Занимательная зоология - Виктор Сабунаев

В языке жестов зверей не последнюю роль играет хвост.

Вот вы возвращаетесь домой, и из-за ограды навстречу выскакивает Шарик. Он виляет хвостом из стороны в сторону, прыгает, ласкается, как бы говоря на своем собачьем языке: «Я рад, что ты уже вернулся, мне без тебя ужасно скучно было».

Если собака виляет хвостом, значит, она довольна и никогда в это время не укусит. Другое дело, если хвост у нее неподвижен и напряжен. Приближаться к такой собаке опасно. Когда же собака чем-нибудь напугана, она поджимает хвост, как бы говоря: «Я и так боюсь, не тронь меня».

Об интересном случае рассказал великолепный наблюдатель за жизнью животных Э. Сетон-Томпсон. Проводились испытания борзых. В степи из клетки выпустили пленную волчицу и натравили на нее собак. Волчица мчалась со всех ног, подгоняемая улюлюканьем охотников. Борзые летели следом. Казалось, для волчицы нет спасения, через минуту собаки должны настичь и разорвать ее, но тут произошло непредвиденное. Волчица остановилась, круто развернулась и спокойно пошла навстречу собакам, приветливо помахивая хвостом. Подбежавшие собаки окружили ее и с недоумением остановились, не проявляя при этом никакой враждебности. Волчица, машущая хвостом, перестала для них быть врагом.

Кошки тоже умеют разговаривать хвостом. Если кошка находится в благодушном настроении, она лениво помахивает хвостом. Если же кошка рассержена, она резко вертит им из стороны в сторону, «бьет хвостом», как бы предупреждая: «Лучше ко мне не суйся, не то цапну». Когда же хвост у кошки поднят «трубой» вверх, берегись, противник, кошка готова к нападению.

Примерно так в подобных случаях поступают и дикие родственники кошек. Разъяренный лев хлещет себя хвостом по бокам, а готовясь к нападению, поднимает его кверху и два-три раза встряхивает кисточкой на конце.

Сигналы хвостом подают и кабаны. У них много врагов. Волк и рысь, тигр и барс всегда готовы полакомиться сочным мясом кабана. Поэтому стаду диких свиней все время приходится быть начеку. Сигнал «Внимание, опасность!» кабаны подают тревожным хрюканьем и хвостом. Когда кабан спокоен, он все время вертит хвостом, при малейшем подозрительном шорохе хвост у него замирает и вытягивается вверх подобно вопросительному знаку.

У косули хвост служит своеобразным семафором. Шерсть у нее на спине и боках серовато-рыжая, хорошо скрывающая ее в зарослях, а хвост снизу белый, заметный издалека. Косуля — пугливое животное. Особенно бдительна косуля-мать, при малейшей опасности она стремглав бросается наутек. Во время бегства она поднимает хвост кверху, поворачивая его белой подкладкой к детям. В зарослях он мелькает, как белый платочек, указывая неопытным косулятам путь.

Повстречавшись с каким-нибудь опасным зверем, американская вонючка, или скунс, демонстрирует свой высоко поднятый хвост. Он черный с белыми полосами и заметен издалека. Этот «язык» знаком всем американским хищникам. А если враг не проявит достаточной почтительности и не удалится, то скунс выбрасывает струю зловонной жидкости. Поэтому только напоминание о химическом оружии гарантирует ему безопасность. Не так получилось у нас на Кавказе. Туда лет 30 назад завезли партию скунсов и считали, что они сумеют постоять за себя и скоро размножатся. Не тут-то было. Вскоре они все погибли в зубах шакалов и других хищников. Оказывается, наши шакалы «языка» скунсов не понимают, и предупреждающий сигнал на них не действовал. Очевидно, в Америке койоты и волки с раннего детства учат малышей «языку» скунсов, и ему достаточно поднять хвост, чтобы избежать нападения.

Насколько мы знаем, других угрожающих жестов у животных немного.

Собаки и их ближайшие родственники — волки, шакалы — оскаливают зубы и поднимают шерсть на загривке; домашние кошки выгибают спину дугой, и глаза у них принимают злое выражение. Тигры, леопарды, как и собаки, при рычании скалят зубы; мангуста, вступая в единоборство со змеями, топорщит шерсть и становится похожей на мохнатый шар. Готовясь к бою, корова, антилопа, олень пригибают голову, бьют копытами землю и делают ложный выпад по направлению к врагу. Слон перед атакой прижимает к туловищу уши и свертывает хобот кольцом. Бегемот при угрозе широко разевает пасть и показывает огромные зубы. Увидев врага, дикобраз растопыривает иглы, и редкий смельчак отважится на него напасть.

