Акелдама - кровавое поле битвы - Елена Вихрева

Девушка недоверчиво вглядывалась в полные боли глаза любимого — невероятно, но он явно считал, что еще недостаточно пострадал за свой поступок. Он считал, что она в праве ему мстить. Она моргнула и растерянно перевела взгляд на Императора, пытаясь понять, что теперь ей делать. Темный усмехнулся и протянул ей руку, предлагая подняться.

— Я опоздал, — простонал Даичи, закрывая глаза, он был не в силах смотреть, как она уходит к Такеши. — Пока искал тебя по всему дворцу…

— Вот как, — странно улыбнулся Темный Император, считывая мысли советника. — Так ты не был с той. Ну ты и идиот, Даичи, — он нагнулся и легко помог подняться советнику на ноги: легкий стон того сказал ему, что он немного перестарался. — О Чем ты только думал?

— Хотел защитить, — сквозь стиснутые от боли зубы выдохнул Даичи.

— Ты так давно ее знаешь, неужели еще не понял, что она носитель? — улыбнулся одним уголком губ Темный и сгрузил советника на кровать.

— Носитель? — потрясенно выдохнул мужчина и перевел взгляд на девушку, что медленно подошла и села рядом с ним…

Исао в очередной раз выругался про себя, прячась в затененной нише одного из коридоров дворца Лесного Властелина, уровень охраны которого был просто чрезмерным. Ему пришлось приложить все свои способности для того чтобы попасть во дворец незамеченным, но и тут было невероятно трудно передвигаться. Мужчина уже проверил все комнаты, что попались ему по дороге от намеченных, где он так и не нашел нубит. Ее не было ни у Витольда, ни у Дамира. Боги! Да ее нигде не было! Бросив взгляд в окно, он едва удержался от проклятий — почти светало, ему нужно было уходить. Советник Темного заглянул в еще одну комнату, где застал спящим Горного Властелина и чуть не хмыкнул в голос — тот был в одиночестве. Тихо скользнув мимо кровати, Исао вышел на балкон и буквально растворился в предрассветной тьме.

Советник быстро добрался до уже полюбившейся крыши и задумчиво смотрел на медленно выплывающее солнце. Но его мысли занимали не красоты рассвета, а нубит. Она оказалась абсолютно непредсказуемой, и это его тревожило. Он не мог каждую ночь рыскать во дворце пытаясь ее найти, когда абсолютно не представлял где она вообще может быть. Мужчина тяжело вздохнул и рассеянно провел рукой по волосам — ему нужен был другой план. И как бы ему не хотелось пользоваться такой ее слабостью как дружба, он не мог себе позволить тратить слишком дорогое время попусту, ему нужно было действовать быстро и наверняка, так что у него просто не было другого выхода. Он еще раз тяжело вздохнул и, чуть ссутулившись, спустился вниз — пришло время воплощать в жизнь запасной план, от которого его хоть и воротило, но который гарантированно выманил бы нубит в нужное ему место, а там… Исао невесело усмехнулся и заставил себя выпрямиться — он сделает это, он убьет ее.

Такеши помог Даичи добраться до его комнаты, попросту телепортировавшись туда, пока Глори отправилась за аптечкой. Советник едва держался на ногах, но упрямо полез в душ, на отрез отказавшись от помощи Императора. Тот рассмеялся и заявил:

— Упадешь, сам будешь объяснять Глори, почему от помощи отказался.

— Я не упаду, — упрямо заявил тот и скрылся в ванной.

— Где он? — были первые слова девушки, торопливо вошедшей с аптечкой.

— Успокойся, шерити, — улыбнулся ее тревоге Император поднимаясь из кресла ей навстечу, — он в душе.

— Но…

— Поверь, ему это действительно сейчас необходимо, — он подошел к ней, забрал и отставил в сторону аптечку, а потом притянул девушку в свои объятья.

— Шигео, — она напряглась в его руках, — я…

— Это я сделал так, что он пришел, если ты еще не поняла, — тихо прошептал ей на ухо Темный и легонько коснулся губами ее щеки. — Расслабься, я ни на что он рассчитываю. Просто урок для него еще не окончен, — он одной рукой зарылся в ее волосы, а другой крепко прижал к себе, и склонился как для поцелуя, но замер и тепло ей улыбнулся: — Сейчас он выйдет и увидит нас. Как думаешь, о чем он подумает?

— Это жестоко…

— Нет, это справедливо, шерити, — водопад его волос скрывал от постороннего наблюдателя, что они не целуются, а едва слышно разговаривают. — Он должен четко понять, что может тебя потерять. Поверь, я знаю, что делаю. Ты ведь пришла ко мне набраться опыта, вот и учись, — он едва слышно рассмеялся ее ошарашенному виду, а потом очень серьезно посмотрел ей в глаза и сказал: — Я рад, что ты пришла ко мне. Даже не представляешь как я рад. Твое доверие для меня очень много значит, Глори.

— Ближе тебя у меня никого нет, Шигео, — выдохнула девушка, обнимая его в ответ, — и я…

— Все будет как и прежде, шерити, — тепло улыбнулся он и подмигнул ей, понимая ее колебания.

Ему и самому было очень сложно переступить через свое отношение к ней как к младшей сестренке и целовать ее как просто красивую девушку, какой она и являлась. Император был рад, что ему не пришлось идти с ней до конца. И пусть он мог сделать так, что она почувствовала бы себя невероятно красивой, соблазнительной и желанной, мог сделать так, чтобы она забыла обо всем на свете, но был несказанно рад, когда не пришлось настолько ломать себя ради нее. А несколько поцелуев… ну это похоже ее смущало даже больше, чем он мог предположить, после ее предложения стать его любовницей. Глухой, полный боли стон прервал его размышления.

Такеши медленно повернулся, крепко прижимая девушку к груди, и удовлетворенным взглядом окинул невероятно побледневшего Даичи, в глазах которого плескалась невыносимая боль.

— Вот теперь ты все понял, — жестко усмехнулся Темный Император, считывая в мыслях советника, что тот предпочел бы быть снова избит, причем неоднократно, чем увидеть любимую в объятьях другого. Он отпустил девушку и, подойдя вплотную к Даичи, сказал так тихо, чтобы услышал только он: — Благодари Богов, что она пришла ко мне, а я нарушил все свои принципы и прочел ее мысли. Но в следующий раз она может пойти к другому.

— Следующего раза не будет, — слабая надежда искрой вспыхнула в глазах советника.

— Надеюсь, — устало произнес Темный и прижал руку к виску: боль с каждым мгновение становилась все сильнее. — Береги ее, — вселенское удивление на лице советника развеселило Императора, он ухмыльнулся и исчез, оставив влюбленных самостоятельно налаживать отношения.

— Глори, — нарушил тишину Даичи и медленно шагнул к неподвижно замершей девушке, — прости меня, — он хотел стать перед ней на колени, но она не позволила — шагнув ему навстречу, она обняла его и прижалась к его груди. Не в силах поверить в то, что она сама обняла, он судорожно вздохнул и до боли прижал ее к себе — сломанные ребра протестующее отозвались острой болью, и он не сдержал стона.