Инженер - Эд Нерский

Звёздочка выросла.

— Я обещаю хранить наши секреты от остальных людей!

Звёздочка доросла до размера грецкого ореха.

— Я обещаю быть вместе со всеми, если на нас начнут гонения!

Звёздочка опустилась в варево. Жидкость перестала кипеть. Огонь в кастрюльке потух.

— Земля наша! Проклятие вернётся пославшему его!

Звёздочка поднялась и зависла над головой старушки.

Дрожащими руками бабушка взяла в руки кастрюльку и поднесла её к губам. Выпив содержимое, она посмотрела на звёздочку и улеглась в импровизированную постель. Укрылась с головой, зажмурилась и потеряла сознание.

Через некоторое время старушка очнулась. Выглянула из-под одеяла. Вокруг стоял чёрный, мертвый лес. Оставив все вещи, старушка пошла по тропинке назад.

На границе мёртвого леса она отбросила клюку и выпрямилась.

…

Виды Глазова нам порядком поднадоели. Мы собрали военный совет в нашем штабе, посовещались и решили наступать на Омск. Военный совет состоял из объединённого сознания командующих вооружёнными силами. На совете присутствовал представитель главной нашей ударной группировки — кот Степан. Он периодически заглядывал в объединение сознаний и вопрошал: “А этого можно сожрать?”

Дорога до Омска с нашей скоростью передвижения должна занять неделю. Эту неделю мы будем продолжать делать конструктов-духов. Духи разлетаются по всему свету. Задача каждого — откликаться на призыв и проводить исцеление ведьм.

Для оперативного отклика на призыв на всю огромную планету сделанных нами духов в любом случае не хватит. Поэтому призыв — это не финальный акт в пьесе, а ещё и более чем недельная подготовка к нему, предполагающая создание определённого фона в черноте. За этот длительный срок какой-нибудь дух да пролетит мимо, и, как правило, призыв должен получаться с первого раза. Но кому-то может не повезти, духов поблизости не окажется и на призыв никто не откликнется. Возможно, это потому, что стоит ещё одного инквизитора проклясть? Кто их знает, этих духов?

Каждое изгнание проклятия из ведьмы духи отмечают в моей базе данных, про которую я почему-то подзабыл, а теперь вот решил отряхнуть с неё пыль. Каждый дух облетает земной шар в случайном направлении на скорости около двухсот километров в час. Затем отчёт о проделанной работе заносит в базу данных. Если он никого не встретил, то путешествие вокруг света занимает у него меньше десяти дней. А если встретил, то как повезёт. Самое сложное было научить конструкты не мешаться друг другу “под ногами”. Если один конструкт уже застолбил себе ведьму для ритуала, то другой должен дальше пролететь.

Первые отчёты должны пойти через дней семь. Мы запустили сарафанное радио в Глазове и Магадане. Дальше, надеемся, оно по телепортам разойдётся по свету.

Я понаблюдал за летающей стороной стационарного телепорта, которую я для прикола отправил на высоту. Плетение рассеялось. То есть простого способа перемещать стороны телепорта нет.

…

Света — мастер придумывать разного рода странные вещи в магии. Как-то послушав про мои опыты с вероятностями, она загадочно улыбнулась и сказала:

— Я придумала! Останови!

Мы остановились на берегу какой-то речушки, отъехав от трассы на небольшое расстояние.

Я попытался узнать, что же она придумала, но она не разрешила мне подглядывать в её мысли. Затем отошла и что-то долго колдовала на полянке. Из её ауры вылетали разные плетения, она осматривала их, потом кривилась, развеивала и делала новые.

Я решил ей не мешать и занялся модернизацией своих операционных усилителей.

— Вот! — Света светилась. Перед ней плавало маленькое плетение.

— Что это?

— Новый фаербол!

— А в чём фишка? — спросил я.

— Он маленький.

Я посмотрел. И правда, плетение было очень маленьким.

— Покажи!

Света вдохнула в него немного энергии, огненный шар понёсся в реку. Вода вокруг него закипела.

— Ого! Ещё?

— Вот спичка! — засмеялась Света.

В воду полетела маленькая искорка. Плетение было крохотным.

— Рассказывай!

— Я плела наугад, пытаясь сплести огонь. Загадывала “вот так получится!” и плела какую-то мешанину. И вот это самое маленькое, что у меня получилось. Правда круто?

Я осматривал плетение этого фаербола. М-да. Если бы это был первый фаербол, что я увидел в своей жизни, я бы никогда не смог выделить из него какие-то компоненты. Но он работал!

— Офигеть! А телепорт можешь?

— Телепорт не получается, я пробовала. Я фаербол начинала от обычного фаербола. Уменьшала его, уменьшала и уменьшила! На самом деле это не новый фаербол, а улучшенный старый. — Света потупилась. — А телепорт надо сперва научиться делать!

— Ну-ка, я тоже попробую одну штуку!

Я попробовал скомпактить светильник. Свой светильник на операционных усилителях. Через полчаса попыток у меня получилось плетение размером с кулак. До этого оно у меня занимало около половины кубического метра.

Я стал его разглядывать. Да, транзисторы все на месте. Если срисовать схему, то она даже не изменилась!

Я вернулся к разглядыванию Светиного плетения фаербола и убедился, что это действительно всё тот же фаербол, но будто его взяли и, как снежок, руками утрамбовали в маленький комок. Все нити в нём переплелись так, что понять чего-либо становится невозможно. Но ни одна не мешает другой!

Это не печатная плата, но тоже неплохой метод упаковки получился.

— Светик, я думаю, что не только изменять плетения можно, но и придумывать новые. Попробуй что-то простое. Например, чёрный дым. Сделай чёрный дым?

— Давай вместе?

— Я боюсь, моё сознание, пытающееся строить схемы, тут помешает. Давай сама?

— Ну хотя бы гляди сознанием?

— Хорошо.

Света начала плести всякие фигурки. Промелькнули тройники материализации. Промелькнули сетки накопителей.

Через какое-то время, когда мы уже отчаялись, получилась какая-то чашка без ручки, из которой повалил чёрный дым. В этой чашке не было ни одного тройника материализации, но дым шёл!

— В этой магии никакой логики нет, но ты нашла метод! Умница!

— Пойдём что-нибудь съедим? Я проголодалась.

— Скоро город будет, в каком-нибудь ресторанчике отметим это дело?

— Поехали!