На задворках галактики - Александр Валидуда

91 год, июль. Новороссийская Федерация, как тогда называлось наша страна, вступает в войну с ВГА, разрывая мирный договор, соблюдавшийся три десятилетия после Континентальной Войны. Начать войну федеральное правительство вынудило давление общественного мнения и армии, симпатизировавших восставшим вольногорам, сохранившим не смотря на политику ассимиляции родной язык, культуру и веру, точнее веры. Боясь потерять поддержку народа, правящая партия санкционировала ввод ограниченного армейского контингента, сокращённо именуемое в документах – ОАК, однако всеми силами стараясь не допускать активного участия в чужой войне своей армии. Лицемерие правительства НФ, постоянным одёргиванием не дававшего воевать по всем правилам ограниченному контингенту, приводит к развязыванию рук арагонским карателям, которых герцогские маршалы больше не сдерживают, убедившись, что участие ОАК на стороне мятежников не более чем политическая демонстрация. К сентябрю арагонская армия контролирует половину Вольногорья и продолжает наступление по всем направлениям. В Вольногорье, между тем, стекаются добровольцы из Новороссийской Федерации. На призывы 'низов' начать 'нормальную' войну, правительство реагирует патетическими манифестами, упованиями на сложность международной обстановки, а в ряде случаев и арестами. Пожалуй, этот исторический период был тем редчайшим исключением, когда к войне верховную власть принуждало сложившееся умонастроение граждан. В ноябре по всей федерации прокатывается волна гражданских выступлений, закончившаяся досрочными выборами и приходом к власти оппозиции. К декабрю армия Великого Герцогства Арагонского контролирует уже около семидесяти процентов Вольногорья.

92 год, январь. В Новороссийской Федерации набирает силу политический скандал, поводом послужили вскрывшиеся тайные переговоры правительства с эмиссарами ВГА. Общественность возмущена тайными договорённостями, заведомо 'списавшими' вольногорский мятеж. В городах начинаются общественные беспорядки, поджоги и погромы федеральных представительств. К исходу января происходит военный переворот, учреждается Директория. Главой государства становится генерал-фельдмаршал Алексеев, Главковерх фельдмаршал Бобрыщев, как ставленник свергнутого правительства, отправлен в отставку. Примечательно, что военный переворот поддержали и, можно сказать, технически обеспечили ГБ и Жандармский Корпус.

В феврале начинается полномасштабная война НФ и ВГА, в ограниченный контингент войск НФ вливаются 40-я, 11-я и 13-я отдельные стрелковые бригады и прославленная в Континентальной Войне 30-я стрелковая дивизия в составе двух стрелковых и артиллерийской бригад. ОАК переформировывается в ударный корпус. В направлении Старая Межа – Хитрованская вводятся 2-я и 4-я армии при поддержке воздухоплавательных сил, состоявших их дирижаблей и первых образцов боевых аэропланов. К началу апреля арагонская армия, вынужденная под ударами русских войск откатываться по всему фронту, удерживает под контролем уже не более трети Вольногорья. В течении апреля флот НФ совершает до десятка рейдов к арагонским портам. В начале мая проходит двухсуточное сражение арагонского и русского флотов у мыса Парадиз, герцогский флот теряет половину линейной эскадры и отходит к базам. Тяжёлой победой у мыса Парадиз устранена опасность высадки морских десантов ВГА по всей протяжённости восточного и юго-восточного побережья тёмного моря. В середине мая к столице мятежной провинции – Вольногорску совершает двухсоткилометровый рейд первая вольногорская кавалерийская дивизия. Внезапно ударив по гарнизону, 1-я кавдивизия вместе с восставшими горожанами освобождает Вольногорск, а ночью, используя слабость дезорганизованной службы воздушного наблюдения арагонцев, свыше двухсот дирижаблей высаживают в городских окрестностях два воздушно-гренадёрских полка НФ. Высадка стала эталонной за всю историю десантных дирижаблей, арагонцы смогли сбить только два из них, причём, в тот момент когда аппараты уже уходили обратным курсом. Город удерживается шесть дней, переброшенные из внутренних провинций ВГА две пехотные дивизии и снятая с фронта бронебригада смогли закрепиться только на окраинах. Вольногорск спасает прорвавшийся бронекавалерийский корпус генерала Савичева, именем которого в последствии называют главный проспект города. 5-я броневая и 51-я драгунская дивизии корпуса Савичева, усиленные батальонами вольногорских ополченцев, деблокируют Вольногорск и создают предпосылки к наступлению по всему северному фасу фронта. В конце мая проходит знаменательное сражение за Гиблый перевал и Козлиное плато Вятежского хребта, куда маршалы великого герцога бросают нанятые в кантонах горно-пехотные части, знаменитые высокой выучкой и опытом горных операций. Вольногорским ополченцам, получившим из НФ месяцем ранее безоткатные трёхдюймовые горные пушки, удаётся не только сдержать кантонцев, но и нанести им большие потери. Последний день битвы за перевал и плато – 26 мая становится датой рождения горно-егерских войск Вольногорья, а позже и Новороссии. В начале июня 4-я армия генерал-фельдмаршала Ухтомского, смяв остатки 9-й арагонской армии, выходит к границе вольногорской провинции.

