Путь тени - Брент Уикс

— Стало быть, ты связываешься с другими магами и передаешь им сведения обо мне.

— Я связываюсь только лишь… только с друзьями, милорд.

Слова Солона прозвучали неубедительно, он прекрасно это понимал. Однако не мог поверить в то, что все заканчивается подобным образом. С Регнусом его связывали десять лет дружбы.

— Верные вассалы не шпионят за своими лордами, — произнес герцог Джайр. — Сегодня ты спас мне жизнь, Солон, но долгие годы меня предавал. Как ты мог?

— Я не…

— Благодаря тебе я жив, оставлю в живых и тебя. Уходи. Возьми другую лошадь и исчезни с моих глаз. Если еще раз попадешься мне на пути, я тебя убью.

Дориан велел Солону оставаться с лордом Джайром. Сказал, что от этого зависит его судьба и судьба целого королевства. «Произнесешь слово — или промолчишь, — и король умрет». Но Дориан не упомянул, как долго Солон должен служить лорду Джайру. Поклонившись другу и взяв поводья у растерянного воина, Солон отвернулся от герцога.

«Спас ли я сегодня Сенарию или обрек на гибель?» — подумал он.

38

День выдался безумный. Сначала Кайлар разыскивал Логана, потом они вместе искали того, кто мог бы достать пригласительный. Затем Кайлар отправился на поиски Дарзо, однако тот исчез, оставив, как всегда, краткую записку: «На деле». Мокрушник никогда не посвящал Кайлара в подробности своих заказов, но в последнее время стал еще более скрытным, как будто желал возвести между ними невидимую стену, чтобы было легче убить ученика, как только настанет время.

Впрочем, окажись Дарзо дома, пришлось бы рассказывать ему о неудачном разговоре с Эленой и о том, что теперь охрана вокруг дома Джадвинов, возможно, усилится, так что Кайлар не очень-то расстроился. О том, что он тоже приедет на праздник, теперь знал Логан, так что предстояло отправляться туда без маскировки. Если Элена увидит Кайлара, она непременно скажет хозяйке.

Чтобы не столкнуться с Эленой на улице, Кайлар отправился на вечер в экипаже, хоть это и выглядело несколько странно: молодые сенарийские аристократы обычно ездили верхом. Коляска остановилась возле самых ворот. Кайлар протянул Бирту приглашение. Стражник, естественно, его не узнал. Изучив пригласительный, он жестом позволил Кайлару войти. Стражу на входе не поменяли, что обнадеживало. Стало быть, охраны Джадвинам недоставало, и во время празднества безопасность должны были обеспечивать люди, работавшие с самого утра. Элене хозяева, возможно, не поверили. Мыслимо ли это? Девушка-прислужница толкует о планах мокрушников?

Кайлар опустил ногу из экипажа на дорогу и застыл на месте. Прямо перед его коляской стояла еще одна, из нее выходил худой, как хворостина, человек. Хью Висельник. Одет он был, подобно лорду, в шоколадную выделанную кожу и шелк, причесанные светлые волосы поблескивали, а на губах играла улыбка человека, презирающего всех вокруг. Кайлар спрятался в густой тени экипажа. Значит, шпионы Мамочки К. не ошиблись. Чтобы извозчик ничего не заподозрил и не привлек к Кайлару чьего-либо внимания, он досчитал до десяти и тоже вышел. Хью Висельник уже терялся в толпе гостей. Кайлар проследовал за ним, а у громадных дверей из белого дуба повторно предъявил пригласительный.

— Ну так что? — спросил принц Алейн. — Старый пень дал согласие?

Логан посмотрел на друга поверх стола, ломившегося от изысканных яств, которыми Джадвины стремились удивить гостей.

Стол тянулся вдоль одной из стен огромной парадной залы, отделанной белым мрамором и белым дубом. На белом фоне пышным букетом сияло многоцветие нарядов. Праздник почтили своим присутствием некоторые гекатонархи, служители сотни богов, в одеяниях, переливающихся мириадами красок. Менестрели в пестрых нарядах и с размалеванными лицами состязались за внимание знатных дам и кавалеров. На предыдущий грандиозный прием Тэра Грэзин явилась в броско-красном платье с неприлично глубоким вырезом и довольно короткой юбкой. В очереди претендентов на трон Тара стояла восьмой по счету; перед ней шли принц, дочери Гандера, Логан и отец Тэры герцог Грэзин. Она обожала быть в центре всеобщего внимания и умела влиять на публику. Ее дерзкая выходка положила начало новому модному поветрию. На сегодняшний праздник все дамы явились либо в красных платьях, либо с полуобнаженной грудью, либо с неприкрытыми щиколотками, либо в нарядах, сочетавших в себе все перечисленное, так что в большинстве своем походили на девушек Мамочки К. Тэра Грэзин в столь откровенной одежде умудрялась выглядеть роскошно. Многие же другие женщины смотрелись дешево.

— Я разговаривал с графом сегодня ут…

Логан резко замолчал, заметив проплывающую мимо грудь. Не просто грудь, а грудь-сказку. Бюст был идеальный, потрясающей формы. Его наполовину прикрывал счастливец корсаж из легкой материи. На лицо женщины Логан даже не взглянул. Посмотрел только ей вслед, на округлые покачивающиеся бедра и выглядывавшие из-под юбки стройные крепкие лодыжки.

— И? — Принц держал в руке большое блюдо, нагруженное вкусностями. — Что он ответил?

У Логана пылали щеки. Казалось, он не может владеть собой — глаза будто не зависели от разума, и было никак не вспомнить, о чем идет речь. Тарелка Логана до сих пор была пуста. Ни фрикасе, ни блюдо, облитое горящим спиртом, ни холодные закуски не задерживали на себе его внимания.

— О! Мое любимое!

Логан нагрузил тарелку клубникой, взял чашу и наполнил ее шоколадным фондю.

— Держу пари, граф ответил что-то другое. Никак не: «О! Мое любимое!»— проговорил принц Алейн, изгибая бровь. — Если он тебе отказал, так и скажи, чего тут стыдиться? Всем известно, что у него немного не все дома. Все их семейство водит дружбу с простолюдинами.

— Он ответил согласием.

— Ну я же говорю: у него не все дома. — Принц улыбнулся, а Логан засмеялся. — Когда ты намерен сделать предложение?

— Завтра. Как раз в день своего рождения. А там уж никто мне слова поперек не посмеет сказать.

— А Сэра в курсе? — спросил принц.

— Она, конечно, догадывается, что я скоро об этом заговорю, но думает, что сначала я разберусь с домашними делами и предупрежу о женитьбе родителей.

— Замечательно.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Логан.

Они дошли до конца длинного стола. Принц подошел к другу ближе.

— Я хотел бы преподнести тебе подарок. Я прекрасно знаю, что у тебя к Сэре глубокие чувства, и уважаю их, но, Логан, ты же герцогский сын! Завтра станешь одним из самых влиятельных людей в королевстве, ровней остальным герцогам и даже моей семье. Мой отец мечтает, чтобы ты женился на Сэре, мы оба прекрасно понимаем почему. Если она станет твоей женой, тогда два поколения ваших потомков не будут иметь права претендовать на трон.