Порождения Тьмы - Игорь Марченко

– Да, – медленно обернувшись в сторону огромного обзорного экрана, на котором виднелся полумесяц Плутона, задумчиво добавил. – Перед взрывом, я видел нечто странное. Что-то выбралось из того портала, а значит осталось внутри карманной Вселенной. Если это "нечто" не уничтожил взрыв сверхновой, нас всех ждут в будущем большие проблемы. Как много времени ему понадобится чтобы выбраться в наше пространство?

– Я не совсем понимаю, о чем Вы говорите, – астрофизик смутился, пытаясь проследить за моим отстраненным взглядом. – Очень маловероятно, что в космосе найдется вещь способная пережить взрыв сверхновой. Это невозможно себе даже вообразить!

– Это была не вещь. Это были… Безымянные. Помяните мое слово друзья, в будущем людей ждут суровые испытания. Надеюсь, к тому времени мы будем готовы.

Не сказав больше ни слова, я позволил Насте отвести меня в сторону переходного рукава ведущего на Атлас-Викторию. У меня было лишь одно желание – поскорее смыть с себя засохшую кровь и переодеться в нормальную одежду вместо грязных, пропахших тленом одежд вердри. Мысленно я убеждал себя, что Безымянные погибли при взрыве звезд. А если выжили?

–"Тогда, о них будут думать наши потомки". – Закончил я свой внутренний диалог.

Эпилог

Отойдя от перил мраморного балкона, за которым в звездное небо взмывал и красочно взрывался праздничный фейерверк по случаю годовщины победы в войне Первого контакта, адмирал Марк Химмель вернулся к стойке мини-бара. Плеснул в стакан на два пальца виски Джек Даниелс сорокалетней выдержки, закинул пару кубиков льда. Пригубил, но почти сразу отставил стакан в сторону. Для своего преклонного возраста адмирал, был на удивление бодрым человеком с ясным умом и твердой памятью несмотря на то, что ему на днях исполнился юбилей – ровно сто сорок лет со дня рождения. Он был одним из немногих людей, кто еще помнил старый мир таким, каким он был еще до эпохи некроморфов и первого контакта.

Смотря на пляшущий огонь в камине, Марк невольно ударился в воспоминания.

После судебного процесса длившегося почти пять лет по делу бывшего адмирала Горчакова, чьи необдуманные действия чуть не повлекли за собой гибель всего человечества, власть над вооруженными силами Земли со временем перешла в руки Химмеля. С той поры минуло почти целое столетие. За прошедшие годы произошло много судьбоносных событий. Короткая, но кровопролитная война людей с галактами завершилась капитуляцией и перемирием последних, когда галактам стало понятно, что струнные порталы больше не активны, и космические корабли больше не в состоянии преодолевать огромные расстояния за счет существующих технологий. Марк был первым человеком, которому выпала честь принять капитуляцию веганского гарнизона долгое время обороняющихся в окружении. Стоя в тот день напротив массивной туши веганца в мимикрирующей броне он с дрожью в сердце принял из рук командующего экспедиционными войсками Дотума на Земле, суперинтенданта Симилисиара его командный скипетр-такблок. Суперинтендант среди людей прославился свирепым нравом, но его стали уважать не по этой причине. Отчаявшись переломить ход войны в свою пользу, ученые из числа аркурианцев замыслили использовать на Земле чудовищное по действию бактериологическое оружие. Симилисиар предотвратил их замыслы, считая это бесчестным поступком труса. В последние недели войны удача окончательно покинула агрессора, загнав обратно в ледяную пустошь Антарктики, откуда они начинали свою победоносную компанию.

Стоя на заснеженном плато, продуваемого со всех сторон ветрами дующих со стороны Хребтов безумия, Марк в тот момент мечтал только о горячем кофе, а не о лаврах победителя.

– Мы утратили связь со своей родиной, – нехотя пророкотал Симилисиар, когда Марк поинтересовался причинами столь внезапной капитуляции. – Наши поисковые приборы больше не фиксируют космические струны. Мы лишились подкреплений и снабжения, а значит проиграли войну. Боги оставили нас за нашу самоуверенность и гордыню. Теперь мы остались одни, без поддержки на этой планете вдали от дома. Надеемся, наш поступок сложить оружие гарантирует моим солдатам жизнь. Мы готовы сотрудничать с людьми и помочь восстановить все, что мы успели разрушить. Взамен мы просим не ограничивать нас в свободе и предоставить автономию передвижения по планете, за исключением закрытых зон. Вы принимаете наши условия? Хозяин проиграл битву, значит у нас не осталось причин хранить ему верность.

