Утраченная иллюзия - А. В. Бурнашев

на меня не подействуют? Люди могут догадаться о моей особенности. Этого никак нельзя допускать. Лучше проиграть. Так же я не могу убрать отсюда воздух, чтобы маркиз задохнулся».

— Пятьдесят семь! Двести шестьдесят семь! — с трудом выкрикнула я дрожащими губами.

«Ещё ослабление. Надеюсь, сейчас удастся свалить Генриха с ног».

Но теперь я даже голову не могла держать самостоятельно. Мне пришлось упереться лбом в руку, сжимающую рукоять меча. Маркиз упал на колено, и его лицо побледнело от злости. Вокруг замедленно, как во сне, вопили трибуны. Генрих попытался пронзить меня клинком, направив его мимо моего меча, но я, заваливаясь на бок, придавила его оружие к земле. Как бы ни силён был маркиз, он не смог удержаться и мы оба упали рядом друг с другом.

«Клинок невесом, благодаря магии, а я по-прежнему вешу сорок килограмм. Под действием многократного ослабления, мой вес для Аваниса стал неподъёмным».

— Двести шестьдесят семь! — прохрипела я дрожащим голосом.

«Ну что, маркиз, не тяжеловато ли тебе дышать?» — я усмехнулась, переполненная злостью и отчаянием. — «Есть ещё силы, чтобы сделать вдох?»

В эту секунду Генрих начал вытаскивать клинок из-под меня. У меня не было сил, чтобы этому помешать.

«Боже! Нет! Что он задумал? Решил всё же покончить со мной? Где только силы берёт? Это невероятно! Я не могу ударить по нему атакующим заклинанием. По мне тоже попадёт и это будет конец».

— Двести шестьдесят семь! — еле двигая губами, пробормотала я.

«Всё! Это предел даже для меня. Сейчас умру просто, потому что силы иссякли. Я магией позволила себе произносить заклинания, несмотря ни на что. Но и это не помогло. В испытании на выносливость я всё же не смогла одолеть парня».

Каким-то нечеловеческим усилием Аванис вытянул из-под меня свой меч и, толкая его вдоль земли, вонзил клинок мне в горло. Впрочем, нет. Хотел вонзить, но не смог. У него тоже нет сил, чтобы проткнуть мне кожу. Я испытала лишь болезненный укол. Мы оба замерли, распростёртые на песке, в центре арены, глядя в глаза друг другу, мутными взглядами.

«Потрясающая у него стойкость. Он во много раз превосходит меня. А я всё же не справилась. Мы оба обездвижены, и сделать больше ничего не можем. Время скоро закончится, и Генрих победит меня по очкам. Я так ни разу и не задела его, а он меня всю изрезал. Проклятье! Как жаль! Столько усилий пропали даром».

В это мгновение парень закрыл глаза и как-то весь обмяк, выпустив оружие из рук.

— Маркиз Генрих Аванис потерял сознание, — объявил судья. — Победа присуждается баронессе Алисе Лиседж.

Глава 23

«Сорок реалов»

«Господи! Думала мне конец», — я перевернулась на спину и закрыла глаза. В следующее мгновение ко мне подошли служители арены и начали применять магию восстановления, убирая следы ран и повреждения одежды. С меня и Генриха были сняты наложенные заклятия. Маркиза привели в чувство и подняли на ноги. Мне тоже помогли подняться. Оказалось, Аванис потерял сознание от удушья. Он лишился возможности нормально дышать уже после третьего применения заклинания ослабления, но продолжал отчаянно сражаться до самого конца, испытывая критический недостаток кислорода в крови.

«Достойно уважения», — подумала я про себя с усмешкой. — «Но человеку нужно дышать, чтобы жить. Иначе он умрёт. Если б я знала заранее, как будет развиваться поединок, победа далась бы мне не такой дорогой ценой. Всё было б намного проще. Но я растерялась и едва не проиграла».

— Баронесса Лиседж. Я, конечно, поздравляю вас с победой, — Лакист усмехнулся и покачал головой, с некоторым разочарованием во взгляде. — Но на протяжении всего поединка я был уверен, что вы обречены. Вам удалось победить лишь каким-то чудом. Вы, по крайней мере, вдвое уступаете маркизу в искусстве фехтования, а ваша магия оказалась не особо действенной. Вам предстоит ещё учиться и учиться правильно применять свои заклинания.

— Простите… — хотела было возразить я, но учитель поднял руку, призывая меня заткнуться.

— Я ещё не закончил. Леди Алиса, наберитесь терпения и выслушайте меня до конца.

Я виновато склонила голову.

— В реальном бою нельзя полагаться на чудо, иначе ваш шанс выжить будет один из ста, — продолжал Арнамель назидательным тоном. — Это недопустимо мало. Шансы должны быть минимум пятьдесят на пятьдесят. В противном случае вам разумнее было сразу сдаться и не подвергать свою жизнь опасности. Вы девушка. Вам не нужно так глупо жертвовать собой ради призрачной надежды одолеть противника, многократно превосходящего вас по силе.

«Да вы верните мне магию в полном объеме, и мы посмотрим, кто здесь кого превосходит по силе, Генрих меня или я Генриха», — думала я про себя, морщась от досады. — «Если у меня изначально отобрали все шансы на победу, о каких „пятьдесят на пятьдесят“ может идти речь?» — я вздохнула. — «А никогда не сдаваться мой особый жизненный принцип. Я и стою здесь сейчас только потому, что всегда продолжаю бороться, даже потеряв вообще всё, включая остатки надежды и саму жизнь».

— Сейчас вам нужно поучиться не терять самообладание в сложных ситуациях, — продолжал учитель. — Кроме того, нужно подтянуть искусство фехтования, хотя бы до среднего уровня. Всегда полагаться только на магию нельзя. Однажды она может вас подвести, и вы лишитесь жизни.

«Ага. Я в курсе уже», — подумала я про себя, усмехнувшись.

— Разумеется, за это занятие вы получаете высшую оценку и двести очков в свой личный рейтинг.

— Ого! — по трибунам прокатился хор изумлённых голосов.

— Сто очков добавлено в качестве бонуса за непревзойдённую стойкость, в результате голосования судей большинством голосов, — объяснил Лакист. — Они посчитали, что девочка, которая так и не заплакала, попав в безвыходную ситуацию, должна получить дополнительное вознаграждение. За сам бой присуждено лишь сто очков, вместо ста пятидесяти, в виду явной слабости победителя, относительно своего противника.

«Ладно. Всё равно неплохо», — подумала я про себя.