Магнат - Элейн Ричардс

— Отлично. Мы с вами свяжемся.

Сэнди повесила трубку и откинулась в кресле. Ее голова работала с огромной скоростью. Конечно, Аарон знает, что у нее на уме. Лорейн сказала Сэнди, что он нанял Дайсона. Но почему он хочет поговорить с ней? Сэнди нервничала и была скорее рассеянна, нежели испугана. В конце концов это просто телефонный звонок; она могла бы ожидать, что к ней подойдут два головореза в ковбойских шляпах и скажут: «Миссис Меррит, садитесь-ка вон в тот лимузин». Вместо этого ей позвонила вежливая девушка с голосом агента, резервирующего билеты на самолет, и договорилась о встрече.

Сэнди положила книгу на колени и глубоко вздохнула. Аарон наверняка знает, что у нее нет достаточных доказательств, чтобы поднять шум. Ее заперли бы в сумасшедшем доме, заяви она о том, что ей известно. Ей были нужны точные, логические доказательства того, что существуют военные лагеря, которыми управляют Хейги. И что Гейба убили. Что убили Люка Эвери и Сью Риган, что Петти Ройтер намеренно покалечили. Что Хейги дают Катару деньги для закупок русского оружия. Сэнди нужно было расшифровать записку Люка Эвери. Знал ли Аарон об этом? Может быть, он хочет допросить ее? Пытать, чтобы добраться до источников ее информации? «Спокойно, девочка», — подумала она.

Она застала Джеффа в штаб-квартире его предвыборной кампании, и он прервал совещание с Френком Ди Майо, чтобы выслушать ее. Пока она говорила, он кивал, и его глаза ничего не выражали.

— Ради Бога, почему ты думаешь, что он не собирается попросту приказать пристрелить тебя? — сказал он.

— У себя на ранчо?

— Мы не сможем тебя защитить, — сказал Джефф. — Им легко будет избавиться от твоего тела.

— Но ты будешь обо всем знать.

— Великолепно! Сэнди, я считаю, что здесь дело нечисто. Позвони им и откажись.

— Нет. — Она слышала, как бьется ее сердце. — Инстинкт подсказывает мне, что надо ехать. Я не думаю, что он причинит мне вред на ранчо. Это уж слишком.

Джефф коснулся ее плеча:

— Ты стала для него очень опасна. Так же, как и я. Они не остановятся ни перед чем.

Она посмотрела ему в глаза:

— Джефф, я хотела стать настоящим репортером. Первоклассный репортер стремится взять эксклюзивное интервью. Теперь я настоящий репортер, Джефф, я уже сделала себе рекламу. Я должна поехать. Я безумно боюсь, разумеется, но, черт возьми, я должна поехать.

Он сокрушенно взглянул на нее:

— Конечно, ты должна. И если ты не вернешься, ему не жить!

Она посмотрела на него с любовью:

— Я буду скучать без тебя.

— Ради Бога, мы же в офисе. Береги себя и позвони мне.

Его взгляд не отвечал спокойному тону его голоса. Он натянуто улыбнулся и отпустил ее.

Самолет вылетал в пятнадцать минут второго из Восточного аэропорта. Андреа упомянула, что обратный рейс будет в одиннадцать утра в воскресенье, и Сэнди предусмотрительно спросила, в какой гостинице она остановится. Андреа назвала одну гостиницу в Пэррише, по счастью, не ту, в которой Сэнди получила известие о смерти Гейба.

Сэнди собрала маленькую дорожную сумку. Поскольку она ехала прямо на ранчо, то оделась к обеду уже в Нью-Йорке в черное платье с узким глубоким вырезом. Ее волосы отросли с тех пор, как она ушла с телевидения, и она зачесала их за уши, так что они изящно ниспадали на плечи. Она на секунду задержалась у зеркала и вышла.

Сэнди доехала до аэропорта на такси. Как только она обратилась к девушке у стойки регистрации, то сразу же почувствовала руку Аарона Хейга. Ее рейс был подтвержден, билет ждал ее. Носильщик вежливо взял ее сумку, и она могла быть уверена, что сумка окажется точно над ее сиденьем в самолете. Ей предложили подождать в зале ожидания для официальных лиц.

Во время полета ничего не произошло, но только Богу известно, что творилось в голове и душе Сэнди. Она взяла бокал белого вина и наблюдала, как под ней торжественно проплывала коричнево-зеленая карта Соединенных Штатов, иногда скрываемая наплывающими облаками. Она отказалась от еды, поскольку перед отлетом съела немного йогурта и бутерброд. Глядя в маленький иллюминатор, она ушла в свои мысли, стараясь уяснить себе свое изменившееся положение и ужас невероятного развития событий, в которые она оказалась втянутой. Она ведь думала только закрепиться в программе теленовостей, неплохо выглядеть и стать хорошей ведущей, выступая на злободневные темы. Ей вовсе не хотелось оказаться в гуще событий, судьбоносных для истории США, она совсем не стремилась к этому.

«Не лги», — сказала она себе.

Страх действительно сковал ее, когда она сошла с самолета и ее встретил высокий, ничем не примечательный мужчина в костюме и ковбойской шляпе. Она не могла вспомнить, не тот ли самый человек провожал ее до машины Рубена Хейга, когда она впервые приехала в Пэрриш; казалось, этот был ниже ростом. Он взял ее сумку и провел через здание аэропорта к автомобильной стоянке. На этот раз ее ждал «мерседес» сизого цвета, а не белый «кадиллак» Рубена.

Они проезжали пригород Пэрриша, и Сэнди так убедительно испытывала ощущение «дежа вю», что она задумалась, не было ли и это спланировано Аароном. Она сидела на заднем сиденье «мерседеса», в приятном салоне с кондиционером, с полными бессильных слез глазами. Она вновь переживала ту, первую поездку, объезд ранчо, звонок от Ирва, ожидание в гостиничном номере и роковое известие…

Это было уже слишком. Она повернулась к окну и постаралась целиком раствориться в пейзаже, простиравшемся до горизонта. Ей так тогда хотелось поговорить с Гейбом.

Когда «мерседес» остановился у ворот ранчо Хейгов, Сэнди взяла себя в руки. Ее распирала злость от переполнявшего ее горя. Она глубоко дышала. Нет, она ничем не покажет, что воспоминания расслабили ее.

При виде таинственной и прекрасной симфонии из цветных стен, фонтанов и открытых пространств на этот раз в сгущающихся сумерках Сэнди вспомнила то ощущение благоговения, которое она испытала, увидев ранчо впервые. Она восхищалась мужественной статью коней, силуэты которых виднелись на фоне яркого неба. Это был поистине королевский размах и величие, одиноко возвышающееся над окружающим миром.