Боевые действия подводных лодок США во второй мировой войне - Теодор Роско

Поиски третьего летчика в районе «Пикок-Пойнт» были прерваны нападением японского пикирующего бомбардировщика, который сбросил бомбы. Лодка погрузилась. Взрывы бомб причинили лодке некоторые повреждения: был разбит прожектор и повреждена носовая балластная цистерна. Повреждения быстро устранили, и «Скэйт» вновь всплыла на поверхность.

Между тем состояние раненого Мэксона ухудшилось. Одному из миноносцев приказано было снять его с лодки. Если бы встреча не состоялась, то лодка должна была по окончании своего специального задания полным ходом направиться к Мидуэю.

Воздушный налет закончился к полудню 7 октября. Не имея возможности осуществить встречу с эскадренными миноносцами, лодка взяла курс на Мидуэй.

В это время от адмирала Монтгомери пришло сообщение о том, что в море в районе острова Уэйк на спасательных плотах находятся девять летчиков. Решение вопроса было предоставлено командующему подводными силами Тихоокеанского флота, который должен был взвесить шансы на спасение жизни Мэксона и шансы на спасение находившихся в открытом море девяти летчиков. Решение было принято. «Скэйт» получила приказание вернуться к острову Уэйк и искать летчиков до тех пор, пока не будет потеряна всякая надежда на их спасение.

Утром 8 октября Мэксон умер от ран. 9 октября в районе Уэйка «Скэйт» подобрала еще одного летчика, а на следующий день еще троих. Таким образом, общее число спасенных увеличилось до шести.

С тех пор и до самого дня победы ни одна важная операция авианосцев не проводилась без того, чтобы подводные лодки не находились непосредственно в районе боя в целях спасения летчиков.

Планируя операцию по захвату островов Гилберта, контр-адмирал Тернер, командовавший десантными частями, попросил, чтобы подводные лодки произвели фоторазведку Макина, Таравы и Апамамы. Адмирал Нимиц дал согласие, и для выполнения этого задания выделили подводную лодку «Наутилус».

Фотографирование через перископ было предметом обсуждения еще перед войной, но с тех пор немногое удалось осуществить в области проектирования соответствующих фотоаппаратов. Экспериментальных работ по фоторазведке производилось очень мало.

Для того чтобы фотоснимки могли служить сколько-нибудь ценным материалом для разведки, они должны быть точными и содержать мельчайшие подробности. Изображение, полученное при снимке на расстоянии нескольких тысяч метров, должно быть достаточно отчетливым, чтобы определить наличие или отсутствие пулеметных гнезд, артиллерии или других оборонительных сооружений на плацдарме, избранном для высадки десанта, независимо от того, замаскированы они или нет. Специалисты-разведчики умеют различать маскировку, и чем четче изображение на фото, тем легче выполнить эту задачу. Однако до войны фотографированию через перископ особого внимания не уделялось. Техника фоторазведки развилась лишь во время войны. 'Большой вклад в это дело внесла «Наутилус» — первая подводная лодка, производившая фоторазведку с помощью уже известных приемов фотографирования.

Назначив для выполнения задания эту лодку, адмирал Локвуд произвел удачный выбор. Ее командир капитан 3 ранга Ирвин исключительно тщательно и умело выполнял любое порученное ему задание. К тому же помощник командира капитан-лейтенант Линч являлся опытным фотографом-любителем.

На базе подводных лодок в Пирл-Харборе были изготовлены специальные кронштейны для установки фотоаппарата на перископе. На борт «Наутилуса» доставили необходимые фотоматериалы и специалиста-фотографа. Для выполнения последующих заданий, связанных с фоторазведкой, на каждую подводную лодку зачисляли по два специалиста-фотографа. В качестве фотолаборатории для обработки пленок приспособили рубку гидроакустика. Проявлять пленку необходимо было тут же на борту лодки, чтобы в случае неудачи сделать повторные снимки.

16 сентября 1943 года оборудованная надлежащим образом подводная лодка «Наутилус» направилась для фотосъемки побережья в намеченный район высадки десанта.

Кроме стандартного фотоаппарата, на лодке были также и фотоаппараты, сконструированные специально для перископной фотосъемки.

Фотографирование через перископ имеет много особенностей. Когда перископ поднят, вибрация лодки и сопротивление воды вызывают вибрацию перископа. Первое время вследствие этого снимки получались расплывчатыми. Так продолжалось до тех пор, пока не стали применять скоростные затворы.

Однако большие потери (до 65 %) света в оптической системе перископа вызывали необходимость применения затворов с большой экспозицией. Это ставило под угрозу выполнение задания.

