Разведчицы и шпионки - 2 - Игорь Анатольевич Дамаскин

Как же обстояло дело в действительности? Не исключено, что все эти версии были запущены самой английской разведкой с целью дезинформации. Не исключено и то. что каждая из них содержит кусочек правды, а истина была достигнута при складывании их в одну большую мозаичную картину. Во всяком случае эта истина до сих пор хранится в тайниках английской разведывательной службы, и можно надеяться, когда-нибудь будет рассекречена.

ДАМЫ, КОТОРЫХ НЕ БЫЛО

Летом 1916 года руководство английской военной разведки несколько раз докладывало военному министру ценную и достоверную информацию, полученную от «Белой дамы». По существовавшим правилам министр никогда не проявлял интереса к личности агента, но на этот раз он не выдержал:

— Эта «Белая дама» действительно прекрасный агент, заменяющий целую агентурную сеть. Я прошу от моего лично имени поблагодарить ее, выдать денежное вознаграждение и, если в дальнейшем будет поступать информация такой же ценности, представить к ордену.

Полковник Браунинг и капитан военно-морского флота Коруэлл переглянулись. Коруэлл кивнул.

— Дело в том, господин министр, что агента с таким именем нет. Это. так сказать, собирательное имя крупной агентурной сети.

— А откуда такое название?

— По легенде появление «Белой дамы» должно предвещать падение Гогенцоллернов. Это имя оказалось очень подходящим для названия организации, которая своей работой способствует поражению Германии.

— Ну, что же, — сказал министр. — Они делают хорошую работу, — и поднялся, показывая, что аудиенция закончена.

… А началось все с того, что к английскому разведчику Г. Ландау, имевшему штаб-квартиру в Роттердаме, явился некий господин Сен-Ламбер, который заявил, что является представителем большой группы бельгийских патриотов, желающих организовать разведывательную службу на бельгийской территории. Он сообщил, что группа состоит из интеллигентов: учителей. людей свободной профессии, банкиров и нескольких дворян.

Сен-Ламбер, однако, огорошил Ландау заявлением:

— Они ставят одно условие: зачислить их еще до начала работы на военную службу.

В глубине души Ландау понимал, что это требование справедливо, но столь же хорошо знал, что оно неосуществимо — как может английское министерство превратить в британских солдат бельгийских подданных, чем более что даже их имена засекречены. А как быть с женщинами? Нужна дипломатическая переписка между Англией и Бельгией, решение двух королей по этому вопросу. Все затянется на многие месяцы.

— Хорошо. — ответил Ландау. — Я доложу обо всем своему начальнику и в течение одного-двух дней сообщу решение.

На следующий день он, никуда, естественно, не докладывая, со спокойной совестью сообщил Сен-Ламберу, что их условие принято, и все они будут зачислены на военную службу.

«Белая дама» начала действовать. За короткое время завербовала около двухсот агентов. Она состояла из двух независимых групп, во главе которых стояли два руководителя: один — инженер, служивший ранее на бельгийской государственной службе, другой — профессор. Каждая группа имела не только своего начальника, но и свой «штаб», где сосредоточивались и печатались донесения. Контакт имелся лишь при передаче разведывательных сведений, причем выражался он в том, что второй начальник лично передавал донесения первому, а тот уже пересылал их в Голландию. В случае провала одной группы ее руководитель был бы единственным человеком, который мог бы погубить другую группу.

В каждом городе были свои отделы.

В Брюсселе отделом руководили, действительно, две дамы, но не «белые», а скорее «черные» — две сестры, начальницы фешенебельной женской школы. Немцы никогда не смогли бы заподозрить этих чопорных, одетых во все черное дам, которых каждый день можно было увидеть на прогулке с ученицами в лесу или раз в неделю в опере. Однако эти дамы знали все, что требовалось руководству — а главной задачей было наблюдение за воинскими эшелонами — и два раза в неделю, когда пансионерки были уже в постелях, запечатывали для отправки в Льеж донесения, собранные верной служанкой во время закупки продуктов.

Организация «Белой дамы» расширялась, протянув свои щупальцы по всей оккупированной территории Бельгии и Франции. Она функционировала беспрерывно в течение восемнадцати месяцев и состояла к концу войны из трехсот с лишним агентов. За все это время лишь два ее курьера-брата были пойманы немцами и расстреляны.

К концу войны инженеры, руководители «Белой дамы», задумали применить новый способ связи. В секторе, где граница Бельгии и Голландии проходит по неширокой реке, было решено по обоим берегам проложить параллельно два телефонных провода, один на бельгийской, другой на голландской стороне. С использованием метода индукции можно было организовать беспрепятственную связь через границу. Исполнению этого оригинального замысла помешало окончание войны, когда в нем отпала необходимость.

Но война кончилась, и Ландау стоял перед необходимостью дать ответ на первый поставленный перед ним вопрос: будут ли члены «Белой дамы» зачислены на военную службу. В своих воспоминаниях он рассказывает о том, как потрясла и привела в ужас руководителей организации правда, которую он сообщил им.

На его счастье, после долгих мытарств бельгийское правительство дало свою санкцию и признало солдатами мировой войны всех без исключения бельгийских подданных, в том числе и женщин, работавших в различных секретных службах союзников в течение войны.

Так счастливо закончилась история «Белой дамы».

Нечто подобное случилось и во время Второй мировой войны в Дании, где успешно действовала «Принцесса» — о ней в очерке «Ракетные мифы».

И еще одна дама, которой не было.

Напрасно германская и швейцарская спецслужбы пытались установить «Луизу», от имени которой во время Второй мировой войны шли радиограммы из Швейцарии в Центр.

Дело в том, что этим именем руководитель советской военной резидентуры Шандор Радо закодировал саму швейцарскую разведку ХА, которая помимо своей воля стала для резидентуры источником информации о положении в Германии и на фронтах.

О ее ценности говорят хотя бы две приводимые шифровки:

«Директору от Луизы.

Новое наступление… не является следствием стратегического решения, а есть результат царящего в германской армии… настроения, вызванного тем, что не достигнуты поставленные 22 июня цели. Вследствие сопротивления советских войск от плана 1 «Урал», плана 2 «Архангельск — Астрахань», плана 3 «Кавказ» пришлось отказаться. Снабжение страдает чаще всего из-за этих изменений планов».

«Директору через Луизу.

К началу ноября на период зимы фронт немецкой армии предусмотрен на линии Ростов — Смоленск — Вязьма — Ленинград».

«Луиза» успешно действовала до конца существования резидентуры «Дора».

ЛЮДА, ДОЧЬ МИЛИЦИОНЕРА

Когда Тимошенко, Жуков и Ватутин после доклада 26 июня 1941 года выходили из кабинета Сталина, он бросил им вслед:

— Если мы потеряем Минск, значит мы уже проиграли очень важный этап войны…

…А в Минске в эти часы царила неразбериха. Самые