Обжигающая спираль (СИ) - Ольга Горовая

— Но, — Света неуверенно облизнула губы, слишком хорошо представляя себе, чем участие в подобном «мероприятии» может грозить ее любимому. — Они же не могут тебя заставить? — голосом, который выдавал ее опасения, уточнила она.

— Не могут, — с горьким сарказмом повторил Рус, ехидно посмотрев на нее через плечо. — А ты знаешь, что будет, если в милиции или представительстве того же СБ узнают, что сегодня на встречу Бойцовского Клуба, зарегистрированного, как общественное движение — один из участников приперся с кастетом, а у второго оказался нож, который он не замедлил применить? — с издевкой спросил Руслан. — Нас закроют. В лучшем случае, и хорошо, если без следствия обойдемся. Но и это ладно. Хоть мы с Серегой последние два года почти все свое время отдавали этому клубу. Ладно, пережили бы, — Руслан зло пнул диван кулаком. — Только те люди не остановятся, они или заполучат нас сейчас, или пойдут дальше, убив кого-то из моих парней.

Руслан даже не обернулся, когда она сдавленно втянула в себя воздух. У Светы ни на секунду не возникла мысль, что он шутит или преувеличивает ситуацию. Она не сомневалась, что с таким бы Рус не шутил.

— И у меня только один вариант, Света, благодаря твоему ненаглядному, «маленькому» брату, — с тем же злым ехидством протянул Руслан, — идти к Писаренко, если я не хочу потонуть в этом болоте, — вот теперь Руслан обернулся и просто впился в нее бешенным взглядом, засунув напряженные руки в карманы джинсов.

Света на миг закрыла глаза, наконец-то поняв, отчего он так зол.

И глубоко-глубоко вдохнула, стараясь найти аргументы и доводы, хоть и понимала — тут мало что можно доказать. Даже если она будет очень стараться. Ведь Света слишком хорошо знала, что чувствовал ее любимый по отношению к Писаренко. И как ненавидел себя за то, что тогда обратился к нему за помощью. Теперь же…

Что ж, она могла себе представить, насколько он сейчас бесился внутри. Потому и искал повод сорваться, обидеть, причинить боль кому-то еще. Искал виноватого в любом, кто хоть мало-мальски был причастен к ситуации.

— Руслан, — она шагнула ближе к нему. — Я понимаю, что ты сейчас чувствуешь, только не надо Ромку во всем обвинять, любимый, — он дернулся от этих слов так, словно она его ударил.

— Ни черта ты не понимаешь, если продолжаешь защищать его! Может, еще скажешь, что он ущемленная сторона? — почти крикнул Руслан, отступив от нее. — Ты не сможешь понять, какого это — делать то, что мне приходится. Тебя всегда оберегали, как и твоего брата, ты всегда оказывалась выше дна жизни, Свет, читая о нем только в учебниках или слушая лекции. Поэтому не надо мне сейчас ничего рассказывать, — гневно добавил Руслан и, развернувшись, отошел прочь.

— Он мой брат, Руслан, — Света старалась, правда старалась, но ей тоже становилось обидно и неприятно от его слов. Ведь в конце концов, она поехала с ним, она жила с ним, и делала то, что говорил Руслан. Как он мог сомневаться в том, на чьей она стороне? — И я не могу не жалеть и не защищать его. Но это не значит, будто я не понимаю того, что ты испытываешь…, — обида и гнев на такие слова все равно прорезались в ее голосе, заставив Руслана хмыкнуть.

— Конечно, — вдруг странно холодным голосом протянул он, вновь сжав кулаки. — Он — твоя семья. Что же странного, что ты защищаешь его? — от этого тона по спине Светы прошла холодная дрожь.

— Руслан, — хрипло и сдавленно окликнула она его. — Не надо так…

— А как надо? Как? — отстраненно спросил Рус, не обернувшись. — Откуда мне знать, как? Меня некому так защищать, — он подошел к стене и взял с полки ключи от машину, которые бросил туда, когда они зашли.

«Неправда!», хотелось крикнуть Свете. Она защищала бы его перед кем угодно до последнего слова, до последнего аргумента, до тех пор, пока у нее бы просто оставалось дыхание и силы. Он был ее семье в такой же мере, как и Ромка. Нет. Даже в больше, гораздо в большей мере.

Но Рус даже не дал ей шанс ничего добавить. Он сейчас не хотел слушать ее. Или просто не мог за тем гневом, который ощущал.

— Не уходи, пожалуйста, — негромко, надрывно попросила она его, увидев, что Рус направляется к двери. — Это ведь не решит ничего, Руслан. Нам просто надо поговорить.

Он застыл на секунду, почти открыв входную дверь.

— Что-то мне не хочется сейчас разговаривать, Света. Может потом, вечером, — с таким же трудом ответил Руслан, покачав головой, и все-таки вышел, закрыв за собой двери.

Она задохнулась, ухватившись пальцами за диван. Глаза обожгло злыми, горькими слезами обиды.

За что он так? Ведь Света же ни в чем не виновата. Она просто пыталась помочь. И всего лишь волновалась о брате, причем, даже в меньше степени, чем о самом Руслане.

Только кому это теперь объяснять?!

Стараясь не разреветься, как глупая девчонка, она вдруг взяла и так же, как он сам недавно, со всей силой пнула диван, пытаясь согнать злость.

Только это не помогло. И Света тяжело опустилась на пол, даже не представляя, что теперь будет, и как убедить его поговорить с ней, когда Руслан вернется? Как вдолбить в его твердолобую голову, что Рус больше не один, что она готова все что угодно сделать, чтобы помочь ему? Что можно попробовать позвонить ее отцу, может он сможет как-то уладить это все…

Только смысл? Руслан не захотел ее выслушать.

И захочет ли? Света не знала.

А сейчас просто старалась успокоиться, убеждая себя, что он пошел проветриться, или поехал в клуб, к парням…

Вот только обида не желала улечься. Никому не будет приятно, когда любимый человек вами пренебрегает. Когда из-за своей обиды, готов и вам причинить боль. И Света, несмотря на все понимание, тоже не испытывала в этот момент радужных чувств. Ей хотелось на кого-то накричать, может, даже, пару раз ударить кое-кого. Проблема состояла только в том, что виновника ее раздражения как раз уже и не было в комнате.

Руслан понимал, что чересчур резко выкручивает руль и слишком зол, чтобы нормально вести машину, но и остановиться не мог.

Он не знал, зачем ушел.

Только и выдержки находиться в комнате со Светой — не хватало.

И не виновата она была ни в чем. Ни в том, как все случилось в его прошлом, ни в поведении своего брата, ни в том, что любила свою семью несмотря ни на что.

Он сам бы тоже защищал родного брата до последнего вздоха, если бы тот все еще был у него.

И наверное, Свете не казалось, что она пытается навязывать ему свое отношение и взгляд на ситуацию. А вот Русу казалось сейчас именно так, хоть и знал он, что глупости это все.