Бал виновных (СИ) - Рейн Леа

– Чего тебе ещё нужно?

– Это я, – послышался робкий женский голос за спиной.

Иван даже подскочил на ноги, словно его дёрнуло током. Он был уверен, что это снова Йон, и совсем не думал, что это может быть Эухения!

– Почему ты пришла? – удивленно спросил Иван, глядя на неё во все глаза и незаметно пряча в карман часы.

– Я хотела извиниться за своего отца, – неуверенно сказала она. – Перед твоим отцом я уже извинилась, поэтому вот… Пришла извиниться перед тобой.

– Но тебе незачем извиняться, – ответил Иван. – Я сам во всем виноват. И мне жаль, что из-за меня ты столько страдала.

– Что вообще произошло? Я до сих пор не могу понять. Все казалось таким настоящим. А потом ты пришел и сказал мне это…

– Тебе лучше уйти, – прервал ее Иван.

– Ну вот опять. Почему ты отдаляешь от себя абсолютно всех? Своего друга, меня. Ты общаешься только с отцом. И то редко…

– Эухения, уходи. Ради самой себя.

– Мне стыдно это говорить, но я слышала ваш разговор с доном Йоном. Если с тобой что-то происходит, то почему ты не позволишь близким людям тебе помочь?

– Я не нуждаюсь ни в чьей помощи.

Эухения схватила Ивана за руку и хотела было что-то сказать, но дверь неожиданно распахнулась настежь, и на пороге застыл Рафаэль с перекошенным от ярости лицом. Он шел по коридору второго этажа, когда заметил, что его сестра заходит в чужой номер. Сначала ему показалось, что это может быть номер какой-нибудь ее знакомой, и Рафаэль не придал этому большого значения, но через пару минут он вспомнил, что тут поселили того официанта и решил немедленно вмешаться в происходящее.

– Сукин ты сын! – воскликнул Рафаэль, увидев, как Иван и Эухения держатся за руки. Он сорвался с места и кинулся на Ивана с кулаками. – Я предупреждал, чтобы ты оставил ее!

Эухения закричала на брата, вцепилась в его рукав и попыталась оттащить от Ивана, но Рафаэль грубо ее ототкнул. Девушка упала на пол, чудом не размозжив голову об угол кровати. Иван, увидев это, кинулся на Рафаэля сам и ударил его несколько раз по лицу. Драться он не умел, а потому вывихнул пальцы на руках. Но это его в тот момент не очень-то волновало.

Рафаэль разозлился еще больше, и они с Иваном сцепились похлеще, чем завсегдатаи таверны. Однако драка продолжалась недолго. В комнату влетел Йон, который ещё не успел уйти далеко и, услышав визг и крики, поспешил во всем разобраться. Он в момент оттащил Рафаэля и едва сам не получил в нос.

– Какого черта?! – воскликнул Йон. – У нас элитный отель, а не таверна в Камтадере!

– Ну ты-то знаешь об этом не понаслышке! – огрызнулся Рафаэль, вытирая кровь под носом.

– Если вы продолжите зубоскалить, сеньор Фернандес, то я попрошу вас покинуть отель, – жестко отозвался Йон.

– Ты не сможешь меня выставить! – прошипел тот в ответ, схватив Йона за ворот пиджака.

– Вы уверены, сеньор? Я владелец этого отеля. И думаю, имею право выставить любого без объяснения причины. А теперь, быть может, вы выпустите мой воротник? Гости начинают думать, что вы сошли с ума.

Рафаэль оглянулся и увидел, что в коридоре столпились люди, которые с любопытством заглядывали в номер и удивленно качали головами. Это привело его в сознание. Репутация семьи Фернандес, кажется, сильно подорвалась.

– Прошу прощения, сеньор управляющий, – деланно рассмеявшись, сказал он и отпустил Йона. – Вышло небольшое недоразумение. Мы с сестрой больше не будем тревожить этого сеньора. – Рафаэль подобрался к Эухении, которая уже успела подняться на ноги. Он хотел взять ее за руку, но она неожиданно отвесила брату пощечину и под удивленные взгляды клиентов выскочила из комнаты, скрывшись в глубине коридоров. Рафаэль, шокированный таким развитием событий, решил кинуться следом за сестрой.

– Дорогие гости! – воскликнул Йон, поворачиваясь к дверному проему. – Уверяю вас, здесь больше не на что смотреть. Можете отправляться по своим делам.

