План на вечер. Ведьма и Луноликая - Рэд Кэррот

успела заскучать на своем окне, где устроилась со всеми удобствами на широком подоконнике. Больше того, ей зрелище, раскинувшееся на кровати, очень понравилось.

Айзу в этот раз решила изменить правила игры и большую часть времени лежала на боку на краю кровати. Зефир исполнял ее приказы, доставляя самому себе удовольствие при помощи всевозможных предметов, которые Айзу предусмотрительно приволокла с собой. Лишь ближе к концу женщина взяла инициативу в свои руки и приникла к разгоряченному телу, на котором блестели капельки пота.

- Она издевается, - бормотал Зефир, когда эта скотина ушла.

- М? – изобразила интерес Сальвет, занятая наведением порядка. До полуночи еще есть время, вчера они выспались, так что с ног не валило, как в прошлый раз.

- Да так, не бери в голову, - отмахнулся от нее Зефир и поднялся с кровати. – Я в душ, хоть остыну.

- От чего, если?..

- Заткнись, Сальвет. Без тебя тошно.

- А если бы попросил ее, - не удержалась от смешка Сальвет и тут же дала деру от дернувшегося в ее сторону голого парня.

Смех прокатился вместе с ней по комнате, пока они играли в кошки-мышки. Наконец Зефир ее настиг и повалил на пол. Сальвет веселилась во всю, Зефир хмуро улыбался. Окинул заинтересованным взглядом подмятую под себя фигурку и отпустил.

- Так я скоро на тебя начну набрасываться. Сальвет, не говори глупости. Не собираюсь я ее ни о чем просить, - Зефир поднялся с пола и направился на выход из комнаты.

Очередная ехидная фразочка со спины вызвала адское желание вернуться и настучать нахалке по голове.

- Хорошо, согласна. Ее просить бесполезно. Придется умолять на коленях, – звучала подколка от доброй подруги.

Сальвет как в воду смотрела. Именно этим он занимался еще через несколько встреч с теневой. Взамен ему пообещали подумать. Все будет зависеть от того, насколько Айзу понравится послушный щенок.

Зефир весь огнем горел, когда его повалили на кровать. Сальвет вновь перекочевала на окно, чтобы не мешаться. Но уже всерьез начинала ругаться, что у Айзу нездоровая какая-то тяга припираться в день, когда они ходят в колодцы. Со своего места наблюдала за играми этих двоих, отрешенно размышляя на тему собственных отношений.

Прошло почти два месяца с ее возвращения домой, а до того сколько их было? От Небесных владык до сих пор ничего не слышно. Альсанхана пообещала разузнать что-нибудь, но тоже пока тихо.

Сальвет отвлеклась от созерцания дум. Обнаженная Айзу на коленях возле стоящего на четвереньках парня радовала глаз, а постанывания Зефира от ласк и игр со своим телом – слух. В комнате горело несколько огоньков, так что вся картина была отчетливо видна от окна. Парень изнывал от удовольствия, покусывая губы.

- Я сдаюсь, - пробормотал Зефир, у которого в ушах звенело от смелых действий Айзу. – Пожалуйста, Айзу.

Теплые пальцы продолжали медленно гладить твердую плоть, словно их владелица не слышала просьб.

- Считаешь, это будет так просто? – наконец отозвался голос Айзу в затуманенном сознании парня. – Ты себя очень плохо вел.

- Да, - Зефир чуть сильнее закусил губу, когда сильные пальцы сжали ягодицы. – Накажи меня.

Он невольно зажмурился, когда за просьбой последовал хлесткий удар. Облизнулся и попросил еще. Айзу с удовольствием исполняла его эти желания из раза в раз, но с главным пока ни разу не смягчилась. Словно до сих пор злилась на те дни, когда пьяная валялась у дома и унижалась в попытках выпросить прощение.

- Я ее придушу скоро, - рычал злой Зефир позже, когда их ночная гостья растворилась в темноте улиц. Парень метался по комнате словно кошмар, запертый в шаге от солнцерожденного. – Прибил бы стерву, если бы мог!

- Ты пытался, - справедливости ради подтвердила Сальвет, кивнув с самой серьезной миной, на которую была способна при виде голого друга, снующего перед ее лицом туда-сюда с алыми отпечатками от ремня на ягодицах. – Неудачно правда.

- Сальвет! – Зефиру напоминание о неудачном опыте, случившимся неделю назад, не понравилось. Айзу была крайне недовольна нападением на себя, так что оторвалась после как следует. До сих пор от воспоминаний все ноет.

- Что? Я пытаюсь тебя поддержать.

- По-моему, ты нарываешься, - Зефир остановил свой бег и с отчаянием посмотрел на нее. – Ну скажи, что она от меня хочет? Я уже со всем согласен, на все готов. Хоть на коленях за ней по улицам ползать, лишь бы прекратила эти игры. Так ведь нет. С другими развлекаться не дает, в последний раз чуть голову не оторвала, когда поймала. И как, главное, только узнала так быстро?

- У, - протянула Сальвет, которая быстро вспомнила, как зверствовала Айзу с две недели тому назад.

Зефир решил завалиться в одно из заведений, чтобы остыть и расслабиться. Почти дошел до самого главного, когда на пороге комнаты возникла мрачная фигура теневой. В тот раз Айзу хорошенько отходила парня, чтобы в следующий раз неповадно было, и пригрозила надеть железные штаны, которые сможет снять лишь она сама. А как ходить в них в туалет, ее не касается. Зефир после того раза больше не рисковал нарываться. Это явно не те игры.

- Я ничего ей не говорила, - когда тишина затянулась, Сальвет заметила подозрительный взгляд в свою сторону. – Серьезно, Зефир, не начинай.

- К тебе никаких претензий, - отмахнулся от ее возмущений Зефир. – Это я так. С ума схожу, кажется. Она только ушла, а уже хочу, чтобы вернулась и продолжила. Так. Я переодеваюсь, и пошли на охоту за город. Не могу больше!

- Тебе есть, что переодевать? – не сдержала ехидства Сальвет, за что была послана далеко и надолго рычащим другом.

За два дня и три ночи вся округа Нижнего Олэ была зачищена двумя солнцерожденными от кошмаров. У городских врат на них стража косилась полным составом. В глазах восхищение и жалость. Кажется, они всерьез полагали, что у кого-то поехала крыша.

Сальвет обратила внимание на задумчивость Зефира. Буквально полчаса назад веселился и вот снова притих. Ответ прозвучал неожиданный.

- Кажется, я пропал. Как вошли в город, так не могу ни о чем больше думать. Как считаешь, Сальвет, где Айзу сейчас может быть? – задался вопросом Зефир вслух, скользя взглядом по домам вдоль улицы и лицам горожан. Не замечал ни тех, ни других, вспоминал места, где чаще всего ошивалась в