Госпожа не-мертвых - Роман Г. Артемьев

желательно под руководством опытного наставника. Встречаются отдельные гении, которым достаточно один раз движение увидеть и освоить его за пару суток, но таких единицы. О них легенды рассказывают. Гвардейцы поголовно являлись прекрасными воинами, уделявшими много времени своему развитию, они не считали зазорным перенимать опыт у смертных и со скепсисом относились к понятию «честный бой». Тем не менее, они регулярно сливали схватки Селесте, и групповые, и поединки.

Причина банальна — Госпожа была быстрее.

Привязка к печати на Проклятии обеспечивала её стабильным потоком энергии, меняющей тело. Организм любого вампира с возрастом переходит из материальной формы в энергетическую, не исключено, что после тысячелетий существования вампир превратится в кого-то вроде осязаемого духа. Скорость преобразования зависит от качества и количества получаемой силы, дефицита которой у Селесты не наблюдалось никогда (за исключением первых дней после перерождения). Кроме того, все менталисты на определенном этапе осваивали так называемое «ускоренное восприятие», манипуляцию личным временем — приём, позволяющий обрабатывать информацию в десятки раз быстрее.

В искусстве работы с собственным сознанием Госпожа заслуженно считалась лучшей. Да и не только с собственным. Поэтому чужие атаки, финты и хитрости она, случалось, умудрялась разгадать до того, как противник успевал их осознать, не говоря уж о применении в бою.

Знаком показав Ранилькару, что тренировка окончена, Селеста поставила учебный меч в стойку и направилась к выходу. Ванну она примет у себя в покоях. Вампиры не потеют, однако какие-то выделения с кожи есть, да и просто грязь оседает.

— Что случилось такого, что ты лично пришел в столь нелюбимый тобой боевой зал? — спросила она у поднявшегося со скамеечки при её приближении Хастина.

— Не так уж и нелюбимый, — пожал плечами маг. — Я тоже здесь занимаюсь.

— Раз в месяц, под настроение.

— Чаще не требуется. В чём смысл махания мечом, когда простой телекинез обеспечит победу быстрее и надежнее?

— Не скажи, — заспорила Селеста. — Магия не подготовит к реальному бою. Новичков подводит психология, они теряются, забывают, что надо делать. И погибают. Бой с оружием до определенной степени позволяет подготовиться к настоящей схватке.

— Не будем спорить, — поморщился Хастин. — Всё равно нам друг друга не убедить.

— Не будем. Так чего ты хотел?

Маг понизил голос и наложил какой-то изменяющий звуки щит.

— Напомнить про гробницы. Полгода прошло.

— В самом деле, — Селеста поморщилась. — Не хочешь подождать?

— Смысла нет. До архивов династии нам не добраться, искать где-то ещё означает привлечь ненужное внимание. Получить данные для анализа мы можем только сами.

Госпожа вздохнула. Несколько попыток прикоснуться к столь специфической области, как древнейшие похоронные ритуалы знатных особ, предпринятые ею недавно, доказали правоту Хастина. Все, абсолютно все потенциальные источники информации даже на намёки реагировали крайне нервно.

— Кроме непосредственных участников, никто знать не должен, — поставила она условие.

— Договорились, — улыбнулся маг.

Расставшись с Хастиным, Селеста не торопясь направилась по делам. Которых у неё, вопреки привычке, сегодня оказалось не так уж и много. На политических фронтах царило затишье — стороны зализывали раны и сосредотачивались с силами. Партии Сына Моря требовалось передышка для освоения полученного ранее, сторонники канцлера подсчитывали недавние потери и с подозрением смотрели на соратников, знатные семьи прикидывали, не наступил ли удобный момент, чтобы ужалить врага побольнее. Лаш, кстати, прислал весточку, что его предложение было встречено без негатива. Ответ ему, разумеется, сразу не дали, но и не отвергли сходу, что уже радовало.

После идеологического разгрома Триады Правильности и внутренних волнений у Святителей Огня, по идее, Общество Небесной Чистоты должно было занять первенствующее положение среди религиозных организаций. Как-никак, верная опора трона, поддержавшая короля в годину испытаний. На практике «законников» сотрясла череда мелких скандалов, иерархи и среднее звено оказались замешаны в незаконной торговле людьми, коррупции и других преступлениях. Справедливости ради, ряды своих идеологов Валиир вычищал тихо, без помпы отправляя кого в ссылку, кого просто в длительный отпуск для поправки здоровья, самые наглые погибали от несчастных случаев. В тюрьму не сел ни один.

Короче говоря, происходило многое и в то же время не происходило ничего. Наиболее интересные с точки зрения вампирского сообщества процессы отслеживали исполнители, они каждый вечер представляли короткий доклад повелительнице, так что сама Селеста занималась тем, до чего прежде руки не доходили. Или тем, чего душа просила.

Иными словами, сейчас она сосредоточилась на морванитах и строительстве дворца.

Традиционно в Талее различных сект действовало много, на любой вкус. Власти боролись с деструктивными культами, запрещали человеческие жертвоприношения, но к исповедовавшим принцип равновесия учениям относились спокойно. Служение темным богам до определенного момента само по себе не считалось преступлением, жрецов сажали за нарушение уголовного кодекса. Положение изменилось при Ирране, возжелавшем не просто запретить культы Морвана — он хотел искоренить саму традицию поклонения ему.

Вампиры инициативу радостно одобрили. Прежде в сферу их влияния входили не самые приятные секты, члены которых стабильно вызывали интерес государственных спецслужб. В силу, так сказать, активной жизненной позиции, густо замешанной на разрушительной идеологии. Теперь же власти вынудили уйти в подполье куда более вменяемых верующих, не считавших своим прямым долгом приближать гибель мира или хотя бы прогнившего общества. Многие тогда бежали в соседние страны, но были и такие, кто бежать не мог — Селеста встретила их с распростертыми объятиями. Они с легкостью приняли постулаты её Кодекса, запрещавшего убивать детей, провозглашавшего триаду знание-власть-совершенствование в качестве жизненного ориентира и считавшего мир полностью материальным, существующим по причинно-следственным законам.

Сейчас всех сектантов она мысленно делила на три категории: буйные, мирные и ценные. С первыми приходилось сложнее всего, они постоянно влипали в различные передряги, зато при правильном руководстве мечтали умереть во славу её. Причем за подобную честь могли передраться. Мирные спокойно жили, трудились, растили детей, зарабатывали деньги, поругивали начальство и не прыгали выше головы, ничем не отличаясь от таких же трудяг-соседей. Просто они периодически посещали службы Морвану и время от времени исполняли легкие просьбы пастырей. В их жизни была маленькая тайна, приятно щекотавшая нервы, большего им не требовалось.

Вторая категория служила поставщиком человеческого материала для третьей. Умные,