провел ладонью по теплому бедру. Приподнявшись на локте, поцеловал хрупкое плечо и спросил:

— Ты не спишь?

— Нет.

Он провел пальцами между ее ног:

— Точно?

— Точно.

— Ладно, — сказал он. — Просто интересуюсь.

Потом прижался к ее мягким ягодицам, прикусил мочку и стал легонько дразнить пальцами.

Изабелла вздохнула и повернулась на спину. Он ощутил, как в полумраке накалилась атмосфера. Потом включил свои сверхчувства и увидел, что глаза Изабеллы зажглись мягким светом.

— Вот сейчас я точно проснулась, — пошутила она.

— Как и я.

— Я заметила.

Он приподнялся, подмял ее под себя и поцеловал. С тихим вздохом что-то неясно прошептав, она открылась навстречу ему. Он любил ее медленно и так неспешно, пока она не загорелась и не задрожала в его руках, и он не почувствовал глубоко внутри ее напряжение. И только потом отдался ей.

— Фэллон.

Они кончили почти мгновенно.

После он неохотно оторвался от нее и упал рядом на подушку. Пошарив в темноте, нашел руку Изабеллы и крепко сжал. Подождал, пока их дыхание не успокоится.

— Завтра мы поедем в Эклипс-Бей и найдем твою бабушку, — вдруг сказал он.

— Ты уверен, что она там?

— Да, — заверил он. — Сейчас самое время встретиться с ней. Ты можешь позвонить ей утром. Ей больше ничего не угрожает.

— Благослови, Господи, «Джи энд Джи».

Он смотрел в потолок, остро чувствуя ее руку в своей ладони.

— Ты тоже сейчас в безопасности.

— Да.

— Теперь можешь поехать куда угодно, — сказал он. — Тебе уже не надо прятаться в Скаргилл-Коуве.

— Я и не прячусь, нет, больше нет. Всю свою жизнь я фактически провела, заглядывая в окна к людям, которые жили настоящей жизнью. Сейчас у меня собственная жизнь, и я хочу провести ее здесь.

— Ты уверена?

— В Скаргилл-Коуве я чувствую себя как дома, — пояснила она. — Интересная работа. Хорошие соседи. Думаю, я удовольствуюсь жизнью в маленьком городке.

— Тебе точно нравится эта работа?

— Я рождена для нее, — заверила Изабелла.

— Отлично, потому что мне нужно, чтобы ты помогла мне с этой работой.

— Я согласна.

— Выходи за меня, Изабелла.

Она не ответила.

Негасимое пламя хаоса застыло. Время остановилось. Возможно, также замерло и его сердце. Фэллон обнаружил, что не может дышать, не хочет дышать, если не услышит сейчас желаемый ответ.

— Тебе не обязательно жениться на мне, чтобы удержать за рабочим столом в «Джи энд Джи», — наконец промолвила Изабелла. — Я и так останусь с тобой.

— Я Джонс. В нашей семье женятся. Церемония, брачный контракт и все такое.

— Интересные у вас обычаи в семье. А в моей никаких таких брачных контрактов.

— Надеюсь, ты примешь наши семейные традиции, но если не хочешь, я возьму тебя на каких угодно условиях, если смогу в конечном итоге быть с тобой.

— Думаю, я смогу принять твои традиции, если ты посчитаешь, что сможешь смириться с одной из наших семейных традиций.

— Я сделаю для тебя все, что хочешь, — просто сказал он. — Говори.

— В моей семье влюбляются. Можешь ли ты полюбить меня? Потому что я тебя люблю, Фэллон Джонс, люблю всем сердцем.

Великолепное пламя хаоса вновь воспарило вверх. Время продолжило свой бег. Сердце забилось. И он снова смог дышать.

— Изабелла. — Он схватил ее в объятья и притянул на себя. — Я буду любить тебя всю оставшуюся жизнь и после, что бы там не наступило дальше.

— Ну, в таком случае, — произнесла она. — буду счастлива нарушить несколько старых семейных традиций и выйду за тебя. А чтобы доказать, как сильно я тебя люблю, подпишу контракт своим настоящим именем.