Храм Азраера - Екатерина Бальсина

Отъехав от места схватки на приличное расстояние, мы устроили новый привал. Я в компании Морока и Азраера обошла территорию и убедилась, что поблизости нет ни кладбищ, ни каких-то других подобных достопримечательностей. Только после этого люди успокоились и устроились отдыхать. Ночка выдалась тяжелой, и вскоре, несмотря на все случившееся, отряд погрузился в мирный сон.

Однако мне не спалось. Охваченная нехорошими предчувствиями, расстроенная гибелью товарищей, многих из которых я успела за это время узнать довольно хорошо, я сидела поодаль и крутила в руке небольшое блеклое заклинание. Бледная молния проворной змейкой скользила между моими пальцами, обвивалась вокруг ладони и невысоко подскакивала в воздух, причудливо извиваясь. Меня это успокаивало.

Ко мне подсел Морок.

— Кер, не терзай себя. В том, что случилось, нет твоей вины.

— Разве? — горько усмехнулась я. — Они все шли за мной, шли, не ожидая на своем пути засад или ловушек. А нашли здесь смерть. Вот именно поэтому я не хотела, чтобы все они — и жрецы, и снежные воины — отправлялись со мной. Это очень больно — терять тех, кого считаешь друзьями.

Морок обнял меня за плечи.

— В любом бою не обходится без потерь.

— Ты не понимаешь! — сорвалась я на крик. — Не должно было быть никакого боя! Мы все должны были тихо и мирно доехать до столицы, без каких-либо приключений. Это я во всем виновата! Я приношу окружающим одни лишь несчастья и неприятности…

Горло стиснул спазм, и я замолчала. Морок тяжело вздохнул.

— Это не так, Кер. Просто мы все оказались не готовы к тому, что случилось.

Я молча шмыгнула носом. Мы и не могли быть готовы к такому. Хотя бы по той причине, что никто и понятия не имел, что может произойти.

К нам приблизился Азраер, обменялся с Мороком понимающим взглядом и категорично заявил:

— Вместо того, чтобы рыдать над своей судьбой, лучше бы подумала, где искать этого негодяя, натравившего на нас кладбище. Так от тебя хоть какая-то польза будет.

Рука Морока чуть дрогнула на моем плече.

— Иди-ка погуляй, парень, — заметив его движение, распорядился дух. — Мы тут немного побеседуем.

— Предпочитаю остаться, — холодно отрезал вор.

— Как знаешь, — маг пожал плечами и снова переключился на меня. — Нечего раскисать! Какой пример ты подаешь своим людям? Думаешь, им сейчас легко переживать все случившееся? Но они по-прежнему идут за тобой, они верят в тебя. И что они видят? Что их предводительница пала духом после первой же встречи с врагом? Что она уже готова поджать хвост и бежать прятаться в свою нору? И ради этого погибли твои люди, там, на той злосчастной поляне? Ради этого?

Я смотрела в землю, и щеки у меня горели, как от парочки пощечин.

— Ты сейчас должна думать не только и не столько о себе, сколько в первую очередь о них. Поэтому взяла себя в руки, и завтра чтобы была твердой как кремень! Иначе… иначе…, - Азраер замолчал, подбирая слова, и наконец найдя то, что нужно, выпалил: — Прокляну! Трижды!

Я судорожно вздохнула.

— Знаешь, иногда я тебя просто ненавижу.

— Знаешь, — не остался в долгу маг, — до сих пор удивляюсь сам себе, зачем я с тобой так вожусь? Глупая, испорченная, избалованная девчонка, неспособная самостоятельно принять решение.

— Я способна, — огрызнулась я.

— Так докажи это, дорогуша. Будь сильной ради них, и они станут сильными ради тебя.

И маг улетел обследовать периметр лагеря. Морок проводил его недобрым взглядом и открыл было рот…

— Не надо, — остановила я его. — Азраер прав. Мне нельзя раскисать. Я обязана быть сильной. Слишком многое сейчас зависит от меня.

Вор чуть заметно улыбнулся.

— Вообще-то я хотел сказать, что пора спать. Ты же не хочешь весь день храпеть верхом на Сае на потеху всем присутствующим?

— Я не храплю, — шутливо обиделась я.

Морок молча подхватил меня на руки и понес в сторону разложенных одеял. Я прижималась к его сильному телу и думала: как хорошо, что он со мной. Может быть, его тоже терзают сомнения и неуверенность, но он никогда не показывает своей слабости. Возле меня он всегда сильный, уверенный в себе, в любой момент готовый к бою.

Морок положил меня в груду одеял и лег рядом, крепко обняв меня. Я извернулась так, чтобы положить голову вору на плечо и тихо прошептала:

— Спасибо тебе за все.

Руки Морока сжались вокруг моей талии чуть сильнее.

Так мы с ним и уснули в обнимку.

Утром выяснилось, что у нас протухла вся имеющаяся с собой вода. Азраер с умным видом заявил, что это результат воздействия темной магии. Так ли это было или просто она сама испортилась под жарким солнцем Андерона, но нам пришлось сделать крюк и заехать в ближайшее селение, чтобы пополнить запасы воды. А заодно купить мне новые штаны, ведь не могу же я показаться на глаза королю в обносках? То есть я-то, конечно же, могу, но вот урон репутации его величества будет нанесен колоссальный.

Оставив основной отряд отдыхать неподалеку, мы небольшой группой въехали на улицы селения. Пустынные улицы наводили на нехорошие размышления, что село покинуто, но вскоре мы услышали невдалеке вопли и крики и поспешили туда.

На самой большой площади села собрались все его жители. Явно шел какой-то спор, потому что к тому моменту, как мы выехали на площадь, толпа разделилась на две кучки и приготовилась решать все недоразумения при помощи грубой силы.

— Разорви вас демоны, — буркнула я себе под нос. Надо было срочно вмешаться, а я тут в рванине. Пойди докажи им, что я действительно королевская ведьма, а не какая-нибудь аферистка, выдающая себя за нее. Пришлось наколдовать иллюзию целых штанов.

— Эй, люди, — громко крикнула я. — Что у вас здесь происходит?

— А ты сама кто будешь? — с любопытством спросил какой-то сухонький старичок.

— Я — придворная ведьма его величества, леди Кериона, — назвалась я. — Что у вас случилось?

— Ведьма, значит, — глубокомысленно сообщил дедок окружающим и снова повернулся ко мне. — Так это, госпожа ведьма, кладбище у нас тут осквернили неподалеку.

Я прикинула по расстоянию. Конечно, неподалеку — это громко сказано, но за полдня добежать можно.

— С чего вы это взяли? — уточнила я.

— Дык вон всю ночь, почитай, над ним полыхало и молнии в землю били. Да и ветер запашок доносит, — бодро отрапортовал дед, уставившись на меня хитрыми глазенками.

Я осторожно принюхалась. Действительно, запашок…

— А кладбище то еще со времен войны с Гренодосом, будь оне неладны, осталось. Много тогда и воинов, и простых людей здесь полегло. Тогда ж, госпожа ведьма, никого не щадили, вырезали всех, кого поймають, так что народу на том кладбище ой как много похоронено.