Шарада любви (СИ) - "Biffiy"

Эля села на своё место. Эрик сел рядом, Под пристальным взглядом всех присутствующих господ за столом. Эля заметила, как Джо внимательно посмотрел сначала на Гари, который сел за стол рядом с Ирен, а потом перевёл взгляд на Эрика. Он хотел, что-то сказать, но передумал. Она поняла, что Джо всё это стало забавлять, и он решил за всем понаблюдать.

Поминальный ужин больше напоминал молчаливую трапезу монахов-отшельников. Слово своё о мистер Эде и то, очень скупое, сказали Гари и мистер Ли.

Когда речь Самюэля закончилась, вдруг Эва Фокс произнесла. — А кто всё-таки убил бедного Эда? — Она посмотрела на Элю и добавила. — Вы это выяснили, мисс?

Эля вздохнула. — Я надеюсь, миссис Фокс, что ваш сын Джо предупредил вас о том, что все тайны семьи Фокс должны быть похоронены внутри семьи? За их разглашение, любой член семьи, а также не её член, будет наказан.

Эва усмехнулась. — Я обещаю. И всё же, кто этот убийца?

Настроение испортилось у всех. Безразличные лица сменились на злые и все смотрели на женщину.

— Зачем ты воду мутишь, Эва? — Спросила Юна. — Мы уверены, что правда будет раскрыта, немного погодя. Сейчас мы поминаем Эда, или тебе не хочется о нём даже вспоминать? Мы и представить себе не могли, какая между вами кипела страсть. — Женщина криво усмехнулась и указала глазами на картину. — Мы лишь недавно узнали, что ты умеешь обращаться с ножами.

Эва посмотрела на картину, висевшую на стене, и усмехнулась. — Это вышло случайно, но я не думала, что Эд её восстановит. А китайскую вазу и старинный светильник венецианского стекла, он тоже восстановил?

— Не ёрничай, Эва. — Сказала Юна. — До некоторого времени, тебе было всё равно, что происходит в замке. Мы встречались с тобой несколько раз, и ты ни разу не спросила, как дела в замке?

— Может быть потому, что я итак всё знала. — Это тебе не приходило на ум, Юна… — Эва усмехнулась и добавила, — …совратительница. Думаешь, я не знаю, как ты потеснила на этом троне свою подругу Марию? Лучше помолчи, а то я заговорю.

Сцена 3.

— Хватит! — вдруг повысил голос Гари. — Мало нам разборок Юны и Марселины, так ещё и вы… — Он укоризненно посмотрел на Эву. — Давайте перенесём всё это на завтра?

— У тебя плохое настроение, Гари? Понимаю. — Эву было не остановить. — Джо сказал мне, что ты симпатизируешь вашей наследнице, а ты сидишь рядом с секретаршей Эда? А она очень много неприятности принесла не только моему сыну, но и вам всем.

— Не верь слухам, Эва. Жизнь так изменчива. Сначала ты отдаёшься в руки любви и думаешь, что лучше нет ничего на свете, и вдруг… Поворот, и ты уже с любовью смотришь на другого человека. И всё почему? — Гари усмехнулся, окинул всех взглядом. На мгновение задержался на Эле, и договорил. — Потому, что власть денег затмевает всё в твоих глазах, даже правду…

— Как же ты прав. — Произнесла Эля, привлекая внимание всех. — Деньги правят миром, но они не властны над душой. Но если в душе ты любишь одного человека, а другому в глаза говоришь о своей любви, душа беднеет и тогда к ней на помощь спешат деньги. С ними она успокаивается и, возможно, живёт даже долго и счастливо… — Она на мгновение замолчала, заметив в глазах Гари растерянность, но потом произнесла. — Я решила помочь заблудшей душе, господа. Час назад я подписала документ — отказ от наследства семьи Фокс.

За столом все одновременно выдохнули, ахнули, улыбнулись, хихикнули, в общем, сделали то, на что были способны. Эля несколько минут наслаждалась всеобщим возбуждением. И только Гари в упор смотрел на неё, и в глазах его была боль.

Эля выдержала его взгляд и проговорила. — Вот только я ещё не решила в чью пользу. Может быть, вы это сами решите, господа?

— Я могу удостоверить слова мисс Эли, как юрист семьи Фокс. — Произнёс Эрик. — Документ подписан, но место наследника пока пусто. Решайте, господа, всё в ваших руках?

