Не верь - А. Шантарский

Зоркий глаз часового за пятнадцать минут до смены выхватил дальние огни автомобильных фар. Фары потухли, и машины приближались при габаритных огнях. Они остановились в ста метрах от складов, и Гущин разглядел силуэты двух тентованных не то «Газелей», не то УАЗов. «Начинается», — подумал он. Вскоре с обратной стороны заметил приближающуюся смену. Троица шла в колонну по одному.

— Стой! Кто идет? — крикнул по уставу часовой и снял автомат Калашникова с предохранителя.

— Разводящий — сержант Серебрянников.

— А кто с тобой?

— Ты никак спятил, Аркашка? — Но тем не менее ответил: — Командир и твоя смена.

— В ста метрах какие-то машины, — указал парень коротким взмахом руки.

— Кончай дурить, Гущин, — вмешался Ильин и просигналил в сторону грузовиков фонарем. Взревели моторы, вспыхнули фары, и они двинулись по направлению к посту. Собственно, то, к чему и стремился Аркадий. Он спровоцировал ситуацию и теперь имел право действовать по уставу. Командир уже извлек из кармана печать, которой намеревался опечатать двери складов после хищения. Представители мафиозных структур уже подъехали, вся операция не должна была занять более пятнадцати минут. Из третьей машины — легковой, которой не было видно из-за «Газелей», высыпали люди, в их числе Ерофеев и Ненашев. Оба за руку поздоровались с Ильиным.

— Всем стоять и не двигаться, стреляю без предупреждения, — даже нельзя сказать, что удивил их Гущин. Просто поставил всех перед выбором: сдаваться или открывать по часовому огонь.

— Аркадий!.. — Но крик командира части заглушила автоматная очередь. Парень выстрелил вверх, чтобы остановить приближающихся к нему людей Гонтаря. Обратной дороги уже не было. Один из пистолетных выстрелов угодил часовому в ногу. Он упал, но пополз к столбу. Ибрагимов почти настиг его. Парень направил ствол в его сторону и выстрелил на поражение. Рама неестественно вскинул руки и клюнул носом в снег. Прикладом Гущин разбил стекло, но подняться и нажать сигнал тревоги ему не давал интенсивный огонь. Преступники оказались хорошо оснащены оружием, кроме пистолетов, имелись и короткоствольные, без прикладов автоматы. Такие применялись в Афганистане. Аркадий залег и отстреливался, но понимал, что силы неравны и долго не продержаться. Его убьют, а командир напишет рапорт о нападении на пост. Аналогичные рапорты подадут Серебрянников и Антонов. Оружие так или иначе похитят, следствие пустят по ложному следу, вспомнят о каких-нибудь несуществующих террористах. Последнее хищение покроет предыдущие. Стоит ли за это отдавать жизнь? И все-таки парень пришел к выводу, что стоит. А дальнейшее развитие событий показало, что совсем и не обязательно ее отдавать…

Начальник караула читал книги, когда на пост ворвалась девушка и объявила:

— Господин капитан, нападение на восьмой пост.

— Как вы сюда попали? — вскинул на нее взгляд офицер. Сзади стоял солдат с автоматом и виновато пожимал плечами.

— Она буквально смела меня, не стрелять же в девушку.

— Ты что-нибудь слышал?

— Какие-то щелчки, но не придал значения.

— Девушка под твой охраной, — поспешно водрузил капитан шапку на голову.

— Но за что? — округлила глаза Карпова.

— За возможное ложное сообщение. Потом разберемся. — И офицер громко гаркнул: — Караул, в ружье!

Помещение заполнил стук солдатских сапог, защелкали автоматные рожки и затворы. Не прошло и минуты, как все устремились к восьмому посту под командованием начальника караула. Теперь уже никто не сомневался, что на пост совершено нападение. Раздавались сигналы тревоги и в подразделениях, зазвонили телефоны в дежурках — свою работу вел помощник начальника караула старшина Кизяев, который остался в помещении вместе с Олей и ее охранником.

Из-за возникшей перестрелки никто не заметил приближающуюся на бешеной скорости «девятку». Машина подмяла под колеса парочку боевиков, погасила скорость и врезалась в одну из «Газелей». Из салона выскочили двое и открыли огонь на поражение. Неожиданное подкрепление часовому вызвало сумятицу в рядах преступников. Суматохой и воспользовался спортсмен. Он ухватился за автомат одного из боевиков и подсек его ноги.

— Держи! — кинул он оружие Сушнякову. Тот сунул пистолет с уже пустым магазином в карман и открыл огонь короткими очередями. У одного из тяжело раненых Шумилин подхватил второй короткоствольный автомат. Противники сместились правее и начали отвечать. Виталику же и Петру Валерьевичу удалось переползти к Гущину.