Лошади, зебры, угрожая, прижимают уши и оскаливают зубы. Готовящийся к нападению медведь прижимает уши, поднимает шерсть на загривке, а иногда становится на задние лапы.

Рассерженная горилла бьет себя кулаком в грудь и обращает в сторону нарушителя покоя злобный взгляд; шимпанзе выражает свое настроение главным образом мимикой и движением рук; разгневанные павианы открывают рот, скалят зубы, двигают бровями.

Если угрожающие жесты и позы не обратят в бегство одного из соперников, то начинается бой. В единоборстве между зверями разных видов поединок может закончиться трагически. Известны случаи, когда неполадившие бегемот и носорог наносили друг другу смертельные раны. Смертью одного из дерущихся может закончиться схватка между тигром и медведем, львом и буйволом. Но такие столкновения происходят крайне редко, обычно слабейший обращается в бегство или становится жертвой более сильного.

Схватка между зверями одного и того же вида редко приводит к гибели одного из бойцов. У многих зверей, так же как и у птиц, существует поза подчинения.

Вот два волка после взаимных угроз решили выяснить отношения всерьез. В ход идут зубы, удары плечом. Через некоторое время выясняется, что один из противников вот-вот окажется «в нокауте». И тут он прекращает сопротивление и подставляет победителю горло — самое уязвимое место у волков. Выигравший сражение рычит, скалит зубы, но, пока побежденный сохраняет позу подчинения, никогда его не укусит всерьез. Тот же ритуал обычен и для взрослых собак. Если же взрослая собака набросится на щенка, тот ложится на спину и поднимает лапы кверху. Приняв такую позу, щенок может чувствовать себя в полной безопасности.

Почему же ни волк, ни корова, ни обезьяна, принявшие униженную позу, не подвергаются нападению? Очевидно, это один из способов сохранения вида, выработавшийся в процессе эволюции. Ведь если бы хорошо вооруженные звери дрались до конца, то вид бы вскоре перестал существовать. Представим себе, что гориллы с их непомерной силой не подчинялись бы взглядам вожака, а выясняли отношения в бою. Ясно, что эти огромные человекообразные обезьяны не дожили бы до наших дней.

Рыбы тоже могут объясняться без слов. Изучить их немой разговор не так-то просто. Но все же кое-что удалось подсмотреть и понять.

Вот плывет стайка маленьких красиво окрашенных рыбок хемихромисов. Впереди медленно зигзагами движется один из родителей, а молодежь неотступно следует за ним. Но вожак устал. Как же заставить мальков плыть за новым вожаком? Оказывается, очень просто. Как только плывущая впереди рыбка меняет зигзагообразное движение на прямолинейное, вторая взрослая рыбка становится во главе стаи и продолжает зигзагообразное движение вперед: это сигнал «плыви за мной», и мальки его сразу понимают. Наступают сумерки. Пора на ночлег. Мать становится у входа в гнездо и подает плавниками особый знак «спать». Увидав команду, мальки забираются в гнездо.

Африканская рыба тиляпия откладывает до 400 икринок и носит их во рту. Мальки первое время тоже находят убежище во рту. На прогулке они снуют вокруг матери. Но как только появляется опасность, мамаша опускает голову вниз, приподнимает хвост и начинает пятиться назад. Это значит: «Спасайся». И мальки тотчас же устремляются в испытанное укрытие — рот матери.

С некоторыми другими цихлидами проводились интересные опыты. Вдоль стенки аквариума с мальками медленно передвигали картонный кружок, и рыбки следовали за ним. Так медленно обычно плывет родитель, принявший на себя заботу о потомстве. Кружок останавливали, и мальки переставали обращать на него внимание. Если же кружок двигали быстро, рыбки бросались наутек.

Резкие движения — сигнал опасности не только у цихлид. На берегу реки сидит рыболов и таскает на удочку одного за другим увесистых окуней. Но вот один полосатый красавец сорвался с крючка, и клев сразу же прекратился. «Эх! Увел всю стайку!» — восклицает рыболов. И он не далек от истины. Стремительный бросок наколовшегося окуня мог напугать всю кормившуюся стайку.

Часто рыбы принимают угрожающие позы. Колюшки в нерестовый период, встретив соперника, становятся на голову, показывают бока, топорщат иглы на спине. Время от времени рыбки схватывают со дна травинки, как бы говоря: «Я занят постройкой гнезда, плыви своей дорогой».

Бычок-кругляк, если враг приблизится к его гнезду, делает вид, что хочет наброситься на него, бьет хвостом, оттопыривает жабры, хватает ртом ил и выбрасывает его, стараясь жестами показать: приближение опасно!