Город на границе Снов - Марк Геннадьевич Кузьмин

заставив себя подняться, она на слегка затекших ногах дошла до двери и, забыв про дверной глазок, открыла дверь.

- Здравствуй, дитя мое, - прозвучал глубокий голос.

На пороге перед ней стоял упитанный мужчина с короткой каштановой бородой и длинными волосами. Мужчина был облачен в одеяние священник и в руках держал потрепанную библию. Простой крест висел на его шее, а сам он смотрел на нее добрым и теплым взглядом.

- З-з-здравствуйте… - едва слышно произнесла девушка. Горло болело после целой ночи рева.

- Я святой отец Уолш из Церкви Очищения, что находится в Северо-западном районе, - начал говорить священник спокойным и приятным тоном. – До меня дошли слухи, что зло обитает здесь и мучает тебя, я пришел помочь.

- Вы… имеете в виду… беса… - поняла она. – У меня… уже были… из службы…

- А, они… - с улыбкой кивнул святой отец. – Они творят богоугодное дело… Но я смотрю ты все еще нуждаешься в помощи, дитя мое. Быть может, я могу помочь тебе.

- Помочь?

- Наша церковь оказывает помощь всем, кто пострадал от зла, - серьезным, но спокойным тоном произнес он. – Если ты пожелаешь, то мы можем решить твои проблемы.

- Решить их… - прошептала Эмма, не веря своим словам.

Она сейчас была в ужасном состоянии, человек перед ней говорил так убедительно, что сложно было…

- Можешь попытаться исправить свою жизнь, или продолжать гнить тут вместе с матерью, мечтая, что кто-то придет и решит все за тебя…

лова этого человека вновь прозвучали в ее голове. Его жестокие, болезненные слова ранили ее, все еще звучали внутри…

 - Люди могут стать лучше и исправить свои ошибки! И ставя на ком-то крест ты никому нихрена не помогаешь! 

Он не закрывал глаза на то, что она сделала, но все равно считал, что для нее есть надежда. Он явно хотел помочь, но ничего не мог для нее сделать. Первые люди за столько лет с кем она так много говорила и…

- Спасибо вам… - произнесла Эмма, сама не веря, что говорит. – Но… я бы… хотела… сама решить свои проблемы…

- Ты уверена, дитя мое? – спросил отец Уолш.

- Да, - постаралась как можно тверже ответить она.

- Тогда я благословляю тебя на пути этом, - кивнул священник. – Иди с миром, дитя мое. Но если что, двери нашей церкви всегда открыты.

- Благодарю вас, святой отец.

Священник улыбнулся ей, а затем ушел, а она, закрыв дверь, еще несколько минут корила себя за то, что так легко все решила.

Некоторое время она просто стояла в коридоре, а затем… на дрожащих от страха ногах подошла к стене, где находился нужный ей номер телефона…

***

Как только он отошел от ее двери, добрая улыбка тут же слетела с его лица, сменившись гримасой искреннего раздражения. Он с силой сжал осточертевшую библию и сплюнул:

- Чертовы Лунатики, - прорычал он. – Еще одна дура слетела с крючка…

Глава 37. Парк Памяти.

- Эх, скукота… - вздохнул я, смотря на небо. Дождь уже прошел, и серое небо начинает постепенно расступаться и открывать обзор на синеву, а лучики теплого солнца уже ласкают собой верхние этажи высоток.

Непогода застала меня в середине прогулки и началась довольно внезапно.

Только что был ясный день, никаких намеков на осадки и даже в прогнозе погоды ничего не сказано, а затем небо очень быстро заволокло тучами, и полил сначала мелкий, а затем и мощный ливень с грозой. Мне пришлось укрыться под навесом и пережидать, так как зонтика я с собой не взял, а до автобусной остановки минут десять бежать

Все же не стоило идти гулять в центральный городской парк, но поскольку в мой второй выходной мне было нечем заняться, я и решил осмотреть достопримечательности, а этот парк был одним из них.

- Эта те самые «климатические аномалии», о которых я слышал?

Может, какой дух такой резкий дождь сделал или еще что, тут уже ни в чем нельзя быть уверенным.

Вот сейчас я сидел на лавочке под навесом и пялился на небо, на котором тучи постепенно расступались, открывая путь солнечному свету. Смотрелось очень красиво, когда сквозь серую пелену пробивались лучики света, что были четко видны на общем фоне. Словно с небес снизошли до нас святые духи.

- А если учесть где я нахожусь, то не удивлюсь, если такое реально произойдет, - усмехнулся я.

Да уж. Что не день, то новое открытие.

Главный городской парк Найзельберга, он же парк Мемори, он же Парк Памяти, как его почему-то называют. Выглядит он как почти лес какой-то, тут полно зеленых полянок, дорожек и красиво посаженных деревьев, кустов и прочего. Да, искусственность тут так видна, но в ней нет ничего плохого, если это эстетически красиво.

В центре же парка, куда ведут все дороги, находится двадцатиметровая статуя, девушки в легком платье, что держит в протянутых руках полумесяц. Очень искусная и красивая работа, прямо завораживает и возле нее множество цветов, которые рассадили у ног этой девушки.

- Ники… - подала голос Болтушка, появившись за моей спиной и обняв меня за шею. – Ну, хватит дуться.

- Я не дуюсь, - отвечаю ей, продолжая смотреть наверх.

- Дуешься. Ты уже второй день мрачный ходишь. Давай уже, приходи в себя, а то тебя даже дразнить скучно.

- Извини…

После того задания мы с Эриком не разговаривали. Пришли в участок, написали отчет, а после нового задания так и не взяли. В тот момент мы, похоже, неосознанно наступили друг на друга на больные мозоли. Не знаю, будем ли мы еще напарниками и дальше работать вместе. Не удивлюсь, если он откажется работать со мной, и я не скажу, что не буду доволен этим.

Мы с ним слишком разные и это был вопрос времени, когда мы начнем ссориться. Продержались две недели, уже неплохо, но теперь мне, скорее всего, назначат нового напарника.

Это было ожидаемо.

Что не делается, все к лучшему.

Вот только…

- От чего же мне так тоскливо…? – спросил я сам себя.

Не знаю почему, но я продолжаю думать над тем, что он сказал. Его слова все еще крутятся в моей голове и никак не уходят. Он говорил с таким количеством яда и