Живой Журнал. Публикации 2001-2006 - Владимир Сергеевич Березин

другой персонаж, писатель, сочиняет сценарий, сидя у окна. Он видит на улице безобразно толстую, расплывшуюся женщину. Писатель воображает, что это женщина из его будущего сценария.

"Вот она, похожая на броненосец", думает писатель, "а вот он, её муж, который ненавидит свою безобразную жену и засматривается на еврейку-социалистку, выступающую на митингах".

Дальше Хемингуэй пишет просто: "Женщина, на которую смотрел писатель, была Мария, жена контрабандиста Гарри Моргана".

Так пишет Хемингуэй.

02 октября 2002

История про солнечный день

Был я на похоронах.

Дело это грустное. Один мой знакомец выпал из окна. По глупой случайности.

Видел я молодую вдову, что пробыла женой две недели.

Знакомец мой был разным. Лучше всех про него сказал мой друг — был он лысый и смешной человек.

За таких выходят по любви — видно потому, что он был толстый, весёлый и пузырчатый человек. Не самый богатый.

Лучше всех про него сказал мой друг — он был, сказал этот друг, смешной и лысый.

Видел я там его сослуживцев из прежней жизни. Офицеров в штатском — эту породу я узнаю сразу — по тайным масонским знакам этого общества. Они, угрюмо обнимаясь, гулко били друг друга по кожаным спинам.

Гроб был странный, казалось, глазурованный, пальцы мои скользили по гладкой поверхности. Но то, что было внутри не имело к пузырчатому человеку отношения.

Стоял у нас славный солнечный денёк. Дождя не было, но когда я зашёл в ванную, то увидел, что с потолка капает вода. У соседей сверху прорвало стиральную машину. Природа плакала о нём смешным и нелепым образом.

Я не был его близким человеком, но мир без него неполон.

05 октября 2002

История про воровство

Будущие писатели спёрли у меня мой любимый красный шарфик.

Тва-а-ари.

08 октября 2002

История про Александра Грина № 1

Принялся читать Александра Грина. С самого начала, с эсэровских рассказов. Среди прочих, есть у него и рассказ о слепом свидании. Он сидит в тюрьме, она передаёт тайком записку и вот они ждут встречи.

Она некрасива, косолапит, он тоже не похож на революционного героя.

И оба разочарованы.

Но постепенно, от текста к тексту из рассказов вымываются Степановы и Петровы, давая место Риолям и Терреям.

Про Грина, кстати, ходил слух, что он спиздил у какого-то английского капитана сундук с рукописями, и год за годом печатал их, выдавая за свои.

10 октября 2002

Печальная история

Мне выразили одобрение, а я забыл свой код. И всё остальное.

11 октября 2002

История про курение

Очень хочется на чужую осеннюю дачу. Это должна быть настоящая академическая дача — не садовый курятник и не глупый краснокирпичный коттедж.

Настоящая академическая дача деревянна и скрипуча и стоит посреди сосен на большом участке. Из её окон не видно заборов, а только кусочек крыши такой же соседней постройки.

Эту дачу академик получил за то, что придумал какой-нибудь особый стабилизатор к атомной бомбе. Но академика давно уже нет на свете, а его внучка позвала нас всех в гости — пить, петь и греться у камина.

Эта экспозиция тривиальна, поэтому я расскажу сразу о мечте.

На этой даче, рано утром нужно проснуться и выйти на крыльцо. Все твои спутники ещё спят, напившись и налюбившись за ночь. Всё ещё тихо в послерассветный час, и вот ты садишься на деревянное и скрипучее, как сама дача, крыльцо и смотришь на гниющие листья и чёрную землю между сосен. Ты вдыхаешь сырость и табачный дым, понимая — жизнь удалась.

Но внучки академиков уже давно сменяли свои дачи на студио в Сан-Франциско, эти дачи поделены между родственниками и проданы на сторону, вместо резных скрипучих дворцов там поставленные бетонные надолбы и ДОТы.

Курить мне негде.

14 октября 2002

История про биографические слоовари

Любой биографический словарь напоминает список Шиндлера. Не в смысле национальности. Просто потому, что только классифицированные, сведённые под переплёт люди. Остаются в истории, остаются вообще.

17 октября 2002

История про просьбы трудящихся

По просьбе трудящихся женщин публикуется полный текст моего самого любимого в детстве стихотворения.

Жил-был в чернильнице колдун —

Кори Кора Корил.

он очень ловко колдовал

При помощи чернил.

Вот пишет кто-нибудь письмо —

не ди, не да, не дышит, —

Как вдруг вмешается колдун

И всё не так напишет.

Один раз написал король:

"На ми, на ма, не месте

За оскорбленье короля

Виновника повесьте!"

и вот читает весь народ

В буми, в бума, в бумаге:

"За оскорбленье короля

Дать премию бродяге".

Тут захихикал тоненько

Кори Кора Корил

И отхлебнул на радостях

Немножечко чернил.

В другой раз написал один

Пои, поа, поэт:

"Ах эти розы на столе

Похожи на рассвет!"

Он тщательно выписывал

По би, по ба, по букве.

Когда он кончил, каждый стих

Повествовал о брюкве.

Тут захихикал тоненько

Кори Кора Корил

И отхлебнул на радостях

Немножечко чернил.

За сына глупого отцу

Оби, оба, обидно.

Он пишет мальчику в письме:

"Тебе должно быть стыдно".

И вот, слюнявя языком

Свой пи, свой па, свой пальчик,

Читает сын в письме отца:

"Ты умница, мой мальчик!"

Тут захихикал тоненько

Кори Кора Корил

И отхлебнул на радостях

Немножечко чернил.

18 октября 2002

История про знакомство с девушками

Писатель Андрей Колос был очень интересным человеком. Мне он, надо сказать, очень нравился. При этом он был писатель знатный и признанный. Девушки, опять же, его очень интересовали.

На одном мероприятии он ткнул пальцем в пространство и говорит мне:

— Видишь, Володя, видишь там… Какая интересная девушка! Вот что, давай сделаем так: ты сейчас к ней подойдёшь и скажешь — "Вы знаете, девушка, с вами хочет познакомиться лауреат Государственной премии".

Я отвечал ему скорбно:

— Знаешь, что… Тут неподалёку, на углу