— А что решать? — Удивила всех вопросом Ирен. — Итак, ясно, что им должен стать Гари. Он единственный из детей Эда, который знает все дела в фирме, ими занимается и… — девушка усмехнулась и договорила, — и он единственный родной ребёнок мистера Эда Фокса.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

За столом наступила зловещая тишина. Юна и Марселина еле сдерживали себя, что бы не вцепиться в шею Ирен своими руками. Это было так очевидно, что Мойра и Хельга, тут же схватили своих матерей за руки.

Эля решила разрядить обстановку. — А разве в этой семье это главное, господа?

— Конечно, нет. — Сказала Эва. — Но не стоит надеяться, что девочки Мойра и Хельга способны стать во главе семьи. Хотя у Мойры есть стойкость в характере. — Женщина посмотрела на девушку и улыбнулась ей. — Я восхищаюсь твоим спокойствием, Мойра. Ты держишься на высоте после тога, как семья Эдама Смита отказалась от тебя, как он невесты.

— Что?! — Одновременно и с ужасом в голосе произнесли Мойра и Марселина.

— Ты не знала? — Эва посмотрела на сына. — Но Джо ходил к тебе, что бы сказать о разговоре с Эдамом. Джо, ты этого не сделал?

Но ответа парня никто не ждал, все смотрели на бедную девушку, которая просто менялась в лице. — Но как? Но почему? Как он мог так… отказаться от меня?

— Милая, а что ты хотела? — Не унималась Эва. Видно, что эта женщина на семейном судилище решила быть «адвокатом дьявола». — Разве с твоей аномалией можно было надеяться на такую партию, как семейство Смит? Ты же дальтоник! Странно, что ты изначально ничего не сказала Эдаму и позволила ему в тебя влюбиться. — Эва скорчила непонятную гримасу на лице. — Жалко бедного мальчика. Сейчас он, наверное, так страдает.

Эля вспомнила, когда она поняла, что Мойра дальтоник. В первую их встречу, девушка пришла в её комнату, что бы выбрать наряд к обеду из гардероба Луизы. И оделась так, что выдала свою аномалию. Но разве это может быть препятствием в любви?

Эле стало очень жалко девушку, тем более, она совсем сникла под пристальными взглядами членов её семьи. Но тут на защиту сестры встал Гари.

— Я не знал, что сестра дальтоник, но я не позволю никому из вас смотреть на неё с упрёком! Мойра, подними голову и смотри на мир с улыбкой. По крайней мере, за твоей душой нет никаких грехов, за которые можно стыдиться, — он горестно улыбнулся и договорил, — что нельзя сказать о каждом из людей, которые сидят за этим столом. Разве я не прав, Эва? Может, поделишься своими грехами? Мы о тебе мало, что слышали. Джо ничего о тебе не рассказывал.

Эля заметила, как женщина сразу сникла. Вся её высокомерность исчезла и она посмотрела на Мойру, которая сидела статуей, разве, что не плакала.

— Успокойся, милая, — сказала она, — нам — женщинам, надо быть стойкими в жизни. Уж слишком много в ней всяких неприятностей, которые надо преодолевать. Может ещё твой Эдам одумается и «пошлёт к чертям» свою семейку, как в своё время сделала я. Сейчас это легче сделать, чем тридцать лет назад.

Искренность женщины всех удивила, особенно Мойру. Она перестала «быть овощем» и уже с интересом смотрела на Эву.

— Ты послала к чертям? — Вдруг воскликнула Юна. — Перестань врать, Эва. Эд говорил мне, что выгнал тебя из замка, и я даже знаю за что! — Женщина обвела всех высокомерным взглядом и гордо произнесла. — За блуд! Ты связалась с его помощником! Ты крутила любовь, как назвал его Эд, с его шпионом!

Юна была так довольна своим выступлением, что не сразу поняла, что взоры всех людей были направлены на мистера Самюэля Ли.

— Ой, — невольно произнесла она, обращаясь к Марселина, — это же Самюэль!

— Получается, что так. — Ответила ей женщина и посмотрела на Элю.

Эля поняла, что от неё требуется слово.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Миссис Фокс, — сказала она, — вам придётся сказать нам правду.

— Да, пожалуйста! Да, это так. Моим любовником был Самюэль, но Эд сам виноват. Вся его горячность и любовь ко мне была недолговечной. Она исчезла сразу после свадьбы. Может, это болезнь всех мужчин из семейства Фоксов? — Эва вопросительно посмотрела на Гари и буквально «добила его» своими словами. — Гари, может, и ты отказался от мисс Эли по этой причине?