Исцеление духовных болезней - Жан-Клод Ларше

неприкосновенности свои естественные свойства[1977]. Святитель Григорий Богослов, преподобные Максим Исповедник и Иоанн Дамаскин говорят о взаимопроникновении, осуществляемом в Лице Христа между Его двумя природами[1978], неслиянными, но нераздельными, едиными, но не смешивающимися. «Хотя мы говорим, — толкует преподобный Иоанн Дамаскин, — что природы Господа проникают одна в другую, однако знаем, что проникновение произошло от Божественной природы. Ибо она через все проходит, как желает, и проникает, а через нее — ничто; и она уделяет плоти свои собственные совершенства, сама оставаясь бесстрастной и непричастной плотским страстям»[1979]. Воипостазировав человеческую природу и воссоединив ее с Божественной природой, Христос Своим воплощением уничтожил первую из трех преград, отделяющих человека от Бога, каковыми являются природа, грех и смерть[1980]. Он возвратил человеческой природе способность принятия в себя нетварной Божественной благодати, которой она была лишена по причине первородного греха.

Однако Христос присоединяет к этому усвоению природы человечества усвоение по икономии[1981]. Из любви к людям Он добровольно умаляет Себя настолько, что отказывается, в некотором отношении, от природы, уже бесстрастной, нетленной, бессмертной и обоженной, чтобы воспринять падшую человеческую природу, которой обладают люди, претерпевающие последствия первородного греха. Иными словами, Он взял на Себя страстную, тленную и смертную природу. Однако если Он несет на Себе последствия греха и в этом смысле становится, по словам апостола, грешным для нас[1982], Он не несет на Себе самого греха[1983]. «[Заклание] является непорочным и неподдельным, — объясняет святитель Григорий Богослов, — потому что врачует от позора, недостатков и осквернений, произведенных повреждением. Ведь хотя Он взял на Себя наши грехи и понес болезни (Ис. 53, 4; Мф. 8, 17), но Сам не подвергся ничему, требующему излечения, поскольку был искушен во всем подобно нам, кроме греха (Евр. 4, 15)»[1984].

Таким образом, Христос несет на Себе человеческие страсти, но без удобопреклонности ко греху[1985]. Иными словами, Он несет на Себе «естественные и неукоризненные страсти»[1986], но не страсти греховные[1987].

Он добровольно воспринял голод, жажду, усталость, боязнь, страх, слезы, боль, страдание в самом ужасном виде и, наконец, смерть — иначе говоря, все несовершенства и ограничения, произошедшие от греха, чтобы иметь возможность освободить нас от них, все болезни, слабости и немощи нашей природы, чтобы быть в состоянии нас от них вылечить. Преподобный Макарий Великий заметил в связи с этим: «[Он Сам] дает нам целительные средства и исцеляет раненых, являясь внешне как бы одним из раненых»[1988]. Преподобный Антоний уточняет: «Ради нашего безумия принял Он одеяние безумия, ради нашей слабости принял внешность слабости, ради нашей бедности принял образ бедности, ради смерти, ставшей отныне нашей. Он облекся в смерть»[1989]. Таким образом, утверждение святых отцов, приведенное выше, согласно которому то, что не воспринято, не может быть уврачевано, прилагается не только к человеческой природе, воипостазированной Христом в целокупности тела, души и духа, но и к природе с падшим способом существования, в которую Христос ради нашего исцеления изволил облечься.

Если Христос воспринял и последствия греха, то Он исполнил это ради уничтожения их в Себе Самом. Он смог совершить это, ибо, оставшись чистым от всякого греха, не подчинился ему и не обнаружил в Себе никакого входа для зла[1990], ибо во всех искушениях и испытаниях, которым Он добровольно Себя подверг, Он сохранил все Свои человеческие способности неизменно устремленными к добру, Свою человеческую волю покорной воле Божественной. Святитель Кирилл Александрийский пишет: «Душа… поскольку стала душой Того [Слова], Которое не знает прегрешений, постольку отныне неизменно и прочно установилась во всяком добре и остается несравненно сильнее издревле властвующего греха»[1991]. «Сделав собственной человеческую душу, Он явил ее сильнее греха, окрасив ее, словно бы некоей краской, крепостью и неизменностью Своей собственной природы»[1992], — замечает святитель Кирилл несколькими строками выше.

Святые отцы особо настаивают на том, что Христос всегда соблюдал Свою человеческую волю в неуклонном согласии со Своей Божественной волей. Иными словами, поскольку Его Божественная воля полностью совпадает с волей Отца, пославшего Его, Он являет в Своем человечестве постоянное и всецелое послушание Отцу. Посредством этого Он исцелил нашу природу, ибо именно в неповиновении Адама Богу состоял прародительский грех, именно в силу отделения человеческой воли от воли Божественной возникли все гибельные последствия. В результате такого первоначального отступления человеческая природа уклонилась от своей естественной цели и стала вести неправильное существование, в котором она лишилась благодати и истинной жизни.

Но как неповиновение Адама отделило человека от Бога, так совершенное послушание Христа Своему Отцу примиряет человека с Богом, восстанавливает его развращенную природу, воссоединяет человека с Творцом. «Сам [Христос] как человек в Себе Самом и через Себя Самого подчинил человеческое Богу Отцу»[1993], — пишет преподобный Иоанн Дамаскин. Святитель Григорий Нисский воспевает подобным же образом исцеление нашей природы, совершённое воплотившимся Словом: «Здоровье души [наступает], когда Божественная воля легко действует в нас, а отпадение от благой воли есть болезнь души, ведущая ее к смерти. Поскольку мы стали немощными, ибо через вкушение яда преслушания оставили добрый образ жизни, который вели в раю, и от этого же над нашей природой возобладала вредоносная и смертельная болезнь, постольку пришел истинный Врач, изгоняющий зло его противоположностями по закону врачевания: и вот люди, угнетенные недугом из-за отделенности от Божественной воли, вновь освобождены от всякого зла благодаря соединению с волей Божией»[1994]. Ту же мысль похожими словами выражает и преподобный Иоанн Дамаскин: «[Христос] делается послушным Отцу, врачуя наше непослушание»[1995]. Святитель Кирилл Александрийский пишет: «Как во Адаме человеческая природа впала в болезнь тления через непослушание… так во Христе она снова исцелилась, поскольку стала послушной Богу и Отцу и не сотворила греха»[1996].

Исцеление человеческой природы совершалось воплощенным Словом на протяжении всего Его земного поприща посредством всех Его спасительных деяний.

Чистый Сам по Себе, Он Своим Крещением очистил человеческую природу, возродил и просветлил ее, освободив от господства сил зла и от неведения Бога[1997].

Приняв искушения в пустыне сообразно Своим природным страстям и победоносно противостав этим искушениям и воспрепятствовав злу как-либо подступиться к Нему[1998], Он избавил человека от тиранической власти искусительных сил[1999], а также от страстей, вызванных жаждой наслаждений[2000].

По Своей воле приняв страстные муки и претерпев их Своей человеческой, подверженной страданиям природой, Он одолевает их благодаря Своей Божественной бесстрастной природе и