К счастью, у помощника командира оказался собственный фотоаппарат «Примарфлекс». Этот аппарат имел однолинзовый рефлекторный видоискатель и затвор объектива фокальной плоскости, что и требовалось для предстоящей работы (затвор фокальной плоскости действует лучше, чем междулинзовый). Таким образом, задача подыскания подходящего фотоаппарата была разрешена. По существу, «Примарфлекс» разрешил проблему перископной фотосъемки для подводного флота США в целом. Все последующие задания, связанные с фоторазведкой, выполнялись при помощи фотоаппаратов этого типа.

Большое затруднение было вызвано тем, что фотоаппарат был немецкого производства. Поскольку закупить в Германии партию новых фотоаппаратов во время войны было невозможно, главное управление воздушных сил ВМФ (разрешавшее все вопросы, связанные с фоторазведкой на флоте) в различных фотожурналах поместило объявление о покупке фотоаппаратов. Этим необычным путем удалось приобрести у частных лиц десять подержанных фотоаппаратов «Примарфлекс» и передать их на подводные лодки, выполнявшие задания по фоторазведке. Таким образом, фотоаппарат, сделанный в Германии, содействовал разгрому Японии.

Тактическая задача, поставленная «Наутилусу», была настолько же сложной, как и сама фотосъемка. Рифы вокруг атоллов не позволяли производить съемку на близкой дистанции, а опасность обнаружения лодки постами наблюдения противника заставляла ограничивать подъем перископа примерно до 2 м. Существовал также некоторый риск встретить минные заграждения вдоль побережья. Правда, такие же опасности ожидают любую подводную лодку, выполняющую разведывательное задание в районе базы противника.

Ход выполнения первого задания по фоторазведке послужил образцом для последующих съемок. При каждом подъеме перископа снимали 12 кадров. Поскольку при наибольшем увеличении перископа поле зрения составляет 8°г после съемки каждого кадра перископ поворачивали на 4°, чтобы получить перекрытие на 3–4°.

Перед съемкой очередного фильма позиция лодки тщательно определялась по береговым ориентирам и наносилась на карту, где проставлялся номер пленки, снятой с этой позиции. Прочерчивались также направления для того, чтобы обозначить сфотографированный сектор побережья. Для съемки каждой последующей пленки подводная лодка перемещалась вдоль берега на небольшое расстояние, а затем повторялась та же процедура. Перекрытие смежных пленок приблизительно на 50 % гарантировало от пропусков отдельных участков.

После обработки пленки отдельные фотоснимки монтировались, и таким образом получалась полная фотопанорама береговой линии.

Работа, выполненная подводной лодкой «Наутилус» в районе островов Гилберта, решила не только технические вопросы фотосъемки, но и доказала ценность этого вида разведки.

С тех пор всем последующим десантным операциям в Тихом океане предшествовала фоторазведка, проводимая подводными лодками по методам, выработанным Ирвином и его командой.

Организация разведывательных заданий осуществлялась установленным порядком. Командующий десантными частями давал заявку командующему Тихоокеанским флотом на проведение разведки подводными лодками. Заявка рассматривалась. Если считали, что сведения, которые могут быть добыты, компенсируют ослабление патрульной службы подводных лодок, то отдавалось распоряжение командующему подводными силами выслать лодку в разведку. Затем разведывательный центр составлял справку для данного района, куда входили сведения о навигационном обеспечении, о приливах и отливах, об основных береговых ориентирах и т. д., и уточнял район, подлежащий фотосъемке. В некоторых случаях разведывательный центр в помощь подводным лодкам готовил специальные карты этих районов. Связь с разведывательным центром избавляла подводные лодки от излишней работы по сбору сведений, уже добытых ранее или не имеющих большого значения.

Наконец, лодка брала на борт фотографов и фотооборудование и уходила в море.

Успех фоторазведки, производимой подводной лодкой, в большой степени зависел от географических контуров побережья противника. Острова, окруженные отдельными рифами или окаймленные длинными отмелями, затрудняют производство перископной съемки; подводные лодки не могут подойти к берегу на достаточно близкое расстояние, позволяющее получить снимки, имеющие нужные детали. Там, где прибрежные воды были глубокими (например, у острова Иводзима), снимки получались хорошие и были весьма ценными для разведки. Хорошие снимки через перископ давала съемка на расстоянии менее одной мили, а отличного качества — примерно с 400 м. Если учесть, что перископная глубина подводной лодки составляет минимум 15 м, а по соображениям безопасности глубина под килем лодки должна быть не менее 7 м, тогда станет ясно, что мелководье вблизи многих островов противника вынуждало подводные лодки держаться в 3–4 милях от берега. В таких случаях снимки получались малоценными, хотя на них и была видна общая конфигурация береговой линии.