Сердце Гудвина - Ида Мартин

Он ушел, а я продолжила танцевать и только через несколько минут сообразила, что Ксюши рядом нет. Поискала ее глазами, подалась в одну сторону, в другую, но безрезультатно. Потеряться в такой толпе ничего не стоило. Я достала телефон и позвонила ей, но надежды на то, что она услышит, особенно не питала.

Песня закончилась, сменившись медляком, народ немного расступился, и я смогла пройти между танцующих, однако Ксюши среди пар тоже не было.

– Как неожиданно! – сзади к моему локтю прикоснулась чья-то теплая рука. Одного голоса было достаточно, чтобы понять, кому она принадлежит. Больше всего я боялась встретить здесь именно его. После событий в школе мы не виделись, не разговаривали по телефону и не переписывались. О своем решении я не жалела и почти не скучала, а он и не пытался извиниться.

Ершов развернул меня к себе и обнял, покачиваясь в такт песне.

– Ты сегодня очень красивая. Просто невероятная. Я не собирался сюда ехать, но не смог устоять перед возможностью полюбоваться тобою.

Я попыталась высвободиться, но он сжал руки еще сильнее.

– Отпусти! С меня достаточно твоих синяков. Я три дня передвигалась, держась за стенку.

– А я три дня пытался не умереть от алкогольного отравления.

– Это должно меня впечатлить?

– Я соскучился! – Он наклонился, пытаясь поцеловать в шею, но я увернулась.

– Ты знаешь, что Тим завалил математику? У него семьдесят семь баллов, и он на тебя очень зол. Так зол, что я советую тебе больше лифтом не пользоваться.

– Какая связь между мной и его математикой?

– Прямая! Даже у шахматистов иногда сдают нервы.

– Вы это все сами заварили.

– Сами, но из-за тебя.

– Пожалуйста, не начинай! Я не хочу об этом вспоминать.

– Я тоже не хочу, но не могу. Ты мне опять снишься. Если честно, я до конца надеялся, что увижу тебя в красном.

Я огляделась. Мы планомерно перемещались от того места, где Кирилл меня оставил.

– Поехали ко мне! – предложил Ершов. – Я две недели назад бабушку на дачу вывез.

– Нет уж, спасибо.

– Знаешь, по правде говоря, я до конца и не понял, что сделал не так. Может, объяснишь?

– Ты имеешь в виду до того, как расстрелял меня?

В глаза ему я старалась не смотреть. Менее цепляющими они не стали, так же, как и его близость, но мне она больше была не нужна. Так, наверное, люди отказываются от наркотиков, осознанно прекращая саморазрушение.

– Извини, но я не могу объяснить. Это чувства, а они не поддаются никакой логике.

– Значит, ко мне ты больше ничего не чувствуешь? – Подцепив пальцем мой подбородок, он все же заставил посмотреть на него. – Скажи честно, и я сразу уйду.

Мы добрались в танце до самого края площадки.

– Чувствую, но не то, что хотела бы.

– Ненависть?

– Нет.

– Обиду?

– Нет.

– Страх?

– Да, наверное.

Он медленно приблизился и аккуратно прикоснулся своими губами к моим. Меня окатило жаром.

– А так?

– Так еще сильнее, – прошептала я, с ужасом понимая, как легко готова простить ему расстрел.

– Кстати, ты знаешь, что страх – одна из самых сильных человеческих эмоций? – Он выпрямил спину и встряхнул челкой. Глаза улыбались. – Я понимаю, что я урод, Алис, но это химия, и я ничего не могу с ней поделать. Обещаю, не стану сталкерить и преследовать тебя, как Мартов, но всегда буду ждать. В любое время. И ты обязательно придешь. Сама. Я в этом абсолютно уверен.

– Зачем ты мне это внушаешь?

– А почему бы и нет? – Он рассмеялся. – Наблюдая – создавай. А сейчас, раз ты еще не готова, я пойду, иначе затащу тебя за сцену, и никакой Мартов уже не спасет.

Резко остановившись, он выпустил меня и быстро зашагал в сторону зеленой аллеи. Секунда – и его острый силуэт в черном костюме, подобно демонологической сущности, растворился среди деревьев, вспыхнув напоследок ярко-оранжевым огненным пламенем.

Ксюша с Кириллом нашли меня на одной из ближайших лавочек.

– Обалдела? Полчаса тебя ищем! – накинулась подруга. – Могла бы хоть на звонок ответить!

– Прости. Нехорошо стало.

– Опять? – Она испуганно опустилась рядом. – То самое?

Я кивнула. Приступов не было с самого ареста Аксенова.

– Проходили мимо ребята из файер-шоу, и один из них нес на ладони горящий огонь. Я собиралась посидеть пять минут, но провалилась во времени.

Кирилл протянул бутылку воды.

– Хочешь, отвезу тебя домой?

Я взяла воду, открутила крышку и, набрав полный рот воды, отрицательно замотала головой.

– А что ты хочешь?

Его непроницаемость забавляла. Глубоко вдохнув носом теплый ночной воздух, я что было сил распылила воду изо рта прямо в него и, вскочив с лавочки, громко прокричала в ухо:

– Тебя!

Сноски

Космос. Три дня дождя.

Вернуться

DomiNo. Захлебнуться весной.

Вернуться

Корэ И. Солнце над партою.

Вернуться

МУККА, pyrokinesis. Черное сердце.

Вернуться

Мукка. Алиса.

Вернуться

Лао-цзы. Дао дэ дзин.

Вернуться

Отпетые мошенники. Беги от меня.

Вернуться

МУККА, pyrokinesis. Черное сердце.

Вернуться