Незримый рой. Заметки и очерки об отечественной литературе - Сергей Маркович Гандлевский

на глубокомысленные и красноречивые уговоры советчиков-доброхотов, он оставался безутешен, криком кричал и – докричался до Бога. И Бог Иову ответил, но не на человеческий лад, а на какой‐то иной… Вместо разговора о бедах, обрушившихся на Иова, Всевышний повел величественную, пространную, страстную и местами язвительную речь об… “основаниях земли” и “уставах неба”, пропитании львов и воронов, сроке беременности и родах ланей, анатомии бегемота и т. д. и т. п. и даже довольно забавно подражал голосу коня, вторящему звуку боевой трубы. По замечанию Честертона, “Создатель отвечает восклицательным знаком на вопросительный”. Время от времени Господь прерывает эту торжествующую инвентаризацию риторическим вопрошанием, по силам ли Иову создать нечто подобное.

Здесь, сдается, ключ к парадоксу Джамбула.

Вероятно, и мы, сопереживая искусству, уподобляемся Андрею Болконскому перед лицом неба или – в миниатюре – многострадальному Иову, озирающему с подачи Творца Его великий замысел одновременно и целиком, и в подробностях. Под порывами мощного авторского воображения мы словно возносимся на творческий ярус мира, и пока эта иллюзия в силе, маленькая человеческая доля предстает нам сопричастной одухотворенному миропорядку, видится – другими глазами.

Сухо и убедительно высказался на данную тему Владислав Ходасевич:

“Кажется, в этом и заключена сущность искусства (или одна из его сущностей). Тематика искусства всегда или почти всегда горестна, само же искусство утешительно. Чем же претворяется горечь в утешение? – Созерцанием творческого акта – ничем более”.

Вот они и пришли к одному и тому же выводу – обласканный тираном лукавый долгожитель акын и немолодой беженец в пенсне и демисезонном пальто. Под настроение можно пофантазировать, как теперь в “садах за огненной рекой” они сверяют свои прижизненные умозаключения с правильным ответом.

2017

Список иллюстраций

C. 15. Пушкин. Рисунок В. Радунского. 2008 г. Из архива С. Гандлевского.

C. 34. Татьяна. Рисунок А. Пушкина из рукописи IV главы “Евгения Онегина”. 1826 г.

С. 38. Михаил Лермонтов. Автопортрет. 1837 г.

С. 44. Афанасий Фет и ослик Некрасов. Воробьевка, 1890 г.

С. 47. Георгий Иванов. Париж, 1920‐е гг.

С. 51. Владимир Набоков в детстве. 1907 г. Фото К. Булла.

С. 58. Е. А. и В. Д. Набоковы. Выра, 1905 г. Музей В. Набокова в Рождествено.

С. 59. Усадьба Набоковых в Рождествено. Фото первой половины XX в.

С. 65. Илья Ильф и Евгений Петров на Гоголевском бульваре. Зима 1932 г. Фото Е. Лангмана.

Владимир Набоков. 1966 г. © Gertrud Fehr/Alinari Archives/East News.

С. 111. Лев Лосев и фокстерьер Тиль. Начало 1980‐х гг. Фото Н. Шарымовой.

С. 134. Евгений Рейн. Фото из архива Е. Рейна.

С. 139. Пушкин-лицеист. Рисунок В. Радунского. 2008 г. Из архива С. Гандлевского.

С.145. Памятник Александру Пушкину в Москве. Скульптор А. М. Опекушин. © Юлия Батурина/Shutterstock.

С. 162. Евгений Баратынский. Литография А. Мюнстера. 1869 г. Музей Е. А. Боратынского в Казани.

С. 167. Владислав Ходасевич. Париж, 1936 г.

С. 190. Портрет Бориса Пастернака на фоне Балтийского моря. Л. Пастернак. 1910 г. Чистопольский мемориальный музей Бориса Пастернака, Чистополь, Республика Татарстан.

С. 196. Исаак Бабель. 1920‐е гг.

С. 224. Сергей Есенин. 1925 г. Государственный исторический музей, Москва.

С. 228. Владимир Набоков. 1968 © Philippe Halsman/Magnum Photos.

С. 232. Николай Заболоцкий. 1958 г. © Фотохроника ТАСС

С. 241. Арсений Тарковский. 1988 г. Фото Ю. Феклистова.

C. 246. Александр Межиров. 1980 г. Фото Г. Елина.

С. 264. Александр Галич. 1968 г.

С. 282. Юз Алешковский. 2017 г. Фото С. Гандлевского.

С. 287. Лев Лосев. Рисунок М. Беломлинского.

С. 295. Лев Лосев. Тампере, 1 августа 2000 г. Фото М. Мильчика.

С. 309. Иосиф Бродский перед отъездом. Аэропорт Пулково, 4 июня 1972 года. Фото М. Мильчика.

С. 316. Иосиф Бродский. Автопортрет.

С. 330. Вверху: Владимир Радунский, Тимур Кибиров, Иосиф Бродский, Сергей Гандлевский. Нью-Йорк, 1995 г. Фото П. Вайля. Внизу: Сергей Гандлевский, Иосиф Бродский, Петр Вайль, Тимур Кибиров. Нью-Йорк, 1995 г. Фото В. Радунского.

C. 334. Александр Сопровский. Отрадное, 1984 г. Фото из архива А. Сопровского – Т. Полетаевой.

С. 343. Алексей Цветков. Москва, начало 1970‐х гг. Фото А. Бескова.

С. 348. Обложка книги “Бестиарий” Алексея Цветкова. Издательство “Евдокия”, Екатеринбург, 2004 г. Иллюстрации Е. Слепухиной.

С. 353. Денис Новиков. 1991 г. Фото Г. Елина.

С. 360. Алексей Цветков. Нью-Йорк, 2015 г. Фото В. Эфроимсона.

Об авторе

Сергей Гандлевский – поэт, прозаик, эссеист. Окончил филологический факультет МГУ. Работал школьным учителем, экскурсоводом, рабочим сцены, ночным сторожем; в настоящее время – редактор журнала “Иностранная литература”. С восемнадцати лет пишет стихи, которые до второй половины 80-х выходили за границей в эмигрантских изданиях, с конца 80-х годов публикуются в России. Лауреат нескольких литературных премий, в том числе “Малая Букеровская”, “Северная Пальмира”, Аполлона Григорьева, “Московский счет”, “Поэт”. Стипендиат фонда POESIE UND FREIHEIT EV и Почетный гость Фонда Иосифа Бродского. Участник поэтических фестивалей и выступлений в Австрии, Англии, Германии, США, Нидерландах, Польше, Швеции, Украине, Литве, Грузии, Хорватии, Японии. Стихи С. Гандлевского переводились на английский, французский, немецкий, итальянский, голландский, финский, польский, литовский, грузинский и японский языки. Проза – на английский, немецкий и итальянский.

1

Во времена Пушкина это слово еще не имело однозначно оскорбительной подоплеки, хотя сам Соломон предпочитает называть себя “евреем”.

2

Забавно, что в “Кремлевских курантах” советского драматурга Н. Ф. Погодина еврей-часовщик тоже осеняет происходящее авторитетом древности, тем самым добавляя пьесе оптимизма: до дипломатического признания Страны Советов еще далеко, но как бы делегат от звездочетов Халдеи уже взял сторону большевиков и даже восстановил для новой власти “связь времен”.

3

Книга Екклесиаста, 9:3.

4

Анна Ахматова в статье “Каменный гость” Пушкина” назвала это “демонической бравадой”.

5

Кстати, старое название “Лубянка”, в 1990 г. возвращенное площади имени основателя и главы ВЧК Ф. Э. Дзержинского, на мой слух, звучит особенно зловеще именно из‐за безобразного несоответствия советской истории этого места и сказочно-сусального топонима: луб, лыко – сырье для плетения лаптей, корзин и прочих идиллических изделий; наконец, знакомая с раннего детства лубяная избушка зайца.

6

Впрочем, новая изобразительность не была исключительной заслугой наших авторов. Литература тогда как бы заново прозрела в сочинениях сразу нескольких одаренных писателей. Полноправным участником моей викторины мог бы стать, например, и Ю. Олеша: “…комната где‐то, когда‐то будет ярко освещена солнцем, будет синий таз стоять у окна, в тазу будет плясать окно, и Валя будет мыться над тазом, сверкая, как сазан, плескаться, перебирать клавиатуру воды…”

7

Полухина В. Бродский глазами современников. СПб.: Звезда, 1997.

8

Лосев Л. Меандр. М.: Новое издательство, 2010.

9

Запись, сделанная в Доме-музее Бориса Пастернака в Переделкине 24 декабря 2016 года: https://www.youtube.com/watch?v=hdV7CZJDL6g&list=UUBYYEw-hRfGVaQ_9OfFDLiA&index=4&fbclid=IwAR1z4m8x1TCmc1ZYmZD_4Nl5iIk9v7vmHJpz6_9xUG-jqz8AljxR-09SjNs.

10

В. В. Вересаев обратил внимание на эту особенность пушкинского мироощущения: “…тоска олимпийского бога, изгнанного за какой‐то проступок с неба на темную землю и рвущегося мечтой к лучезарной своей