— Ты ранен? — поинтересовался у друга борец.

— Пустяки. — Невзирая на опасность для жизни, Аркадий наградил подкрепление широкой и лучезарной улыбкой. Худо-бедно, а три автомата — это уже серьезное препятствие. Автоматные же очереди караула вообще повергли нападавших в бегство. Но путь к отступлению им перекрыли.

Гонтарь, Кадык и Ильин влезли в салон легковушки. Колеса прокрутились на месте, и автомобиль набрал скорость.

Одну «Газель» подоспевшее подкрепление вывело из строя, второй еще никто не воспользовался. Но Шумилин решил заполнить данный пробел. Он ловко соединил нужные провода, натужно взревел мотор, загорелись габариты и фары.

Ненашев управлял скоростной машиной и на трассе наверняка без усилий оторвался бы от преследования, но в поле «Газель» не уступала, а даже превосходила иномарку. Преступники выбили заднее стекло в иномарке и открыли огонь. Треснуло лобовое стекло, потухла одна, затем вторая фара, но Виталик продолжал вести мини-грузовик, ориентируясь по габаритам легковушки. Он поравнялся с ними около оврага. Одна рука крепко держала руль, второй он вытянул автомат и дал очередь. Голова Ненашева резко откинулась назад. Ерофеев дотянулся сзади до руля, но поздно, иномарка уже пошла под откос. Перевернувшись шесть раз, она застыла колесами вверх. Снежная пыль медленно оседала. Покинуть салон потерпевшие аварию попытались через заднее окно, где вместо стекла зияла дыра. Но бдительный спортсмен уже встречал их. Ильина он уложил лицом вниз, отнял оружие и сдернул с плеч шинель, ограничивая движение рукам. Предупредив, чтобы тот не вздумал шевелиться, помог выбраться Ерофееву. Тот повредил позвоночник и опасности уже не представлял.

Управлял «Газелью», теперь уже можно смело утверждать, бывший командир воинской части. Рядом с ним стонал Николай, а с противоположной от водителя стороны за ними зорко следил Шумилин, крепко сжимая автомат. К их возвращению бой на посту закончился. Подобрали раненых и согнали в круг арестованных. Убитых не трогали, ими позже должна была заняться соответствующая служба.

— Ты хороший парень, — сказал Сушняков, — я не отказался бы иметь такого сына. Но следствие по убийству сержанта Строгова не закончено, и я обязан тебя арестовать.

— Что ж, закон есть закон. У меня, кстати, имеются магнитофонные записи, подтверждающие мою невиновность.

— Серебрянников, Антонов и Ильин задержаны, теперь легче вести следствие. Убийца известен и, поверь мне, дело не настолько сложное. Через недельку с тебя снимут обвинение.

— Спасибо, майор. — Они и не заметили, когда перешли на «ты», да это и не столь важно. После проверки друг друга на прочность и надежность в душах мужчин зародились взаимные симпатии и уважение. — А где Гущин?

— Его унесли в медсанчасть сослуживцы.

— Ты позволишь перед отъездом с ним увидеться?

— Разумеется. Вот что хочу сказать: не собираюсь надевать на тебя наручники и сопровождать под конвоем. Мы вместе переночуем в гостинице, завершим завтра дела, навестим твоего друга и поедем на поезде. Не исключаю и дружескую пьянку. Но очень надеюсь на твое благоразумие.

— А что тебе будет, если сбегу? — насторожил парень Петра Валерьевича.

— По головке не погладят.

— Расслабься, я пошутил.

Шумилин громко засмеялся, и они обнялись.

Слон и Левчик встретили девушек не в самой лучшей форме. От гулянки в спортзале они отказались, предпочли более комфортабельные условия.

— Вы что, упражнялись в рукопашной схватке? — с улыбкой поинтересовалась Вера.

— Упражнялись, — искривил губы Вадим, — только нас использовали в роли груши.

— Мы вас, мальчики, вылечим, — пообещала Зоя.

— Бедняжки, — пожалела их Силантьева и прижалась к мощной груди Слона. Тот прикусил нижнюю губу, сдерживая стон.

Пили парни много, заглушая боль и обиду. Танцевали только девушки, а те лишь наблюдали со стороны. Но спиртное и приятное общество постепенно расслабляли. Ребра у Слона уже не так ныли, он даже подкинул на руках Веру. Та задорно хихикала и строила глазки. Левчик прямо за столом исследовал интимные места Уралбаевой.

— А где Гонтарь прячет Смуглову? — как бы между прочим спросила девушка. Вадим смерил ее подозрительным взглядом.