Пепельное солнце - Алина Смирнова

Только теперь я заметил — белый колонный зал изменился. Его изменили с помощью магии. Сам зал стал не круглым, а полукруглым. Колонны выстроились в один ряд, обрамляя центральный вход. Пол разделен на две части. Первая, вместе с коридором из белого мрамора, такой и осталась. Вторая, внутреннее округление было приподнято на своеобразный невысокий постамент, на который вели три ступеньки из серого мрамора.

— Постамент, когда его сделали? — спросил я, подумав, что это разрядит обстановку.

— Этот? — Альнара махнула рукой и цыкнула Кано.

Неформальный лидер Ордена, которым он себя считал, подошел ко мне. И с болью в глазах ответил:

— Постамент. Теперь он означает, что Орден не един и больше не может им быть. В связи с твоими действиями, мы вынуждены показать всему миру, что готовы к изменениям и воспринимаем их с надеждой. Нам нужно внушить людям — Орден не ослаб из-за того, что один из волшебников перешел предел возможностей, а наоборот, мы стали сильнее и мудрее…. - волшебник света всегда стоял выше меня, сейчас опускал голову передо мной, не в силах смотреть мне в глаза.

— Кано…?

— Иди. Твое место теперь там. На первой, второй или третьей ступеньке или на самом постаменте — ты сильнее нас. Поэтому, можешь сидеть или стоять на нем. Но теперь там. Раз ты выше нас, там и будь. Однако учти, Пепельный, как новоиспеченный лидер Ордена Абсолюта, на себя ты берешь всю ответственность за действия волшебников…. - он положил мне руку на плечо, словно и правда, поздравлял от чистого сердца.

— Но…. - я попытался возразить, но краем глаза заметил, как Юрика покачала головой и замолчал. Шепотом мой мучитель произнес:

— Поздравляю. Надеюсь, теперь ты успокоишься…. - и отошел в сторону, теперь я должен был пройти между ними. Юрика и Кано встали по правую сторону от постамента, а остальные трое по левую. Теперь именно так будут проходить собрания Ордена. Отныне я — лидер Ордена Абсолюта. Тем же вечером я выступил с речью перед жителями столицы. Прощание с Шуи было назначено на завтрашний день.

За полночь, ложась спать в своем квартале, который выглядел самым скромным, по сравнению с моими товарищами, я еще не ощущал себя победившим. Но на самом деле, я находился в тупике. Мои планы о мести немного притуплялись. Я слишком ярко помнил смерть Шуи и его поведение в зеркальном мире. Он сказал, что моя магия способна изменять жизнь и мировоззрение людей к лучшему. И может быть маги Абсолюта уже не виделись мне настолько жестокими и достойными своей участи. Прощаться с ними было бы грустновато, это означало, что мне придется остаться одному, из сильнейших волшебников. Мне больше не у кого будет попросить совета, и на мгновение мне показалось, что сам смысл моего существования пропадет с их смертью. Тем более сейчас, когда я так возвысился над ними, унизив их непомерную гордость, разве этого не достаточно, чтобы моя боль утихла? Достаточно. На самом деле, я хотел дать им шанс. Кано оправдал данный ему шанс на прощение, да и не хотелось разочаровывать Шуи. Одно мешает магам Абсолюта быть прощенными — желания людей должны исполнятся. Нерушимый закон для магов — исполнять желания людей. И я был связан желанием своего отца.

Не буду скрывать, что мое сознание могло найти бескровный выход. Мы связаны тяжелейшим законом, но в тоже время некоторые послабления можно извлечь даже из запретов. А с невероятной способностью волшебников анализировать, из послаблений рождается выгода. Объяснить можно так, цель рождает следствие. На пути от цели к следствию, есть план действий или операций. Вот волшебники связаны целью. Закон ограничивает нас в выборе цели. Мы строго подчиняемся цели — исполнение желания конкретного человека. Но мы не связаны, ни следствием, ни дорогой от цели к следствию. Поэтому, что будет в результате исполнения желания нас совсем не волнует. Так же как и для достижения цели мы можем изменять смысл любого желания, используя подчас самые неординарные методы. Был ли я готов пойти на подобное ради товарищей из Ордена Абсолюта, которые теперь стали моими подчиненными?

Я плохо спал. Точнее, вообще, наверное, не спал. Даже полная темнота не спасала. Мысли не хотели оставлять меня не на минуту. Внезапно я почувствовал чьи-то холодные пальцы на шее. И сразу понял чьи…. Незваный гость, поняв, что все же разбудил меня, мягко выдохнул, и в моей маленькой комнатке зажглись огоньки света. Пламя высветило сияющие глаза ведьмы. Она сидела рядом со мной, а ее пальцы мягко касались моей шеи и открытых плеч.

Юрика всегда была очень красивой. Длинные волосы всегда были прекрасно уложены. Ее лицо всегда было фарфоровым, и с него редко спадала гримаса одиночества, так привлекающая мужчин. Я приподнялся на локтях, и увидел, что одета она была в тонкое шелковое белое платье, на шее блестели украшения из жемчуга. Сегодня она на себя примеривает образ развратной принцессы волшебниц? Надо сказать, о ее намереньях я догадался еще давно. Сегодня она решилась наконец унизиться в попытке получить желаемое?

— Отлично выглядишь, Юрика…. Что привело тебя посреди ночи ко мне? — я еще приподнялся, она же вползла на кровать и почти вплотную приблизилась ко мне, продолжая водить пальцами по моей груди. Вторая ее рука дотянулась до моего затылка, и начала поглаживая перебирать мои волосы.

— Пришла пожелать тебе спокойной ночи. Мои глаза благоволят твоей судьбе, Пепельный…. - шепнула она мне на ухо, и попыталась меня поцеловать, но я вовремя взял ее за плечи и отодвинул на расстояние вытянутых рук.

— В какой момент твои глаза, что видят будущее, стали так ко мне благосклонны? В момент, когда Кано тебя выставил или же когда я поднялся на постамент? — я ее унизил. Но она еще не сдалась, чтобы ее выставить требовалось оружие пострашнее. Она ехидно улыбнулась и будто нарочно дернула плечом, и лямка ее платья стала съезжать вниз, оголяя кожу все больше.

— Хочешь сказать, что для того чтобы хотеть тебя, мне обязательно нужна причина? — ведьма…. Я ненавидел ее, пожалуй, их помилование — немного преждевременное решение. Опустив на мгновение глаза на ее тело, мне захотелось ударить ее побольнее. Поэтому, на секунду я дал ей надежду — приблизившись к ней и почти соединив наши губы, после чего открыл глаза и, улыбнувшись, произнес:

— Решила из заботливой мамочки переквалифицироваться в развратную ведьму? Юрика, когда ты делала вид, что заботишься обо мне, со всей своей наигранной материнской преданностью, ты нравилась мне куда больше. Я, знаешь ли, не сторонник инцеста…. - столь обидные слова пробудили на свет настоящую Юрику, красивое лицо перекосилось от гнева. Слезая с кровати и надевая плащ, и перед тем, как покинуть мою спальню, она едко бросила: