Калейдоскоп миров - Хайдарали Мирзоевич Усманов

Она оглянулась на переборки – почерневшие, покрытые трещинами, с редкими проблесками живых рун. Фрегат выглядел, как старый воин, стоящий на ногах только потому, что не умеет падать. А где-то в глубине, в сердцевине магореактора, тихо гудело ядро – упрямо, неровно, но живо. И в каждом пульсе его света чувствовалось то, что огры всегда называли волей к пути…

………..

Когда наконец последний разряд пробежал по магоканалам и замер под “кожей” металла, в машинном отсеке повисло напряжённое молчание. Слышно было только дыхание техников и тихий, хриплый гул – неуверенное, но живое ворчание главных двигателей.

Они заработали. Пусть неровно, пусть с пробуксовкой потоков и запахом перегретой руды, но фрегат снова отзывался на команды.

В этот момент Рагни стояла у главной консоли, устало опираясь о край панели локтем. Под ногами гудел корпус, и это гудение казалось почти сердцебиением.

– Первый двигатель на шестьдесят процентов. – Отчеканил один из техников, смахивая пот и мазут с лба. – Второй… Двадцать восемь. С трудом, но всё же тянет.

– Этого хватит, чтобы уйти с орбиты. – Откликнулась она, и впервые за эти двое суток позволила себе короткую улыбку. А собравшиеся вокруг огры тихо и даже как-то слаженно выдохнули, кто-то даже одобрительно рыкнул. Небольшой сгусток маны вспыхнул в воздухе, когда старший техник закрыл контур, стабилизируя руны стабилизаторов. В отсеке запахло озоном и горячим кварцем – признак того, что цепь синхронизировалась.

Тепло пошло по магоканалам, оживляя их – по стенам побежали слабые отблески зелёных символов, которые словно проснулись от долгой спячки. Это был признак того, что поток маны снова течёт, пусть и с перебоями, но живой, и в нужном направлении.

– Проверяем тягу. – Сказала Рагни, переводя взгляд на кристаллический экран.

За ним, где-то в глубине корпуса, громыхнуло, будто кто-то ударил по броне кулаком изнутри, и корабль дрогнул. Металл вздохнул, что-то скрипнуло, и всё вокруг ощутимо качнулось.

– Есть движение. – Пробасил техник у резервной консоли. – Поток стабилен на девяти процентах.

– Девять… – Протянула она и, скосив взгляд, фыркнула. – Ну, хоть не стоим мёртвым грузом.

Вибрация стала чуть ровнее. Магокристаллы в стыках перегородок начали мерцать устойчивее, а по трубам побежали тонкие потоки маны – как голубоватая кровь, восстанавливающая ток жизни. Где-то в кормовом отсеке сработали компенсаторы – глухой звон прошёл по палубам, напоминая вздох старого зверя, что снова поднялся на лапы.

Теперь они могли идти. Медленно, вяло, но идти. По меркам фрегата – жалкий рывок. По меркам выживших – чудо. На навигационном экране появилась траектория. Плавная, как медленное погружение в темноту. Вольная станция “Рикхар”, ближайшая точка, где ещё можно было бы достать детали, находилась далеко. И чтобы совершить в нужном направлении хотя бы первый прыжок в гиперпространстве, им теперь предстояло разгоняться целые сутки в обычном пространстве, если не рисковать и не перегружать систему.

– Сутки на разгон для выхода в гипер… – Тяжело вздохнув, произнесла Рагни, глядя на экран. – Раньше пять часов хватало.

– Теперь пять часов – и мы просто сгорим. – Хрипло ответил техник, стоящий рядом. – Поток нестабилен. Кристаллы перегреются, магия начнёт фонить.

Она молча кивнула. Внутри всё кипело от усталости и злости – но под всем этим теплилась гордость. Они сделали практически невозможное.

На обзорном экране, за потрескавшимися линиями энергополя, мелькнули первые огоньки движения – медленные, как дыхание после ранения. Фрегат полз, осторожно, словно прислушиваясь к себе. За его корпусом тянулись светящиеся следы – остатки магии, вырывающейся из плохо запаянных стыков. В каютах гудел воздух, пахло пылью и прогорклым маслом, но по палубам снова шла вибрация – то, что означало жизнь.

Огры, проходя мимо стен, иногда касались ладонью металла. Это было старое поверье – благодарить корабль за то, что он не умер.

– Пошёл, старый зверь… – Прошептала Рагни, глядя на мигающие приборы. – Дотяни нас. А дальше – мы тебе сердце заново отольём.

И в ответ – будто бы из глубины корпуса – донёсся низкий, едва слышный гул. Не просто звук – а полноценное обещание.

Когда капитан получила сигнал о том что их фрегат готов к движению, Кара тут же послала сообщение на “Рассекатель”, уведомив капитана Кирилла о том, что их корабль начинает выдвижение к ближайшей Вольной станции. Да. Несмотря на всё их желание и рвение, сейчас им приходилось считаться с тем фактом, что на этой Вольной станции огров практически нет. И полноценную поддержку, в случае нужды, они просто не получат. Так что им теперь оставалось рассчитывать только на себя.

Их фрегат с большим трудом начал разгон. А “Рассекатель” медленно, словно насмехаясь, продолжал движение следом. При этом вокруг всё время суетились его москиты. Странно… Но неожиданно для себя молодой капитан фрегата огров заметила определенные странности, напрямую связанные не только с самим этим тяжёлым кораблём, но даже и с москитами, что на нём базировались. Сенсорные комплексы фрегата показывали москиты старого образца. Обычно это были москиты орков третьего поколения. Самые ходовые на Вольных территориях и территориях Фронтира аппараты. Не говоря уже про Неизведанные Регионы. Там за счастье было иметь хотя бы второе или даже первое поколение оборудования. Которое до сих пор действовало. Тут же явно были москиты орков третьего поколения. И, по сути, они не могли казаться чем-то странным или необычным. Но дело было не в этом. Не в том, что на необычном корабле были обычные для них москиты. Привычные для большинства разумных, которые обитали на этих территориях. Нет. Эти москиты, как и ни странно, показывали совершенно не те результаты по скоростным и манёвренным характеристикам, к которым были привычны огры. У них на фрегате тоже имелась парочка таких москитов. Просто они в бою не стали их задействовать, потому что системы противомоскитной обороны у эльфов всегда были на высоте. И их пульсары легко расстреляли бы москитов огров. Поэтому капитан приберегла их напоследок. Однако хитрость в этой ситуации была не в том. А в том, что скоростные и маневренные характеристики такого оборудования им были известны буквально от и до. Однако москиты, которые вылетали с “Рассекателя”, хотя внешне и напоминали то, что у них имеется в собственных ангарах, однако по скорости как минимум в половину, а то и вдвое превосходили то, что у них имелось. А уж про их манёвренность тут и говорить не приходилось. Их собственный пилот москита, которому показали те выкрутасы, что удалось заметить и зафиксировать при помощи сенсорного