Нам не узнать друг друга сразу - Алёна Медведева

– Я не люблю тебя, скорее ненавижу, – наконец прошептала она, вздрогнув.

Шагнув вперед, преодолел разделявшее нас расстояние и медленно скользнул ладонями по ее скрещенным на груди рукам, обнял за плечи и осторожно, но уверенно притянул к себе.

– Знаю, – шепнул ей на ушко, – обещаю не давить на тебя, не торопить. Прошу только попробовать. Я просто чувствую, знаю, что смогу изменить твое отношение. Просто поверь и больше не беги.

Мгновение Оля стояла, напряженно застыв, но потом, расслабившись, прислонилась спиной к моей груди. Я буквально ликовал от внутреннего восторга, ощущая ее в своих объятиях.

– Сомневаюсь, что получится, – говорю искренне, – как-то рассеянно прошептала дейрана. – Слишком много всего между нами, слишком. И личные обстоятельства, и общее отсутствие взаимопонимания между нашими расами.

– Справимся, не бойся. Постарайся довериться мне, хотя бы попытайся. – Я, наслаждаясь каждым мгновением, сунул нос в Олину гриву. Какое непривычное ощущение. – Тебе нравятся длинные волосы?

– Нет. Неудобно, – честно ответила она. – А тебе?

– Мне без разницы. – Ответив, понял, что тоже был честен. Мне в самом деле было не важно, какой длины у дейраны будут волосы.

– Мы о какой-то ерунде говорим, – недовольно фыркнула Оля, – я хотела иначе. Думала выяснить все серьезно.

– Сразу все? – непроизвольно улыбнулся я. – Давай попробуем постепенно? Сразу у нас как-то не выходит.

И, не удержавшись, я потерся носом о ее шейку. Но Оля, недовольно передернувшись, прошептала:

– Прекрати, мне неприятно! Что еще за нежности с врагом?

Глубокомысленно хмыкнув, отстранился, но тут же, не удержавшись, подул ей на шею. Оля опять дернулась, при этом хихикнув:

– Щекотно. Кожа все еще болезненно чувствительная.

Помолчав немного, решил соответствовать этой странной линии поведения, выбранной Олей, – словно мы два случайных незнакомца, столкнувшихся на миг на перекрестке судьбы, чтобы потом разойтись навечно, а оттого совершенно откровенные и раскованно бесстрашные и ничего друг другу не объясняющие, как и ничем друг другу не обязанные.

– Долго болело?

Оля тоже помолчала, прежде чем порывисто прошептать:

– До сих пор…

Судорожно выдохнув, ощутил, как от испытываемых эмоций выстрелили, расправляясь, крылья. Неосознанно поверх своих рук обхватил крыльями дейрану, защищая ее. Очень хотелось сказать «глупышка», но я промолчал.

– Ой! – Оля тут же ладошкой провела по внутренней поверхности крыла, заставив меня вздрогнуть от удовольствия. – Я потрогаю, да?

– Крылья врага? – прошептал я ей в макушку. – Что еще за нежности?

Теперь хмыкнула Оля. И снова замолчала, уставившись в звездную даль. Я тоже молчал, тихонько баюкая дейрану в объятиях. Тишина не мешала, было комфортно находиться рядом с ней и как-то… правильно. Простоял бы так всю жизнь.

– Мы неправильно ведем себя. Я думала переубедить тебя, уговорить оставить в покое… – нерешительно протянула Оля.

– Врешь, – тут же подловил ее и сразу предложил: – Раз и так все неправильно, можно я тебя поцелую?

– Не стоит, – возразила она, разворачиваясь ко мне лицом в кольце моих рук и крыльев. – Поцелуй с врагом – это как-то уж слишком.

– Думаешь? – Я еле ощутимой дорожкой поцелуев скользнул по ее чувствительной шее, подбородку, ища своими губами ее рот. – Все равно ведь ненавидишь, а так будет лишний повод ненавидеть сильнее…

Целовались мы долго, с чувством, с полной самоотдачей, с наслаждением – причем явно обоюдным. И при этом оба помнили о ситуации, не забываясь ни на миг. Невероятно будоражащий опыт. Ну Оля и организатор душевных комбинаций, просто талант!

– Понравилось? – первым делом спросил девушку, как только мы, оторвавшись друг от друга, отдышались.

– Завтра скажу, – блеснула хитрым взглядом дорогих моему сердцу глаз дейрана.

– Ловлю на слове, – усмехнулся я.

И мы, медленно отступив друг от друга, не сговариваясь, двинулись к выходу. Проводив Олю до двери ее спального помещения, вернулся в свое.

Рухнув на кровать, поймал себя на ощущении блуждающей на лице счастливой улыбки и чувстве неописуемого счастья. Да уж, действительно сон устроила, сказку на ночь подарила, затейница! Все же бесстрашная она у меня. И хитрющая! Последняя мысль как-то резко заставила собраться, возвращая в реальность. Что это было? И зачем?! Так ва-банк пойти… неспроста это. Но сколько ни думал, пришел только к одному выводу: меня определенно и очень успешно мотивировали. Осталось понять, на что…

Вздохнув, закрыл глаза. Надо спать. Полночи позади, а завтра день сложный – первый боевой вылет.

Глава 31

Кира

Сосредоточенно глядя перед собой, я спешила к стартовым отсекам. Очень надеюсь, что внешне не слишком заметно, что у меня внутри все сжалось от напряжения и страха. Только бы успеть, только бы получилось! Я была уже в стандартном комбинезоне пилота, волосы скручены в узел и убраны под специальную эластичную шапку. Надеюсь, что со стороны не отличаюсь от многих и многих атакующих, спешащих сейчас туда же, куда и я. С утра объявили первый боевой вылет. Вчерашняя информация была изучена командованием корпуса, и сегодня перед атакующими поставлена задача силового прорыва. Причем конкретные координаты участков были даны сверху, помощь нападающих не потребовалась. У всех назначенных сегодня на вылет квадров была одна задача: попытаться прорваться внутрь обустроенной тут базы Измененных, преодолеть ожидаемое сопротивление. Значит, они тоже понимают, что есть что-то невидимое внутри, и сумели предположительно выявить места входа, которые наверняка будут защищать Измененные. Мясорубка начнется уже сегодня.

От нашего квадра тоже был призван один экипаж боевого скайдера в составе четырех атакующих. И я снова назначила Ревуна с Громилой и вчерашнюю пару ортегов, мотивируя тем, что им местная обстановка уже знакома. Гайяр вполне ожидаемо не вызвался и не воспротивился тому, что его обошли в сегодняшнем распределении. Вообще, за сегодняшнее утро я ни разу не встретилась с ним взглядом, ни разу не посмотрела в его направлении, хотя постоянно ощущала его пристальное, какое-то ожидающее внимание.

Но я для себя все решила еще вчера вечером, до ночного разговора с неймарцем. И с того момента намерена была четко следовать своему плану, поставив на кон все. Или получится то, что я задумала, или… О втором «или» я предпочитала не думать, потому что тогда все сложится весьма грустно. И не только для меня…

Вчера, подавленная рассказом Ревуна и Громилы, неожиданно поняла, что есть только одна возможность для нас всех изменить эту патовую ситуацию. Ведь уничтожь конфедерация тут остатки Измененных, земляне обязательно придумают и создадут новую угрозу. Пусть сейчас мы не выручим всех, но, возможно, сможем подарить шанс на спасение кому-то, подарить шанс землянам на новую жизнь. Возможно, сумеем изменить существующее положение вещей. Возможно, если я выдержу и не испугаюсь, а Гайяр согласится на то, что я придумала… возможно…