– Что Вы хотите этим сказать? – спросил Марк, но веганец отделался туманными объяснениями о каком-то событии, которому не суждено было сбыться.

Долгая, кровавая бойня, развязанная неизвестно кем и неизвестно ради каких целей внезапно закончилась так же неожиданно как и началась. Люди не меньше галактов были обескровлены и вымотаны бессмысленным кровопролитием, уносящим ежедневно тысячи жизней. Во время судебных слушаний Федеральный прокурор предоставил суду неоспоримые доказательства вины адмирала Горчакова. Со временем были найдены еще более весомые улики, указывающие на прямую связь Горчакова с разведывательными службами кванторов, единогласно объявленных агрессорами. Новые факты окончательно предрешили дальнейшую судьбу адмирала, отправив его на пожизненное заключение без права кассации и досрочного освобождения за решетку в Федеральную военную тюрьму. Горчакову еще повезло – государственный обвинитель требовал назначить высшую меру наказания в виде электрического стула или смертельной инъекции, но суд учел прежние заслуги подсудимого и не стал назначать столь суровое наказание.

В один из ничем не примечательных дней Химмелю доложили, что Марсианская база "Церера", вновь функционирующая в рамках программы "Сотрудничество ради мира", перехватила странные сигналы с неизвестного космического корабля. Сообщения были закодированы старыми шифрами Альянса, что вызвало недоумение в штабе флота, ведь этой кодировкой давно никто не пользуется. Срочно был собран на экстренное совещание весь высший генералитет космофлота. Данные подтвердились – неизвестное судно идентифицировано как "Атлас-Виктория". Как только была установлена устойчивая связь, Марк Химмель первым из людей приветствовал коммандера Дмитрия Алешина, находясь в главном Центре космической связи на Аляске. Орбитальные телескопы выявили еще одну сенсационную деталь – земной флагман был связан буксирным лучом с объектом неизвестной природы шарообразной формы огромных размеров и массы. Его не мог нащупать ни один даже самый лучший радар, а сигнатурное излучение, присущее любому физическому телу у этого напрочь отсутствовало, что еще больше ставило в тупик лучших ученых и военных специалистов. Патрульный звездолет "Аякс" до самой Земли, транслировал в реальном времени момент приближения удивительных гостей к колыбели человечества. К тому времени сведения просочились в прессу, что лишь подлило масла в огонь всеобщей интриги. Взбудораженная планета готовилась встречать героев. Всем прекрасна была известна та роль, которую сыграл экипаж звездолета в войне с галактами.

Бесшумно появившийся в дверях адъютант, прервал размышления Марка:

– К Вам посетитель, сэр. Просит извиниться за опоздание.

– Так впустите его поскорее, черт Вас раздери, лейтенант. – Проворчал Химмель, поспешно наливая виски в еще один бокал. Настроение у него заметно улучшилось. Прислушиваясь к стуку приближающихся шагов, он еще раз обдумал свою идею и не нашел в ней ни одного изъяна. Когда он поднял глаза, то губы непроизвольно растянулись в улыбке. В ярко освещенном проеме дверей смущенно топтался человек-легенда, ставший при жизни героем, а сейчас неуверенно ищущий взглядом хозяина кабинета, что бы вновь извинится за опоздание.

Замявшись на секунду на пороге, я смело шагнул в полутемную комнату, отделанную в экзотическом для меня Викторианском стиле. Потрескивающий в дальней части комнаты старинный камин, создающий эффект неофициальности и попавшая в поле зрения початая бутылка старинного виски, немного успокоили. По правде я ожидал более холодного приема от человека, которого я в свое время в боевой обстановке грубо послал всерьез и надолго. Обычно такие как адмирал подобных обид никогда не забывали и не прощали.

– Присаживайтесь, коммандер. Рад видеть Вас в добром здравии и спасибо что нашли время посетить Вашингтон. Вы совсем не изменились. Такое впечатление, что время щадит Вас.

Химмель со старческим кряхтеньем с трудом поднялся из своего кресла и после крепкого рукопожатия указал мне на соседний диван. Его глаза светились торжеством и гордостью.

– Вы даже не представляете коммандер, как я рад Вас снова увидеть. Это все равно, что заглянуть в прошлое и увидеть себя самого. Чудеса, да и только.

Я присел на краешек, ощущая себя не в своей тарелке: