Феникс - Анастасия Ястребцова

как суетился человек, подбирая всем тёплые сапоги по размеру. — Я подарю тебе другой, когда вернёмся. Может, всё-таки белый найду… — пообещала женщина.

— Лучше просто позволь мне и дальше быть рядом — это будет лучший подарок, — улыбнулся Кьяр, прижавшись губами к её лбу.

— Всё равно подарю что-нибудь… — настояла на своём предводительница, прикрыв глаза.

Человек-продавец довольно быстро нашёл для всего отряда сапоги и даже дал в подарок ткань, которой предполагалось обматывать ноги прежде чем обуваться. Он долго рассыпался в благодарностях, нахваливая тонкую работу светлых эльфов, вырезавших такого чудесного дракона, но при этом не забывал через каждое предложение вставлять, что его обувь лучшая в Криндуре и того, несомненно, стоит. Никто из дроу его, конечно, не слушал, только Лиас мысленно стонал, смотря на «тонкую работу светлых эльфов», и удивлялся невнимательности людей.

Отвязавшись от продавца, Ная с мужчинами больше нигде задерживаться не стали и направились прямиком к воротам.

— За этот нож можно было всю лавку купить, — пробурчал Иран, выйдя из города.

— Нам нужна была обувь, а больше у нас нечего было обменять, — тихо отозвался Кьяр, — здоровье отряда стоит любых денег, разве нет?

— Да, просто жалко, — вздохнул Иран, — у Наи, вон, есть эта бесполезная заколка — можно было её отдать.

— Это подарок, — возразил танцор, — как бы она его отдала?

— А как ты отдал? — упёрся Иран. — Это тоже был подарок.

— Да, но в понимании того, кто мне его подарил, он того стоил, — продолжал спорить Кьяр.

— А этот что, тупой? — Иран кивнул в сторону молча бредущего последним Лиаса.

— Никто из нас не знает, как мыслят светлые эльфы — убедились уже, — танцор, судя по интонации, явно начинал злиться, — с него и так на сегодня достаточно. Да и не важно уже. Уже всё сделано.

Лиас слышал их разговор, и, если быть честным, он, наверное впервые, был согласен с Ираном. Нож был нужнее заколки, и Нае действительно стоило отдать её. Но Кьяр решил всё сам, никого не спрашивая.

— Аэн, а кто Кьяру этот нож подарил? — тихо спросил идущего рядом мужчину светлый эльф.

— Ная, — так же тихо отозвался целитель, — и на самом деле, я не думаю, что у Кьяра когда-то было что-то более ценное из вещей. Так что поблагодари его хотя бы за свои сапоги…

— Кьяр всегда был таким, — вполголоса присоединился к их разговору Шиин, — он может пожертвовать очень и очень многим, если считает, что так будет правильно.

— Но даже так, если этот нож был жестом любви, разве можно было его отдавать? — Лиас печально глянул на уже спокойно идущего рядом с предводительницей танцора — спор с Ираном он всё-таки выиграл, пока светлый эльф с Аэном и Шиином шептались у них за спинами.

— Он был жестом прощания, а не любви, — возразил Шиин, — жест любви вон у него на шее цветёт следом от клыков.

— Может, он поэтому его и отдал — чтоб не напоминал о тех проклятых месяцах? — предположил Аэн.

— Возможно, — согласился Шиин.

У Лиаса не было настроения вдаваться в подробности, а мужчины не собирались больше продолжать эту тему, поэтому дальше какое-то время все шли молча. Но стоило отряду тёмных эльфов уйти на достаточное расстояние от Криндура, как иллюзии исчезли, а вместе с ними и вся адекватность.

— Сам с собой я ещё так не сражался! — внезапно рассмеялся Эмиэль.

Остальные на секунду замерли, пытаясь понять о чём шла речь, но потом все дружно тоже взорвались смехом.

— Да, это было самое идиотское сражение в моей жизни! — подхватил Шиин.

— Это вообще не сражение было, а бойня! Вопиющая жестокость, которая того явно не стоила! — тут же возмутился светлый эльф, даже вынырнув на время из мрачных мыслей о своём будущем.

— Что тебе не нравится? Никто не помер из людей. Мы им даже помогли границы подчистить. Вообще всё из-за тебя. Если б не ты, просто спёрли бы лошадей и пошли дальше, — бессовестно оскалился Асин, даже не пытаясь скрыть веселье и издевку в своих словах.

— Да лучше б спёрли! Ненормальные! Войну устроили, светлых эльфов опозорили, и всё это ради несчастных восьми кобыл! — взорвался Лиас.

— Согласен, отлично повеселились! — кивнул Иран.

Светлый эльф в негодовании схватил ртом воздух, но что ответить на такое кощунство не нашёлся: наверное пора было отчаяться и бросить попытки тут кого-то вразумить.

* * *

— Какого демона?! — Асин пытался заставить лошадь идти вперёд, но та только пятилась и вырывала поводья.

— Ну, вы же светлые эльфы, вот вам и дали необъезженных лошадей — вас же они в любом случае должны слушаться, — не без удовольствия язвил Лиас, под которым лошадь шла совершенно спокойно: он уже даже не пытался взывать к своей совести и про себя радовался, что этим паразитам, хоть как-то весь их беспредел вышел боком.

Минут десять назад, зайдя поглубже в лес, тёмные эльфы решили, что пора было опробовать своих новых ездовых животных, но попытка оказалась не очень удачной. Благо перед ними сейчас была широкая поляна, покрытая мёртвой травой и редкими низкими деревцами уже сбросившими всю листву, по которой теперь и гарцевали молодые необученные ходить под седлом животные.

— Вот и заставь их идти нормально! — злился Асин.

— Не буду, — упёрся Лиас: он из вредности не собирался никому тут помогать, — мучайтесь, как хотите — это плата за тот позор, которым вы покрыли мой народ!

— Да они всё равно тебя выперли! А люди мрут, как черви, через сто лет никто и не вспомнит уже! — зашипел в ответ маг.

— Придержи язык! — рыкнул на Асина Ная.

— Ребят, она мягкая! Никакая чешуя зад не царапает! — перебив все недовольные возгласы на поляне, вдруг восторженно заорал Кьяр, запрыгнув на неоседланную кобылу. — Пошла, детка!

Танцор ударил лошади под бока, и та под его радостный вопль понеслась бешеным галопом.

— Осторожно! — Лиас дёрнулся было вперёд, но его лошадь за уздцы поймал Шиин.

— Не переживай, — улыбнулся он, — для того, кто может объездить летучую мышь, ваша живность — ерунда.

— Летучую