Империя Тени. Эормия (СИ) - Анна Таира

Император так и не сказал им, что та девушка была магом света, и что она передала ему на время свой дар видеть потоки. Для Ииды девушка была врагом, напавшим на Императора, она не знала, что только благодаря этой девушки Император остался собой, а не пал во власть Тёмного окончательно.

В соседнем здании, из тех немногочисленных, что уцелели, Кристалл обустроила свой полевой госпиталь. И здесь в данный момент, не без охраны, находился отец Вероники.

— Он слаб. Я больше ничего не могу сделать, — сообщила Кристалл, едва Император вошёл в комнату.

Князь и вправду выглядел не лучшим образом. Его состояние оказалось печальным, будет чудом если он доживёт до рассвета. Этот благородный человек, имевший когда-то сильное тело сейчас напоминал лишённый крови истощённый труп.

— Оставьте нас, — приказал Император и все без исключения покинули комнату. Император же подошёл к пленнику ближе. — Можешь говорить?

Князь еле повернул голову и с трудом посмотрел на Императора. В его тусклых глазах не было ни страха, ни ненависти. Ни жизни.

— Скажи только одну вещь сначала, — прохрипел голос.

— Какую?

— Что ты с ней сделал? Я так и не смог её найти. Она мертва?

Император сразу понял о ком идёт речь.

— Я не знаю, что с ней, — ответил он. — Она упала в разлом в первый день.

— Значит она не выжила…

— Она жива. Это я могу гарантировать.

В тусклых глазах пленника отчётливо промелькнула вспыхнувшая надежда.

— Как? Как ты можешь это знать?

— Что-то произошло между нами в тот день. Что-то, что связало нас. Я теперь её чувствую. Я не знаю где она, но она в безопасности.

Князь с иронией улыбнулся.

— Что ты хотел знать? — сказал он. — Спрашивай.

— Кто она?

— Маг света.

— Это я уже понял. Она действительно твоя дочь?

— Нет. Его служители обнаружили её случайно, когда она была ещё ребёнком. И изъяли из семьи, убив их всех.

— Тогда как она попала к тебе?

— Когда я узнал, что у служителей появился ребёнок с потоком света, то сам вызвался подготовить её для Тёмного. Воспитать её как нужно.

— Ты знал, что она проводник?

— Да.

— А другие?

— Да, знали.

— А о том, что она может управлять магией, тоже знали?

— Об этом знал только я. Я тщательно скрывал это от других.

— Почему?

— Боялся, что он тогда поставит на неё свою метку. Такую же, что носил я. Боялся, что он… сломает её…

— Тёмный не ставил на неё свою метку? Почему?

— Он поставил на неё другую метку. Метку обещания. Она подавляла её волю, делала её покорной. И… подпитывала его.

— Значит он может её найти, где бы она не была… — задумавшись сказал Император.

— Нет. Не может. Она сломала метку, когда пошла против Его воли.

— Она сумела воспротивиться воле Владыки? Сама? Даже с его меткой?

— Да. Она достаточно упряма для этого. И тебе так же её не подчинить, не надейся. Уж я-то постарался чтобы это было так.

Император удивлённо посмотрел на князя, но, кажется, понял о чём он говорил. Всё было вовсе не случайным. И вторжение именно в Нирмарт, и резкое обрушение оболочки, и даже его встреча с Вероникой. Всё было подстроено.

— После открытия портала в свой мир, он хотел обратить её? Хотел сделать из неё своего генерала? Поэтому она была в том подвале?

— Обратить? Да. Но она бы не стала его генералом.

— Она же маг света.

— Она проводник. Они вообще не думали, что она может управлять магией.

— Тогда что Тёмному было от неё нужно? Она должна была пройти обряд соединения потоков? С другим генералом?

— Она должна была пройти обряд не с генералом. С самим Владыкой.

— Как? — изумился Император. — У него же нет тела.

Князь поднял голову, и посмотрев Императору прямо в глаза, ответил:

— Есть. Всё шло по его плану.

Глава 29. Торх. Выкуп

— Ты в этом уверен?

Торх поднялся с кресла и посмотрел на светловолосого парня сверху вниз. Горос был сыном герцога Миналин. Его герцогство находилось на другом континенте и Торх даже не особо помнил, где именно. Ни то Миналин принадлежали горы Винталиин, не то побережье неподалёку. Всех мелких герцогов не упомнишь, а уж их отпрысков и подавно. Если бы парень не был одним из опекаемых Чашианом, то Торх его бы и на порог не пустил.

— Да, Ваше Высочество. Я сам видел. У девчонки магический меч чистого белого цвета.

Это вовсе не означало, что племянница Ректора являлась магом света. У Торха магический меч тоже был практически белым, но оружие магов света так выделялось не из-за цвета. А из-за сияния.

— Да и мастер Молвас это подтвердил, — продолжил Горос. — Он сам сказал, что Тара маг света. Она отрицать не стала. Я её много раз видел на арене, она крылья призвать пыталась. Так вот…

Торх не стал дальше слушать парня. Чутьё подсказывало ему, что племянница Ректора именно тот маг света, о котором говорил Тёмный. Его это ничуть не удивляло.

В роду герцога Целеардинского не было магов света — все это знали, но вот его двоюродный брат был тёмной личностью. После изгнания в Марикот он отдалился от придворной жизни. И даже не появлялся среди дворянства Марикота.

Тара Целеардин была официально объявлена свету несколько дней назад несмотря на то, что прибыла в Столицу в начале лета. Герцог оправдывал это тем, что он не успел представить свою племянницу Императору до бури, а значит не может вывозить её на официальные приёмы.

Но приём у герцога Абела не был официальным. На него были приглашены даже крупные торговцы Столицы. Торх и вовсе не хотел принимать приглашение, но теперь думалось, что ему всё же стоило познакомиться с этой племянницей на этом приёме.

Торха сильно беспокоило ещё и то, что Одиан Чашиан был найден мёртвым в собственном доме. Отравлен неизвестным ядом. Стража его ничего не видела и даже не сразу заметила, что их хозяин уже несколько часов валялся на полу собственной гостиной без единого признака жизни.

У Одиана было полно врагов. Кто угодно мог желать его смерти. Но и тут вмешивалось чутьё Торха. Его смерть была нечто большим, чем местью врагов старого торговца. Кто-то знал, кем являлся Одиан на самом деле. И вполне возможно, этим кто-то был Верховный маг. Он вполне мог подослать своего прихвостня Астарха ликвидировать угрозу. И наверняка командир разведки Императора выпытал бы всё что знает Одиан прежде, чем отравить его ядом, не оставляющим следов.

Верховный