Гости, шушукаясь и переговариваясь, стали разбредаться по комнатам. Наверняка об этом уже знал весь отель. И наверняка об этом напишут завтра в газетах, впрочем, как и о нападении на Йона около банка и о нападении на Лукаса около казино. Отель «Гарсиа» стал настоящим эпицентром всевозможных скандалов.

Йон закрыл дверь изнутри и повернулся к Ивану, который тяжело опустился в кресло за столом.

– Что здесь произошло? – спросил Йон. – Какого черта этот урод тут устроил?

– Опять начнешь меня допрашивать?

– Я просто хочу тебе помочь. Что плохого в этом?

– Да то, что мне не нужна твоя помощь.

– Ну да, ты бы вполне справился с Рафаэлем сам, – скептично заметил Йон.

– Может быть, ты тут и главный, но не всемогущий!

– В отеле я как раз таки всемогущий. Я здесь могу сделать все, что угодно, поэтому я хочу, чтобы ты понял, что я могу помочь тебе хоть с чем.

– Не думал, что я когда-нибудь услышу от тебя нечто подобное, – покачал головой Иван.

– Какое? – не понял Йон.

– Ты себя вообще слышал? «Я в отеле всемогущий», – передразнил его Иван. – Ты презирал раньше все это высшее общество, а теперь сам стал таким же как те, кого ты раньше так ненавидел.

– Не надо так говорить! – воскликнул Йон. – Это не так. Я совсем не такой, как они.

– Может быть, ты даже хуже них, – тихо проговорил Иван, уставившись на свои ботинки, лишь бы не смотреть другу в глаза.

Йон несколько секунд с болью смотрел на неподвижный профиль Ивана. Друг не шевелился и больше ничего не говорил. Все впустую. Любые попытки узнать, что творится с Иваном, оборачиваются неудачей. Может быть, дело вовсе не в том, что его кто-то запугивает. Может быть, он сам просто не хочет больше общаться с Йоном? Но почему? Что он такого седлал, чтобы Иван так решил? Йон не знал. И ему было крайне обидно, что после того, что с ними произошло, Иван решил себя так вести.

– Я пытался все наладить. Но если ты так думаешь, то… больше нам говорить не о чем, – наконец произнес Йон и вылетел из комнаты.

***

Поздно вечером Альба отправилась к Йону в номер, чтобы сообщить о своём решении, которое она так скоро смогла принять. Она ни с кем об этом не говорила, даже с Адель, которая бросилась за ней сразу после того, как ушёл Йон. Подруга снова попыталась выяснить, что такого между ними произошло, но Альба не стала ничего рассказывать. Ей хотелось побыть одной и принять это важное решение самостоятельно.

Пара часов раздумий – и решение было принято.

Оставалось только сообщить о нем Йону, пока была на это смелость.

В кабинете Йона не оказалось. Альба решила, что он уже отправился отдыхать, поэтому понеслась к нему в номер. Она простояла у двери минут десять, настойчиво стучась, но ей так никто и не открыл. Тогда девушка стала искать его в отеле, спрашивая у слуг, не видели ли они дона Йона. Как выяснилось, никому на глаза он не попадался.

Отчего-то в душе стало нарастать беспокойство, но Альба постаралась не обращать на него внимания. Она расспросила администратора, не покидал ли дон Йон отель и не заказывал ли он машину.

– Если дон Йон и уходил, то не через главный вход, потому что здесь я его не видел, сеньорита, – ответил Густаво.

После разговора с ним Альба пошла на кухню. Если Йон и покинул отель, то сделал это либо через ресторан, либо через кухню. Спросив у дона Мигеля, который дежурил в залах и следил за официантами, протиравшими листья декоративных деревьев, Альба выяснила, что через ресторан Йон не выходил. Оставалась только кухня.

На кухне ещё были слуги, завершавшие рабочий день. Они домывали последнюю посуду, относили охапки скомканных полотенец и скатертей в прачечную и натирали до блеска столовое серебро. Экономка донья Валенсия как всегда руководила процессом и делала замечания горничным за излишнюю болтливость.

При появлении Альбы все стали делать свою работу в разы быстрее и качественней, но девушка даже не обратила на это внимания. Она подобралась к донье Валенсии, которая тут же расплылась в учтивости, и глухо поинтересовалась: