Тайны древних цивилизаций - Тамара Натановна Эйдельман

class="p1">Однажды он приказал выстроить корабли поперек всего Неаполитанского залива – а это несколько километров – и, сделав мост из кораблей, он проскакал по нему на коне, а потом поехал обратно и вез огромные как бы завоеванные богатства.

При этом на нем было пурпурное одеяние и нагрудник, взятый из гробницы Александра Македонского. То есть он явно изображал то ли Александра Македонского, то ли бога – ну, собственно, и сам Александр считался сыном бога. В центре этого моста он устроил место для пиршества, где и стал пировать посреди пролива, а потом каких-то своих придворных сталкивал в воду и, кажется, пытался их утопить. Хотя тут же говорится, что большая часть из них спаслась. Что это было: какой-то хмельной угар или продуманное действие, призванное показать, что он равен богу? И то и другое выглядело для Рима одинаковым безумием. Но уже в конце III века сравнение императора с богом будет просто напрашиваться, а в начале IV божественность императора, священная его власть станет вполне привычным, само собой разумеющимся общим местом. А в эпоху Калигулы, несмотря на всю подлость, лицемерие, подхалимство сенаторов, спасающих свою жизнь, это было еще не слишком приемлемо. И мы не знаем, были ли эти первые заговоры, на которые так обрушивался Калигула, плодом его воображения, или это все было просто поводом, чтобы кого-то казнить и тем упрочить свою власть. Но мы знаем, что в 41 году заговор был настоящим. К этому моменту Калигула уже настолько вжился в роль восточного деспота, что он решил отправиться в Александрию, а Александрия – это величайший город Востока, город, основанный Александром Македонским, что тоже немаловажно. В этом городе Калигула был в детстве, очевидно, у него остались какие-то удивительные воспоминания, и, как говорили, он хотел перенести туда свою столицу.

Л. Альма-Тадема. Римский император (Клавдий). 1871 г.

И вот в этот момент возникает заговор, в котором, очевидно, участвовали сенаторы и люди из окружения Калигулы. В последний день перед отъездом он был в театре, который очень любил, после чего отправился к себе во дворец на обед. По дороге домой его и подстерегли убийцы. Есть много противоречивых описаний его гибели, но со спины ли или повернувшись лицом к заговорщикам – Калигула был убит. После чего начался некоторый хаос, потому что никто не понимал, что будет дальше. Выяснилось, что вот за этого одновременно страшного, жестокого и нелепого правителя много кто хотел заступиться. Например, преторианцы. Например, его германская стража. У него была стража из германцев, что очень характерно для того времени. Это были люди, у которых нет никаких особых связей в Риме, они подчинялись только, от него получали жалование. Защитники Калигулы набросились на сенаторов, и несколько человек было убито, однако в этот момент выяснилось, что император уже мертв, поэтому, собственно, защищать его бессмысленно.

А дальше, как того требовала традиция, верные преторианцы нашли прячущегося где-то во дворце наследника – его дядюшку Клавдия, практически единственного из его родственников, кто еще был жив в это время. Это человек, который находился всегда во дворце при нем и был постоянным объектом его грубых шуток и изощренных издевательств.

В гневе и раздражении Калигула мог сбросить его в реку, обливал его водой, давал ему подзатыльники и считал его совершеннейшим дурачком. Много лет роль его при Калигуле была бесконечно жалкой, но вот дурачком, как покажет будущее, дядюшка Клавдий уж точно не был. И вот этого человека извлекают откуда-то, где он прячется, – и делают его императором. Перед этим заговорщики убили жену Калигулы, которая пользовалась большим влиянием, и, очевидно, поэтому была так же ненавистна, как он сам, их маленькой дочке разбили голову об стену, такие были нравы в Древнем Риме. Клавдий, конечно, начал с того, что наказал заговорщиков – убийц своего племянника.

А дальше начинается жизнь Калигулы в истории, начинается длинная череда исторических сочинений, в которых его образ обрастает все более чудовищными чертами – понятно, что в его жизни есть достаточно материала, чтобы показать, насколько он был ужасен. Но вот провести грань между реальным жестоким и коварным Калигулой и фантасмагорически дикими образами его, которые создаются потом, – это очень сложная задача. Историки над ней бились и бьются и, наверное, будут продолжать биться. Я не удивлюсь, если через некоторое время нам сообщат, что на самом деле он был прекрасным правителем и на него столетиями возводили напраслину. Пока, во всяком случае, видно, что многие его вопиющие деяния преувеличены, хотя и без преувеличений, конечно, Калигула выглядит вполне отталкивающе. Но при этом – незабываемо! В конце XVIII века Гавриил Романович Державин в своей оде «Вельможа» написал знаменитые слова:

Калигула! твой конь в Сенате

Не мог сиять, сияя в злате!

Сияют добрые дела.

Спустя 100 лет и Алексей Жемчужников, один из тех, кто вместе с Алексеем Константиновичем Толстым создал бессмертного Козьму Пруткова, написал стихотворение «Конь Калигулы», сделав слова Державина эпиграфом:

Так поиграл в слова Державин,

Негодованием объят.

А мне сдается (виноват!),

Что тем Калигула и славен,