92 год, июнь. Подписан мирный договор между НФ и ВГА. Побережье Новороссийской Федерации увеличивается на сорок процентов, бывшая арагонская провинция Вольногорье, с девятимиллионным населением и площадью свыше шестисот двадцати тысяч квадратных километров, становится губернией НФ с правами широкой автономии.

Мелёхин прервался. Налил полстакана минералки, ожидая вопросов. Присутствующие предпочли хранить молчания, переваривая услышанное. Кто-то потягивал морс, кто-то курил, рассматривая карту и ротмистра. Минералку Мелёхин выпил в два глотка, а так как вопросов не последовало, продолжил:

– 92-93 годы. Реформы государственной власти, судебной и образовательной системы НФ. Реформы в армии и административно-территориального управления. Новороссийская Федерация переименовывается в Новороссию, провозглашается унитарное государственное устройство с подтверждением автономий вольногорской и стежмской губерний. Отмена института парламентаризма, избирательной системы всех уровней, запрет партий. Вместе с тем происходит усиление роли общественных организаций, например, профсоюзов, законодательно созданы предпосылки к усилению их роли в экономике и обществе, а также к их действительной независимости. Одновременно происходит принятие новых уголовного, гражданского и административного и хозяйственного кодексов. Дан толчок на перевод чиновничьего аппарата с карьерного принципа комплектования на профессиональный, закрываются кафедры, готовившие будущих управленцев. Отныне стать министерским чиновником может лишь специалист в данной отрасли экономики, а в вертикально-властной структуре от уровня градоначальника до губернатора вводился ценз выслуги в армии, полиции, полувоенных формированиях (пожарная стража, таможня и так далее), или научной и преподавательской деятельности. Введена классность чинов для всех казённых структур, школьные учителя наряду с клерками градоуправления надевают вицмундиры. Научным кадрам, обладающим учёнными степенями, повышен статус, теперь профессор состоит в одном разряде с губернатором, получающем по табелю о рангах чин третьего класса, то есть приравнивается к армейскому полному генералу, и имеет равную с ними сетку жалования. В трети школ введено углублённое преподавание предметов с разделением по половому контингенту учащихся, такие школы переименованы в гимназии. Законодательно перекрыт доступ коммерсантам любого уровня во власть, произведена частичная национализация предприятий, прежде всего в отраслях стратегически важных для экономики страны и её обороноспособности. Запрет участия иностранного капитала в стратегической промышленности и полная переориентация национальных финансовых кругов в первую и главную очередь на потребности внутреннего рынка и потом только на экспорт. Запрет на деятельность бирж кроме товарно-сырьвых, перенимание удачного опыта Островного Союза на жёсткую ревальвацию национальной валюты и политики частичной хозяйственной автаркии…

– Прошу прощения, господин ротмистр – перебил Оракул. – Перечисленные вами меры… э-э… 'приручения' коммерческих структур – это выглядит как недоверие к ним.

– Отчасти вы правы… – начал было ротмистр.

– Позвольте, я отвечу господину Кужелю, – перебил его Острецов. – В какой-то мере так и было. Директория не совсем доверяла крупным и средним предпринимательским кругам. Однако дикого ущемления не последовало. Наоборот даже, были введены и, кстати, до сих пор действуют налоговые преференции, а также был взят курс на политику протекционизма национального купечества и промышленников.