Мотылёк - Кэти Дрим

и сейчас смотря на женщину напротив себя, в голове Ани всплыли множество вопросов, которые видимо накопились у неё за все эти годы.

Место было не таким многолюдным и сидели они почти в самом углу помещения, за столиком, который располагался дальше от всех и находился у больших панорамных окон. Женщина собралась с мыслями — решила рассказать все с самого начала, хоть и было тяжело, вспоминая прошлую жизнь она чувствовала ужасную боль в районе сердца и тяжело было дышать, а рассказывать об этом она даже не представляла, как?

Алексей откинулся на спинку дивана, но продолжал сжимать руку своей невесты, Аня продолжала рассматривать Илону, сердце колотилось, как не нормальное, а руки так и сжимались в кулак, не хватало ещё и расплакаться. Официант принес стакан с водой и женщина сделав пару глотков начала свою исповедь.

— Мы с твоим отцом познакомились на вечеринке общих друзей, я влюбилась с первого взгляда, русые волосы, которые он всегда зачесывал назад, большие зеленые глаза, они у тебя в папу, скулы, которые придавали ему мужественность и храбрость. Все мои одноклассницы с ума по нему сходили, а он был ещё тем ловеласом или как сейчас говорят, «бабником», но я сумела его зацепить и покорила его сердце, я вела себя никак все. Скромно, не разговаривала, проходя мимо не смотрела на него, все веселились, танцевали, пили, а мы стояли по разные стороны комнаты и избегали взгляда. Потом он меня проводил до дома и после этого мы с ним не расставались. — Женщина снова отпила воды, будто хорошее на этом закончилось, Аня немного расслабилась и сложив руки на груди продолжала слушать мать.

— Нам было по семнадцать, мой отец хорошо общался с Тамарой и они решили не ждать когда мы окончим школу, и повели нас в ЗАГС. Мой отец имел влияние в узких кругах поэтому нас расписали быстро, а потом сделали свадьбу, самый лучший день в жизни.

Только вот женщина это произнесла немного дрожа и даже как-то сомневаясь в этом, за окном стало темнеть, а в кафе находились только они втроем.

***

Слезы хлынули из глаз Юлии и она больше не стала сдерживаться, заныла в трубку, чем вызвала беспокойный тон отца:

— Доченька, ты где? Почему не выходил на связь? Мы с матерью место себе не находим!

Альберт хотел накричать на дочь, но его голос лишь срывался, у мужчины закололо в области грудной клетки, как только он услышал рев родного человека.

— Папочка, папа… простите меня дуру! Я хочу домой, обратно, забери меня, пожалуйста!

Девушка чуть ли не кричала и даже не заметила, как вернулся дежурный врач и смерил её грозным взглядом, Юля закрыла рот ладонью и тихо произнесла:

— Я в Москве нахожусь в центральной больнице города Можайск.

Проговорила Сазонова и сразу бросила трубку, врач помотал головой и сел на свое место. Юля выдохнула и вышла из кабинета, молодой врач ничего ей не сделает.

— Могли бы попросить позвонить, у нас не запрещается.

Ответил врач снимая очки, чтобы их протереть. Юля улыбнулась молодому человеку и поспешила в свою палату. Веря в то, что папа все понял и спасет её, а там уже само собой пойдет и про жизнь свою расскажет московскую и про беременность. С этими мыслями девушка не заметила, как уснула. Теперь ей ничего не страшно.

***

Аня не перебивала мать и слушала внимательно, даже не думала ни о чем. Старалась услышать самое главное и понять в конце концов, почему её бросили, как ненужную игрушку?

— С Юлиной мамой мы были подруги детства, наши мамы даже дружили, её мама вместе с мужем потом уехали, как только выдали дочь замуж. Альберт очень серьезный мужчина и всегда все держал в ежовых рукавицах, когда стали встречаться с Милой он сразу дал понять, что это не просто погуляли и разошлись, а Мила не воспринимала всерьез даже когда у ЗАГСа стояла в свадебном платье, — Илона усмехнулась, будто до сих пор чувствует себя дурочкой, как тогда. Когда узнала, что лучшая подруга льстится к её мужу, — прошло года два, мы со Стёпой мечтали о ребенке, а я все не могла забеременеть, а когда Стёпа узнал, что Мила беременна, стал меня доканывать, мол не рожаешь мне, а мы первые поженились. Думал я специально, а у меня были некоторые проблемы с этим, а говорить ему не хотелось, Тамара знала и тоже не говорила. Потом отвезла меня к какой-то знахарке, в деревне недалеко от нашего района, даже не помню, что она там делала со мной, заговаривала там, — Женщина улыбнулась и вспомнив, что с ними находится молодой человек смутилась, продолжая дальше разговор, — потом сказала мне, что я должна верить и обязательно все получится, я и в церковь стала ходить, каждое утро перед работой, Стёпе тоже ничего не говорила, а он ревновал меня очень. Рано ухожу, поздно прихожу, стал допросы устраивать, я ему не говорила ничего, лишь смеялась, больно уж нравилось когда он ревновал. А потом наступил самый ужасный и позорный для меня день, я задержалась на работе, а Стёпа был в ночную, шла одна по улице, никого из людей не было. Тогда осень была очень дождливая и лужи кругом, как помню небо все затянуто тучами и боль пронизывающая все тело…

Повисла тишина, Илона опустила голову вниз и выкинула из рук надоевшую салфетку, тяжело вздохнула и снова подняла голову, она встретилась со взглядом дочери. Зеленые глаза в которых было столько боли, смотрели на неё в ожидании. Женщина посмотрела вдаль и перед глазами всплыла картинка того вечера, было слишком тяжело, но она должна рассказать.

— Дорога на работу была через наш маленький парк и тогда я шла через него, впереди меня показалась фигура и я ускоряя шаг хотела быстро пройти, но мужчина схватил меня за руку и повел на площадку, меня одолел страх я даже кричать не могла, лишь тихо умоляла отпустить. Он был пьян и ничего не соображал, повалил меня на землю и… изнасиловал, когда я стала приходить в себя, то никого не было и я лежала на сырой земле смотря в небо. Было так пусто и противно, домой не знала, как возвращаться. Одежда была грязной и рваной, я и пошла к своей лучшей подруге, зная что дома она одна и никто меня в таком виде не увидит. Мила конечно была шокирована, она помогла мне, поклялась никому не рассказывать, а после этого